– А ты как всегда дерзок. – улыбнулся он в ответ, блеснув своим зубным составом.

– Я вот чего не могу понять. Парни сказали, что ты очень жесткий и суровый дядька. А я вот тебя уж не раз пытаюсь подколоть, вывести из равновесия, а ты все лыбу давишь. Ведешь себя со мной уж больно по‑доброму. Любимчиков у тебя сроду не было. Чего удумал, черт старый? – пользуясь случаем, прямо спросил я у него.

– Да ничего особенного. – пожал он плечами. – Просто знаешь, смотрю на тебя и словно в отражение в зеркале, уж больно мы похожи.

– Ну ты ляпнул, старый. Я вот на тебя смотрю и не дай боже стать похожим на тебя, я красавчик, а ты далеко нет. – рассмеялся я ему в ответ.

– Да причем тут внешность, дерзость, непризнание авторитетов, безбашенность, бесстрашие, одним словом, полный отморозок, но в хорошем контексте. Я был точно таким же, как и ты, раньше слово «социопат» никто не знал, это сейчас психология всюду лезет, и в армию в том числе. Для всех я был просто немного неуравновешенным, но еще и воспитан неплохо, поэтому вел себя несколько скромнее. Но ты другое дело, ты не стесняешься своего недуга, хотя это и не недуг вовсе, в наше время это огромное преимущество. Отсюда и вывод, я тебе отчасти завидую, мне приходилось сложнее, чем тебе сейчас, ну это я про жизнь в обществе. А еще я вижу в тебе огромные перспективы, из тебя выйдет отличный солдат. Так что считай, что ты стал моим первым любимчиком, я тебя всему научу, натаскаю, и когда придет время, ты займешь мое место.

– Даже и не знаю, что на это сказать, радоваться или грустить. – пожав плечами, ответил я.

– Ничего не говори, прими это как данность. – ответил он и прикурил сигарету.

– Так что, команданте, ты за этим меня пригласил? Ностальгировать и золотые горы мне пообещать?

– Нет, конечно, я хотел поговорить о твоих друзьях. Как они тебя приняли? Радушно? – сразу перестроился он на серьезный лад.

– Да нормально приняли, Лиза – да, а вот Коля волком на меня смотрел. Мы с ним не особо и друзья, при нашей первой встрече я чуть не грохнул его напарника, хотя зря не довел дело до конца. А еще ему очень сильно не нравится наше с вами подразделение. Правда, пояснять отказался. Мы его подразделению где‑то перешли дорогу. – сразу сообразил я чего ляпнуть, чтобы не вызывать подозрений.

– У него есть веские причины относиться к нам не очень хорошо. Но я тебе так скажу, парень он неплохой, я бы даже сказал, толковый, но его женщина куда более ценный кадр, даже невосполнимый.

– А что за причины? Может, пояснишь, или все это военная тайна?

– Да не то чтобы. Скажу как есть, их взвод уничтожили мы, так вышло, что предыдущий взводник полез туда, куда не стоит. Я его предупреждал, уговаривал, но тот меня не услышал. Как итог, пришлось устроить показательную порку. Официально мы ничего не сделали, все это была подготовленная группировка бандитов, но все все поняли. Твоего знакомого тогда ранили, причем очень тяжело, но он выкарабкался. И теперь я переживаю за то, как бы Коля не повторил судьбу первого командира взвода. Начнет свою игру и полезет туда, куда не стоит. Соответственно, я хочу тебя попросить присмотреть за ним.

– Вот оно что. – задумчиво произнес я. – А что, если я вместо того, чтобы притормозить, присоединюсь к нему, и мы устроим тут вам переворот? – посмотрев в глаза Стервятнику, произнес я.

– Чего? – спросил он и рассмеялся во весь голос. – Ты? И на баррикады? Я тебя умоляю, Ил, не говори чепухи. Ты кто угодно, но не революционер, для тебя чужая жизнь – простой пшик. Наши психологи дали полный расклад по твоей личности. Ты умен и рационален, а значит, понимаешь, если что‑то вдруг начнется, то всех вас тут же грохнут, вот и все, шансы на успех нулевые. Так что подобного поведения я от тебя не ожидаю.

– Аргумент. – признал я его позицию. – И что делать нужно?

– Да все просто: подружись с ним, отговори от глупых поступков. Ты же разведчик, учись вживаться в разные роли, поиграй надежного товарища, помоги где‑нибудь. Мне важно, чтобы он был в порядке, и пока так, его барышня будет усердно трудиться на благо лаборатории. От этого всем будет только лучше. Ну так что, поможешь?

– Как тут отказать. – нехотя согласился я. – Тем более Докторша нормальная такая тетка, сильная. Мне будет жаль, если она попадет из‑за него под раздачу.

– Вот и хорошо. – кивнул в ответ Стервятник и, потушив сигарету, залпом допил кофе из чашки. – Тогда иди отдыхай, завтра намечается тяжелый день.

– Как прикажете. – кивнул я в ответ и отправился в сторону лифта.

По пути я начал думать о том, как прошли мои первые дни на базе. Невозможно не заметить, что всё идет очень хорошо, даже слишком хорошо. Нашел, где добыть взрывчатку, поставил в генераторную своего человека, а это, считай, половина плана, причем самая сложная. Но вот вопрос: это реально удача и везение, а может, кто‑то в курсе всех дел и специально подыгрывает мне? Возможно, у Герды остались союзники, и она просто забыла мне о них рассказать? Хотя это маловероятно. Просто во всей этой истории меня смущает несколько моментов, если поход к Докторше я еще могу списать на чистую случайность, хотя с чего бы Морсу отправлять меня к ней? Ну да черт с ним, с Морсом, вот то, что Репа попросил меня подобрать работягу в нужное мне место, и там оказался Леший. Вот это уже выглядит ну очень подозрительно. Глупо отрицать тот факт, что мои коллеги очень умны и опытны и превосходят меня по многим параметрам. Но откуда им знать о моих планах? Или они были в курсе плана Герды, тогда бы это многое объяснило. С другой стороны, если они все знают, почему я до сих пор не схвачен? Ждут, пока я наберу себе еще союзников, или что. Как‑то все это очень и очень сложно, аж голова разболелась. Но вывод один и весьма простой: раз уж я сюда попал, то выход теперь только один – довести все задуманное до конца любыми способами.

Вернувшись на свой этаж, я быстро сходил в душ и завалился спать. Несмотря на усталость, накопившуюся за день, уснуть я еще долго не мог. Мысли о плане так и не давали мне покоя, а что, если Лиза с Колей предадут меня? Леший – он с самого начала ненадежный товарищ. Приплетать еще кого‑то тоже нельзя, в общем, вокруг полная задница, а еще нужно как‑то попасть на пункт управления и установить нужную программу. Не говоря уже о том, что нужно как‑то доставить взрывчатку на нижние этажи.

Поспать мне толком не удалось, ведь едва я заглянул в царство Морфея, как меня оттуда с силой вырвал ревущий звук сирены. Открыв глаза, я ничего еще толком не понимал, но увидел, что парни спешно натягивают на себя форму.

– Ил, блин! Чего ты расселся?! Бегом одевайся, у нас ЧП! – грозно прорычал Филин, пробегая мимо моего кубрика.

– Эх! Час от часу не легче. – тяжело вздохнув, произнес я и, сладко зевнув, начал одеваться, как и все.

Помимо формы, мы также напялили на себя все снаряжение и оружие, а после выстроились в центральном коридоре, где нас ждал Стервятник, и он, кстати, тоже был при полном боевом параде.

– Мужчины, нас ждут великие дела! – громко произнес он. – Наши радисты связались с группой выживших, среди которых по счастливой случайности оказалось парочка небезызвестных в своих кругах ученых. Наша задача – вытащить их из города и доставить сюда в целости и сохранности.

– Какие‑нибудь вводные есть? Где сидят, кем окружены, как долго они могут продержаться? – уточнил у него Филин.

– Нам известно немногое, они находятся в небольшом городке в трехстах пятидесяти километрах отсюда. Они забаррикадировались на верхних этажах десятиэтажного дома. Нижние этажи находятся под контролем зомби, там их буквально тысячи, но это, разумеется, не все. В соседних домах также сидит группа выживших, но только многочисленная, порядка пятидесяти человек, и они весьма недружелюбны, а также отлично вооружены. Это пока все, план продумаем по дороге, а сейчас выдвигаемся. – ответил Стервятник и отправился к выходу.