Передние отвалы в форме клина выглядели очень прочными и крепкими, вверх‑вниз они двигались довольно легко и полностью сводили на нет проблему заторов на дорогах, препятствием могло стать, если встретится что‑то очень тяжелое, например, перевернутая фура или брошенная бронетехника. А орды зомби и брошенные легковушки – это теперь не проблема. Теперь дело осталось за малым, как только парни закончат с покраской, мы приступим к погрузке и начнем готовиться к выезду.

Поздно вечером, с наступлением темноты, последний цинк с патронами наконец‑таки был уложен в специальный отсек. Утесы, словно вишенки на торте, заняли свое почетное место на крышах КУНГов, а на крышах кабин расположились по Печенегу. С основными работами мы наконец‑таки закончили, но день на этом не заканчивался. Мы собрались за накрытым столом и, поужинав, начали вечернее совещание.

– Итак, мы с вами решили две самые важные проблемы, первая – это транспорт, еще раз отмечаю твою работу, Гена, ты реально мастер своего дела. Я даже не мог представить, насколько хорошо у тебя все получится, а также скорость, с которой вы с Максом все это сделали. Правду говорят, дело мастера боится. – похвалил я парней уже в который раз.

– Ладно тебе, Михалыч. – слегка засмущался здоровяк. – Каждый тут замотивирован делать все хорошо и быстро, ведь от этого наши жизни зависят.

– Ладно, с этим мы разобрались, теперь нужно решить, что будем дальше. Маршрут я примерный продумал и нарисовал, но по ходу дела будем его корректировать, кто его знает, что там дальше на дорогах творится.

Завтра выезжаем в сторону Пензы, оттуда уходим на Нижний Новгород, а из него в сторону Екатеринбурга.

– А чего крюк такой делать? – прервала меня Степановна.

– Удивлен, что ты так сильна в географии. – ухмыльнулся я и отпил чая из кружки. – Первое, трасса, по которой мы поедем, в целом самая короткая, а значит, оживленная, точнее, уже самая омертвленная. Представляешь, сколько там будет зомби, да и, боюсь, лихие времена уже во всю начинаются. Сколько будет желающих покуситься на наш транспорт? Второе, поехав через Пензу, мы сможем заехать в парочку укромных мест, где сможем укрыться от суеты, перевести дух и немного пополнить припасы провизии.

– Извини, что перебиваю. – вклинился в мой рассказ Гена. – Что за места такие?

– Как бы так сказать, тайные локации, где можно пересидеть какое‑то время, если тебя все ищут. Не факт, конечно, что они свободны, но одно место точно должно быть целым, так как кроме меня о нем больше никто не знает. А наткнуться на него можно разве что случайно, и не факт, что ты поймешь, что это такое. – пояснил им я.

– Что же это за место‑то такое? И как понимать, никто не знает? Неужто ты со своей больной спиной где‑то в лесах землянку выкопал? Или просто работяг нанял, они тебе сделали, и ты концы в воду? – возмутилась Степановна.

– Да что за глупости у тебя в голове?! Чего ты из меня маньяка какого‑то рисуешь? Никого я не убивал! Узнал я у одного вояки о заброшенном то ли бункере, то ли связной яме. Сгонял проверил, и правда яма, два этажа под землю. Часть там была, но ее расформировали еще в девяностых. Вокруг ничего, только лес, вот я ее восстановил, ну так, по мелочи, порядок навел, людей, разумеется, нанял, чтобы они все там сделали. Только они знать не знали, где находятся, да и плевать им было. Я им деньги хорошие платил, кормил от души, вот они там все и сварганили. Затем все там законсервировал и работяг в город и увез. А о месте этом знал мой помощник, да только он в зомби в первый же день обратился. – возмущенным тоном пояснил я.

– Так бы сразу и сказал. – отмахнулась от меня Степановна.

– Раз с дорогой все понятно, нам нужно еще сделать запас горючки, как я пояснил, Гена, у нас только полные баки, а про запас ничего. Еды у нас тоже немного совсем, а из медицины только автомобильные аптечки и запасы Степановны. Всем этим нужно заняться сразу и решить, где бы этим запастись.

– Можно я еще добавлю? – подняв руку, словно прилежный ученик, сказал Макс.

– Разумеется, есть идеи? – предоставил я слово пареньку.

– Да, есть. – закивал он головой, словно болванчик. – Нам нужно попасть в магазин электроники. Первое и основное, нам нужны квадрокоптеры, смартфоны и пауэр банки.

– На кой‑ляд? В игрушки играть? – нахмурившись, произнесла Степановна.

– Нет‑нет, что вы. – возмутился Макс. – Квадрокоптер без спутников хоть далеко и не улетит, но картинку транслировать будет хорошо, а это, сами понимаете, разведка. И еще видимость в КАМАЗах, мягко говоря, теперь не очень, а в магазинах электроники можно найти различные камеры, закрепить их на КУНГе, и вот тебе обзор на все триста шестьдесят градусов. А если еще и датчиками движения разжиться, то вообще ночью можно будет спать спокойно. И это не считая того, что можно набрать различных фонариков, часов и прочих полезных предметов.

– Умно, и если будет возможность, мы обязательно заскочим. – согласился я под одобрительное кивание головой Степановны.

– С этим все понятно, нужно много всего, но давайте‑ка перейдем к более насущной проблеме. – взяла слово Степановна. – Оружия у нас теперь хоть задницей жуй, но что с него толку‑то? У нас аж четыре пулемета на крышах, а стрелять‑то кто будет? Особенно с «Утесов», это вам не пистолеты, тут нужна сноровка и умение, а также недюжинная сила. Я к чему это говорю, первое, тот, кто будет ехать за рулем, в случае стрельбы старайтесь ехать один за другим, дабы не перекрывать сектор огня, не дай бог от своих прилетит! А также предлагаю завтра на рассвете устроить учебные стрельбы. Каждый должен пострелять из всего, что у нас есть. Чтобы каждый мог понять для себя, что он может, а что нет. А то Алина сдуру встанет за Утес, гашетку нажмет и в молоко ленту выпустит, а то и во вторую машину. Так что завтра едва солнце встанет, берем оружие и проводим стрельбы, нашумим жутко, но что поделать, придется рисковать.

– Согласен, Степановна дело говорит, я с крупного калибра сроду не стрелял, а облажаться в трудную минуту ну никак нельзя.

Все с этим были полностью согласны. Из более‑менее опытных бойцов у нас была, разумеется, Степановна, разумеется, Гена, это вообще моя главная надежда в бою, ведь он уже побывал в настоящем пекле. Да и на Макса я надеюсь не меньше. Он стрелок‑то опытный, но все больше из ружей и карабинов, а тут интенсивность совсем другая, исходя из рассказов Гены, но я думаю, что парень справится. Как Гена сказал, тут нужно руку набить, а поводов для этого не мало.

Разделив ночь на дежурства, все отправились на отдых в предвкушении грядущего дня.

Утро у нас началось не с кофе, а с громкого крика Степановны: «Рота, подъем!» Степановна всегда брала себе самую крайнюю вахту и готовила на всех завтрак, собственно, как и сегодня. Едва мы протерли лицо, а на столе уже огромная кастрюля с горячими макаронами, смачно сдобренными тушенкой, и горячая вода для чая и кофе.

Быстро перекусили, старая повела нас на уже подготовленные рубежи, где на земле лежали автоматы и пулеметы. Затем коротенький инструктаж, и началась пальба.

Ух, в ушах звенело будь здоров, а Утес это, конечно, мощь! От такой пушки не спрятаться ни за машиной, ни даже за стеной, бетонный забор она крошила с такой легкостью, словно он сделан из пенопласта. Но стрелять из него прицельно, да еще и на ходу, боюсь, тут действительно потребуется масса сноровки, а еще его отдача может неслабо навредить, словно лошадь лягается. Для себя я решил, что буду стрелять из него только в случае острой необходимости, а так ну его на хрен, этого зверя.

Каждый настрелялся вдоволь, кроме Сережи, который очень хотел пальнуть из крупного калибра, но ему не дали, и он сейчас пребывал во вселенской печали, насупившись, сдерживая слезы обиды. Все оценили свои возможности, и, как я понял, с Утесом нормально пока может обращаться только Гена, благодаря своим габаритам. Эта крупнокалиберная громадина на его фоне выглядит не такой уж и большой, но это до момента, пока сам не прикоснешься к ней. Из АГСа и РПГ Степановна стрелять нам не позволила, сказав, что их мало, да и тут нужна теория, а то с дуру можно и себе под ноги пальнуть, тогда пиши пропало.