– Дерьмо случается. – тяжело вздохнув, а затем улыбнувшись, сказал он и начал быстро скидывать с себя снарягу, кидая ее на пол салона прямо под ноги девушки. – Ты же мне поможешь? – спросил он у меня.

– Чем?

– Не стать таким, как они. – кивнул он в сторону убитых зомби. – А то самому вроде бы как грех, я, конечно, не верующий, но сейчас такой момент, что даже и не знаю. – улыбнувшись, добавил Пашка.

– Хорошо, думаю, ты бы сделал для меня то же самое. – согласился я и достал пистолет из кобуры.

– Рад был знакомству, хороший ты мужик, Гена, жаль, что все так закончилось, и Димку жалко. – сказал боец.

– Взаимно, братское сердце. – сказал я и, стиснув зубы, вскинул пистолет, а после спустил курок, выстрелив товарищу прямо в голову. – ААААаааррррр! Сука, что за гребаный мир! – еще раз ударив по рулю, крикнул я, включив передачу, рванул вперед.

Проехав между двух зданий, я едва сдержал мат, вся территория была усеяна зомби, некоторые КАМАЗы были перевернуты, огонь распространялся повсюду, уже и самолеты во всю пылали, а черный едкий дым затруднял дыхание. Выстрелы сошли на нет, у меня сложилось такое впечатление, что из живых тут остались только мы с Зиной. Быстро проанализировав ситуацию, я решил, что к КПП лучше не соваться, так как там может быть затор из машин. А лучший способ покинуть территорию аэродрома – это выехать через поваленные секции забора, так как основная масса зомби уже прошла.

– Товарищи, к сожалению, наш план полностью провалился, мы не были готовы к такому нападению. Всем, кто смог вырваться, я передаю координаты убежища, запишите их: 62.755269 градусов северной широты и 130.796315 градусов восточной долготы. Это республика Саха (Якутия), бункер находится между селом Кептени и селом Хомустах. Удачи вам, товарищи! – раздался голос в рации, и как только речь закончилась, прозвучал выстрел.

Я тут же остановил машину и, чтобы не забыть, начал повторять цифры вслух. Между водительским солнцезащитным козырьком и крышей был зажат путевой лист и ручка. Я схватил их и, облокотившись на стекло в двери, на память записал все важные данные, правда, название второго села вылетело у меня из головы.

– Как называлось второе село? – строгим тоном спросил я у Зины, от чего она аж вздрогнула.

– Я не слушала и не запоминала. – пожав плечами, ответила она.

– Бестолочь. – покачав головой, сказал я и, свернув листок, аккуратно сложил его в нагрудный карман.

Не набирая скорость, я плавно плыл по морю мертвецов и очень злился на случившееся, а еще меня раздражал тот факт, что ничего не смог сделать и не заметил зомби под машиной. Ну как не заметил, я туда даже не смотрел, и на месте Пашки вообще мог оказаться и я сам. Вот тебе и новое правило: всегда смотри под машину, на опыте таких вот людей, как Пашка, в свое время и писался армейский устав. Жаль, что почти все строки в нем написаны кровью, но они помогли спасти немало жизней. Закурив сигарету, я продолжал молча ехать вперед, не обращая внимания на Зину, которая до сих пор тряслась от переизбытка адреналина в крови и курила одну сигарету за другой.

Доехав до края аэродрома, я приметил две поваленные секции, через которые уже никто не заходил. «Урал», рыча мотором, плавно уперся передними колесами в плиты, а затем я поддал газу, и тот, выплюнув несколько клубов дыма, забрался на них, а затем и задними, и вот мы уже выехали с территории, после чего выехали на полевую дорогу и помчались по прямой, я даже понятия не имел, куда еду, если честно, просто подальше отсюда.

– Спланирована. – вдруг произнесла Зина, спустя полчаса поездки по пустой полевой дороге.

– Чего? – переспросил я.

– Атака зомби была хорошо спланирована и организована. – пояснила она.

– Что за бред? С чего ты взяла? – возмутился я.

– Я подслушала разговор того полковника-командира и Григория, так вот, сказал, что зомби всю ночь наступали малыми группами и не шли напролом, как обычно, а прятались в зданиях и за транспортом, изматывая бойцов и заставляя тратить лишние боеприпасы. А потом согласованно и одновременно напали с двух сторон, причем очень большим количеством. Либо это просто невероятное совпадение, чего быть не может, либо ими кто-то управлял. – пояснила она.

– Вот же, блин, час от часу не легче! – обреченно сказал я, останавливая машину на обочине.

– Что они еще говорили? – уточнил я.

– Да ничего такого. – пожав плечами, сказала она. – Мы с Гришей вообще мало разговаривали, если ты понимаешь, о чем я. – ехидно улыбнулась она.

– Кто о чем. – сказал я, выходя из машины.

– Ну чего ты так сразу. – надувшись, сказала она. – Гена, мне уже начинает казаться, что это судьба, опять мы с тобой вдвоем выбрались из передряги. И я опять с подвернутой ногой, а она только заживать начала. Так что правду говорят: любовь зла, и я, по всей видимости, твоя половинка. – рассмеявшись, сказала Зина.

– Ты не половинка, а обуза! – ответил ей я, осматриваясь по сторонам и заглядывая под машину.

– Зачем ты так? – возмутилась она. – Мне нужно в туалет, помоги мне выйти, пожалуйста.

– Сама вылезай. – отмахнулся я от нее.

– Тогда я сделаю это в салоне, мне правда очень надо! – с нажимом сказала она.

– Твою-то мать, ну за что мне все это? Где же я так нагрешить-то успел? – глядя в небо, обреченно произнес я и пошел к кабине. Заглянув в салон, строгим тоном обратился к девушке. – Будешь много болтать, я тебя тут оставлю!

– Не оставишь! – ехидно ответила она.

– Чего это? – уточнил я у нее, облокотившись рукой на дверной проем.

– Все просто, ты сам по себе добряк, совесть не позволит. А еще, если ты так поступишь, то получается, что твой корешок погиб зря. Чего он зря собой рисковал, такую красавицу спасал? – высказалась она.

– Да, тут ты права. – согласился я с ее железными аргументами и обошел машину с другой стороны.

Открыв пассажирскую дверь, я подтянул девушку к себе и случайно коснулся лба, который был очень горячим, а затем, когда вытаскивал, то прижал ее к себе, от чего она резко дернулась и зашипела от боли.

– Ты в порядке? – уточнил у нее я.

– Да, в порядке, отвернись. – отмахнулась она от меня, расстегивая свои армейские штаны.

И тут до меня дошло, китель на ней опять с погонами, но только они капитанские, и он явно ей был не по размеру, уж больно великоват. А еще у нее горячий лоб и как-то странно дернулась она, когда я взял ее на руки, ноги-то я не касался.

– Все, засовывай меня обратно! – подала мне команду Зина.

– Сними китель! – скомандовал я.

– Ты чего? Гена, ну не тут же. – слегка смутившись, ответила она.

– Я не шучу! – добавив в голос стали, пригрозил ей я.

– Тебе надо, ты и снимай. – ответила она.

Я подошел к ней и, схватив китель за воротник, рванул его в стороны, отрывая пуговицы.

– Полегче, ковбой! – ухмыльнулась девушка и попыталась поцеловать меня, но я тут же ее оттолкнул от себя и сдернул с нее китель.

На плече у Зины я заметил коряво забинтованную рану, видно, что бинтовала сама одной рукой. Я схватил ее за руку и начал разматывать бинт.

– Осторожнее, мне больно! – фыркнула она.

Но я не обращал внимания на ее ворчание, и как только убрал бинт, моему вниманию открылся слегка кровоточащий след от укуса.

– Твою-то мать! – крикнул я. – Ну ты и мразь, конечно! Не зря, говоришь, Пашка рисковал? – прорычал я, словно раненый зверь, и впервые в жизни отвесил женщине пощечину, сильную, прямо от души.

Зина крутанулась на месте и упала на землю.

– Гена! Гена! Геночка, миленький! Ты все не так понял! – запричитала она, отползая от меня в сторону.

– Как не так? Тебя укусил зомби, и ты все равно искала себе помощи! Из-за тебя человек погиб! Какая же ты тварь! – прокричал я ей в ответ.

– Ну укусил и чего? Это же не значит, что я точно обращусь?

– Значит! – прервал я ее. – Сука, уже в который раз пожалел о том, что спас тебя тогда! Ненавижу тебя, тварь! – продолжил кричать я и потянулся за пистолетом.