Этот мужлан Гена может катиться к черту, не знаю, на что он рассчитывал, когда изображал из себя благородного рыцаря. Обычный работяга, плывущий по течению, без каких-либо амбиций, такие мужики не по мне. Да, я, конечно, воспользовалась его добротой и наивностью. А затем была немного растеряна, не понимая, куда мы попали, но местные бабы быстро пояснили мне, какие у нас перспективы. Доберемся до бункера и заживем там, вот только не все так просто, каждый должен вносить свою лепту, уборка, готовка и прочее лягут на хрупкие женские плечи. Но это явно не по мне, я не создана для такой жизни. Послушав этих простушек, быстро смекнула, что жены и девушки высокопоставленных вояк будут как сыр в масле кататься, а простые смертные будут вкалывать. И тут нарисовался этот важный дяденька в звании подполковника, ходил, красовался, и не только я одна решила, что он может облегчить дальнейшую жизнь. Местные сразу начали строить ему глазки, но куда им до меня, ни нормальной задницы, ни груди, а тут я вся такая идеальная, ухоженная, у него просто не было шанса устоять передо мной.

Так-то он тот еще увалень, генератор дурацких шуточек, но власть у него есть, остальные мужики его побаиваются и слушаются. А значит, он будет хорошим трамплином для меня, как я поняла, в бункере нас уже будут ждать другие большие дяди, вот кого-нибудь из них я там и подцеплю для себя, а пока буду подле этого.

Гена назвал меня паразитом, ну ничего, я ему еще покажу, кто из нас еще паразит, выпрошу себе звание выше него и буду издеваться над ним, заставляя выполнять мои прихоти! Если его зомби не сожрут! Будет знать, как рот на меня открывать, глупая деревенщина!

На остальное мне все равно, мир рухнул, ну и пошел он к черту! Главное, что я в тепле, безопасности и сытости, на остальное и остальных мне плевать.

22 июля. Окрестности города Пятигорск. Сварщик пятого разряда Петров Геннадий Павлович.

До рассвета на наш пост больше никто не приходил, зато на соседних было шумно и весело. То тут десяток, то там тридцать, и только под утро наступила тишина. Но она больше была похожа на затишье перед бурей.

А буря началась, но только забегали не зомби, а люди. Вояки быстро сворачивали лагерь и грузили всех по местам, проверяя людей по спискам. Меня с парнями усадили верхом на БМП, при этом выдав разгрузку с дополнительными магазинами, автомат, кучу патронов и гранат.

Подогнал разгрузку под свои габариты, парни помогли мне снарядиться и подготовиться к грядущей поездке. Колонна выстроилась невероятно длинная, я даже ее края не видел, но зато получил себе место практически в первом ряду. Перед нами ехало три танка, а следом уже ехали мы. Трасса была рядом, и вела она на Минеральные воды, как раз к аэродрому. На трассе было много зомби и брошенных машин. Танки служили этакими бульдозерами, что расталкивали все по сторонам.

Плотного огня мы пока не открывали, так, бегло отстреливали зомби, что могли хоть как-то приблизиться к нам. Смотреть на них было жутко, так как среди них были и совсем маленькие дети, что шли на нас в окровавленных одеждах. Тем не менее я нормально воспринимал все это, уж не знаю, мозг до сих пор отрицает ситуацию. Или фильмы с книгами нас к этому готовили, и выглядит данная картина вполне себе приемлемо. Но разумеется, не все сидели с такими каменными лицами, как у меня, нервы давали о себе знать, вояки нервничали, ругались, матерились и проклинали тварей, выпуская в них гораздо больше патронов, чем нужно.

Через час мы уперлись в настоящую реку зомби, тут даже танки начали стрелять вперед, взрывая брошенные на дороге автомобили. Зомби шли на нас, а мы палили со всех стволов, не подпуская их к себе. В какой-то момент их стало слишком много, и колонна начала пятиться назад. Но тут положение исправили два ГАЗ-66-х. Они подскочили на переднюю линию и резко развернулись, а ЗУшки, стоявшие в их кузовах, синхронно открыли огонь. Плотный огонь просто выкашивал ряды противника, разрывая их на лоскуты. Буквально минута их работы, и зомби почти не осталось. И когда «шишиги» отъехали в стороны, колонна пошла дальше.

– А чего сразу из них не стреляли? – спросил я у снайпера, сидящего рядом.

– А хрен его знает, я же тут не командую. – пожав плечами, ответил он.

– Я думаю, командование смотрит, что эффективно против зомби, а что нет. Понимание-то должно быть хоть какое-то, с чем идти на орду. – предположил Димка.

До аэродрома оставалось около пяти километров, как вдруг оттуда раздался громкий хлопок, и в небо поднялся огромный столб пламени, а за ним последовало еще два таких же. Колонна опять встала на месте, и все, озираясь по сторонам, ждали подробностей, что же там произошло.

– Твою мать! – выругался Пашка, прижимая к уху гарнитуру.

– Что там? – спросил у него паренек, сидящий на другом борту.

– Короче, как я понял, какие-то ушлепки попытались взлететь на гражданском борту, но не смогли, при взлете самолет ушел в сторону и врезался в наш. Как итог, взлетки больше нет! И самолетов тоже! Но летчики выжили, они в здании аэропорта были. – пояснил нам парень.

– И что теперь? – уточнил у него я.

– Не знаю, будем забирать летунов и искать другой аэродром. – предположил он.

– Логично. – кивнул Димка.

Немного постояв, мы двинулись дальше, правда, шла не вся колонна, а только танки, что расчищали дорогу, мы на бронетранспортерах, две «шишиги» позади нас, и еще к нам приселилось два «Тигра» с АГСами и «Утесами» на крышах. Честно говоря, видя такое вооружение, я считал свое присутствие на броне оправданным только в одном случае: выполнять роль приманки. И это даже оправданно, ведь все зомби прут именно на нас, но в этот момент сидеть на броне, мягко говоря, неуютно. Не дай бог ты сорвешься вниз, это же все, билет в один конец.

У забора аэродрома было очень много зомби, а за забором очень много людей, причем большая часть являлась гражданскими. Стоя на броне, я отстреливал зомби, забирающихся на дорогу с противоположной забору обочины. ЗУшки же опять выехали вперед и перемолотили орду, прущую на нас, а затем вернулись в строй.

Я думал, мы будем заходить через главный вход и выводить людей. Но нет, танки просто протаранили две секции забора, и из них к нам выехали два КАМАЗа с КУНГами и два больших пассажирских автобуса. Следом за ними бежали люди с детьми на руках, с криками о помощи и просьбами забрать их с собой. Но увы, всех взять мы не могли, банально некуда, и хоть я это и понимал головой, но легче от этого не становилось. Ведь всех их буквально обрекли на смерть, даже забор им сломали.

– Так им, сукам, и надо! – прокричал Пашка, глядя на брошенных людей.

– Ты чего так базаришь? – нахмурив взгляд спросил я у Пашки.

– Да я тут переговоры послушал. – указал он пальцем на рацию.

– И? – спросил у него я.

– Что и? Думаешь, это простые люди? Как бы не так, сплошь чинуши, городские администрации да и прочие богатеи. Парни вон в эфире говорят, у них в сумках сплошь бабки, за место в автобусе один тип сто лямов предлагал. Представляете? Сидели на заднице ровно, пока вояки там были, хоть бы один подошел воды принес. Важные, словно так и нужно, попивали кофеек, вискарик. А когда поняли, что ждут нашу колонну и никто их задницы спасать не собирается, закатили истерику. Парочка самых ушлых втихаря самолет решили увести, вот только навыков не хватило и не взлетели. Как итог, обгадили нам все! Пусть теперь сами шевелятся, думают, как выжить, техника-то есть, и даже оружия им оставили. Так что все в их руках, бабы вон на каблуках бегут, все в золоте! За окном зомбиапокалипсис, а они о внешности думают, куры. – злобно прошипел Пашка.

– Но все равно как-то не по-человечески. – сказал я.

– Может и так, но всех все равно не спасешь, как бы пупок не развязался. – понимающе кивнул Димка.

– План изменился, идем в Ростов. – объявил нам новость Пашка.

– А это не близко. – сказал Димка.

– Примерно шестьсот километров, только там нужные борты есть. – согласился он.