– Вон тот белый дом с металлической крышей! – указал мне пальцем полковник.

– Да я уже догадался. – согласно кивнул я, видя самый окруженный дом, на крыше которого сидели люди и махали нам руками.

Вжав газ в пол, я рванул по улице вперед, набирая скорость. Дороги тут были грунтовыми, а еще, по всей видимости, или утром, или ночью тут прошел дождь, от чего все развезло в кашу, этим я и решил воспользоваться. Борта моей малышки усиленные от ударов о деревья и прочее, так что глупо не использовать возможность.

– Держитесь! – крикнул я и, подлетая к орде зомби, рванул руль влево и дернул ручник.

Зад машины занесло, и он всей своей массой сразу снес около двух десятков зомби, раскалывая им черепа, словно это гнилые орехи.

– Зачет! – сказал полковник и, опустив стекло, высунул автомат и открыл огонь. Парни поступили точно так же, да и я решил не оставаться в стороне, все же патронов мне дали, и, открыв люк, высунулся по пояс, сразу приступив к отстрелу зомби короткими очередями.

Зомби реально было очень много! Буквально три минуты боя, и шесть магазинов улетели только в путь, и, учитывая, что я стрелял одиночными и попадал примерно восемь раз из десяти, патронов нужно прям много. Парни ведь тоже без дела не сидели и били метко. Но тем не менее зомби закончились, и я, вернувшись за руль, подъехал по заваленным воротам к крылечку дома прямо в упор.

Полкан тут же через люк поднялся на крышу машины и скомандовал своим спускаться. С крыши быстро спустилась вполне симпатичная милфа, паренек лет десяти и девочка чуть постарше. Порядка пятнадцати лет. В их глазах читалась смесь эмоций радости, печали и страха. С криками «Папа, папа!» спустились вниз, и он усадил их в салон, а бойцы переместились в кузов. Бойцам, конечно, не позавидовать, ведь основной кузов у меня закрыт металлической крышкой, чтобы туда ничего не залетало. Каркас прочности-то у меня установлен, за который можно держаться, но ехать им придется сидя на корточках. Что ж, они знали, на что шли, и сразу попросили ехать без резких маневров, так как была возможность случайно катапультироваться.

– Тут домов-то столько нет, откуда зомби? – спросил я у полкана.

– Да стройка рядом, там работяг немерено, какой-то очередной склад для маркетплейсов строили. Вот и набежало. – пояснил он мне.

– Понятно. – ответил я, после чего посмотрел на бледных детишек и, открыв подлокотник, кинул им по батончику «Сникерса».

– Спасибо. – хором сказали они, прижав к себе шоколадки.

– Это, наверное, сейчас дефицит и редкость, ты очень добр. Меня Артем Николаевич звать, а тебя? – обратился ко мне полковник, умилившись увиденным.

– Меня Ил, как самолет. Никакой доброты, считай, что купил, одна шоколадка – цинк патронов. – ухмыльнувшись, ответил я.

– А губа у тебя не дура! Не дорого? – удивился он.

– Что поделать, дорого, но, как говорится, все лучшее детям. – хохотнул я.

– Вот ты жучара, конечно. – рассмеялся полкан.

Обернуться туда-обратно за сорок минут мы, конечно, не успели, тем более назад пришлось ехать куда более медленно. Я пару раз пытался узнать у полковника, куда они держат путь, но он мне не отвечал. Но сказал, что Нижний проедут насквозь и я могу смело ехать с ними в колонне, только не замыкающим, так как парням нужно видеть, что творится позади, а из-за моего лайнера обзор закрыт.

Вернувшись на трассу, мы нагнали колонну, полковник сразу доложил Тайфуну о том, что мы на месте и все в порядке. Затем он дал команду двум крайним БТРам дать нам пространство, чтобы вклиниться перед ними в колонну. Параллельно с этим я выполнил операцию по десантированию бойцов из моего кузова на броню. Все же сидеть на БТРе куда удобнее, чем на моем пикапе. Снизив скорость, я прижался к крайнему бронетранспортеру, и парни по одному перепрыгнули, а их коллеги хватали их за руки, поддерживая.

– Вот видишь, все друг другу помогают, выживают как единый организм. В единстве сила. – прокомментировал мне полковник.

– Агитировать на вступление к вам начинаешь? – прямо спросил я у него.

– А пойдешь? Парень ты хоть и молодой, но сразу видно, не из трусливых, да и соображаешь быстро. – ухмыльнувшись, ответил он.

– Нет, не пойду. В единстве, говоришь, сила, но в нем же и слабость, особенно когда вас так много. Одна паршивая овца, и вы все мертвы, так что я сам по себе, так надежнее. – высказал я свое мнение.

– Не согласен, все понимают, что на кону и какая ответственность у них перед остальными. – не согласился он со мной.

– Это до момента, пока тебя не укусят или на кон не встанет твоя жизнь. – скептически произнес я.

– Ты циник, ты в курсе? – ухмыльнувшись, спросил полковник.

– Может и так, но ведь рациональное зерно в моих словах есть? Ты ведь бывалый военный, наверное, многое видел.

– Многое, согласен, и было бы глупо отрицать правдивость твоих слов. Но и один, знаешь ли, тоже в поле не воин, особенно сейчас. Хотя бы спину, но кто-то должен прикрывать. – начал рассуждать он.

– Это да, одному непросто, зато в случае чего я буду уверен, что если удар в спину и пропущу, он будет от врага, а не от человека, которому я ее доверил.

Мы начали философствовать на эту тему и болтали почти до самого города. На улице тем временем уже начало темнеть, и по рации сообщили о том, что совсем скоро прибудем к точке стоянки.

Ночью ехать в город было бы глупо, так как из-за света фар на колонну, словно светлячки, будут стекаться все зомби с округи. А видимость все равно будет плохая, и можно попасть в серьезный переплет. Поэтому командование решило встать на ночлег на большой парковке, предназначенной для фур.

Вот за что я люблю вояк, так за их организованность. На площадку выехали БТРы и растолкали весь транспорт и прицепы, затем бойцы зачистили всю округу от зомби. Бронированный транспорт занял удобные позиции для ведения огня, внешним периметром на площадке встали грузовики с КУНГами, образовывая большой квадрат, а внутрь загнали автобусы и тентованные машины. На землю уложили дощатые настилы, чтобы никто не наступал на останки зомби и битое стекло. Затем тут же выставили прожекторы, завели дизельные генераторы, выставили посты и приступили к приготовлению пищи. Все это было сделано примерно за час.

Как только с организацией было покончено, полковник подвел меня к тентованному КАМАЗу и познакомил с прапорщиком Малыко, ой, какой же это хитровыдуманный жук, да еще и навозный. Полкан распорядился выдать мне два «Калаша», пять цинков патронов для них, дополнительно два десятка магазинов, «ВАЛ» и две тысячи патронов для него. Еще я пытался выпросить СВД, но тут он был непреклонен. Но хотя бы дал еще две разгрузки, броник, каску, два комплекта формы и берцы. Малыко сразу же взял быка за рога, приказ ему дали, и он обязан его выполнить, но как ему его выполнять, это уже его личное дело. Он сразу протянул мне мятую, ржавую каску.

– Эй, дядя, ты где немца-то нашел? – злобно спросил у него я, разглядывая девайс.

– Какого еще немца? – нахмурившись, спросил он.

– Как какого? С которого ты ее снял! – возмутился я.

– Что тебе не нравится-то? – начал возмущаться он в ответ. – Это же каска? Каска, вот и забирай ее!

Честно говоря, в этот момент мне очень сильно хотелось выхватить пистолет и выпустить ему пару пуль в его жадную харю. Но тут он хозяин положения, буду бузить, меня просто вышвырнут отсюда или пристрелят по законам военного времени.

– Так, я понял тебя, прапорюга! Стой тут и никуда не уходи! – сказал ему я и быстрым шагом отправился к машине.

Откинув борт багажника, я почти по пояс залез в кузов и, нашарив там две картонных коробки, подтянул их к себе. Из одной я достал две бутылки хорошего виски, а из второй две бутылки водки. Прапоры они и в Африке прапоры, и стереотипы они на то и стереотипы. Они просто не могут сделать так, как надо, без собственной выгоды, уж так их воспитали.

– Вот, тебе просили передать! – сказал я, подойдя к КАМАЗу и расправив свою куртку, продемонстрировал вальяжно курящему прапору стеклотару.