Я бежал со всех ног по заросшему полю, по колено утопая в снегу. На плечи сильно давил тяжелый походный рюкзак, по бедрам били стволы автоматов, а в руках держал большой баул с полезными находками. Холодный встречный северный ветер пронизывал меня насквозь, плюс сильный снегопад бил своими ледяными снежинками по лицу и рукам. В голове же крутилась только одна мысль: холодно, как же, сука, холодно!
Раньше я думал, что основных угроз жизни только две: люди и зомби, и тут даже было сложно решить, кто из них опаснее. С приходом холодов на смену зомби пришел старый дедушка Мороз, который не щадит никого, он даже зомби заморозил, будто льдинки, словно не желая конкуренции. Но помимо всего прочего беда пришла откуда не ждали.
Собаки, что остались без хозяев, начали сбиваться в огромные стаи. Разумеется, охотиться они толком не умеют, ведь люди отучили их от подобной потребности. Первое время, понятно, они пожрали домашний скот: кур, гусей, свиней, овец и даже коров. Разумеется, с голодухи не брезговали они и людьми, мертвых всюду было немало. А в условиях зимы, когда есть совсем стало нечего, они переключились на замороженных зомби. Слава богу, в зомби эти твари не превращались, но от этого не легче. Они словно впадали в бешенство, их глаза были налиты кровью, из пастей лезла розовая пена. Они шли напролом, ни стрельба в воздух, ни автоматная очередь по собратьям – ничего их не останавливало.
Мне удавалось держаться от них на расстоянии, но несколько дней назад столкнулся с подобной стаей лицом к лицу, тогда я, к собственному счастью, передвигался на армейском Тигре. Стая налетела на меня, словно вихрь, они бились головами в стекла, царапали машину когтями и вгрызались зубами в броню, ломая об нее свои клыки. Звери были неудержимы, словно они переняли волю зомби и желали идти и убивать все живое на своем пути. Учитывая бронированный корпус машины, я смог просто уехать. Но они еще долго преследовали меня.
Сегодня же все обстояло иначе. Вчера мой «Кошак» окончательно издох, и пришлось экстренно искать ему замену. На мою удачу неподалеку была расположена опустевшая деревушка. Убедившись, что в ней никого нет, я прошелся по домам и нашел в одном гараже приличную и даже слегка тюнингованную Ниву. На ней была задрана подвеска и установлены широкие колеса с внедорожной резиной. Самое то, чтобы кататься по заснеженным дорогам. Завести ее была еще та морока, аккумулятор был севший в доску. Но я нашел в соседнем доме мотоцикл Урал, выглядел он как новенький, и у него аккумулятор был более‑менее живой, я не стал рисковать и подцеплять его к Ниве, так как емкость у него никакая. Так, перекатил мотоцикл в гараж к машине, завел его и уже им заряжал автомобильный аккумулятор. После трех часов работы я вернул аккумулятор в машину и подцепил клеммы мотоцикла к клеммам машины и, выкрутив ручку газа до конца, начал заводить Ниву. Пусть и не сразу, но машина завелась, чему я был несказанно рад. После я скатался до Тигра и перегрузил в него свое имущество, и, поскольку на улице только рассвело, я сразу продолжил свой путь.
Все было нормально ровно до момента, пока на приборной панели не загорелась лампочка «Давление». Я даже опешил от подобного и сразу нырнул под капот. Вынул щуп уровня масла, он показал, что такового в моторе не имеется. И, как назло, при себе масла у меня тоже не было. А ведь в багажнике лежала целая канистра, но я ее забыл закинуть обратно. Деваться было некуда, и мне пришлось ехать как есть, так как я был посреди заснеженной трассы. Надежда была на то, что машинка выдержит и довезет меня до населенного пункта, где я разживусь моторным маслом и поеду дальше, но как бы не так. Характерный металлический стук ознаменовал кончину двигателя, и он сразу заглох. Стартер был не в силах провернуть мотор, говоря о том, что тот клинанул, и дальше мне придется идти пешком.
Схватив бинокль, я забрался на крышу и начал осматриваться по сторонам, хотя в такую погоду это было почти бессмысленно, сильная метель снижала видимость почти до нуля. Но как только ветер затихал, горизонт немного прояснялся, позволяя рассмотреть хоть что‑то. Вдалеке я увидел большую стаю собак, сколько их там сосчитать было сложно. Звери черной тучей штурмовали сугробы и мчались на меня. Они заходили с подветренной стороны и отчетливо улавливали мой запах, так что мне ничего не оставалось, кроме как хватать ноги в руки и бежать как можно скорее.
Мой забег продолжался уже более трех часов, сил почти не оставалось. Несмотря на сильную физическую активность, я продрог до костей. Сильный ветер затруднял движение и обзор, а также уносил мой запах назад, указывая путь преследующим меня зверям. Из‑за дурацкого ветра я не слышал, далеко ли от меня заходятся собаки, так как если они даже и воют, то звук уносится назад, а оборачиваясь, я вижу только белую пелену.
Вдалеке на горизонте сквозь снег я смог разглядеть какую‑то высокую конструкцию. Сложно было понять, что это: какая‑то высокая труба или водонапорная башня, а может, что‑то иное. Но, учитывая, что собаки лазать не умеют, мне подходило и это. Я ускорился из последних сил и в очередной раз запнувшись обо что‑то пластом завалился в снег, но тут же поднялся и рванул вперед. Оказавшись в непосредственной близости, я увидел, что это была водонапорная башня. Она была обнесена бетонным забором с натянутой колючей проволокой, и с одной стороны виднелись ворота с калиткой, но их занесло снегом, плюс там висел замок.
Едва приблизившись к забору, я сначала перекинул сумку, затем рюкзак и оружие, а после полез и сам. Рюкзак в полете зацепил колючую проволоку и утянул ее за собой вниз на ту сторону, тем самым упростив мне преодоление препятствия. Схватившись руками за верхний край стены, я начал упираться ногами в стену, дабы взобраться. Но заледеневшая подошва берцев проскальзывала, а сил в руках почти не осталось. Кряхтя от натуги, я все же смог перевалить свой вес на ту сторону и рухнуть прямо на свои вещи, при этом больно приложившись лицом об автомат и ободрав руку о провисшую колючку.
– Сука! – прошипел я, осматриваясь по сторонам.
На небольшой площади, примерно десять на десять метров, стояла кирпичная будка, где располагались краны для перекрытия воды и управления гидронасосами. И еще прямо на земле стоял старый, обычный КУНГ, снятый с машины. КУНГ был заперт на навесной замок, так что я, схватив автомат, что было сил ударил по петлям, чтобы открыть двери. И, к своему удивлению, они отвалились с первого удара. Растолкав снег ногами, я открыл дверь и запрыгнул внутрь. В КУНГе все было завалено какими‑то грязными железяками. Вообще, он вроде был жилым, тут стояла шконка, небольшой столик в углу и древний комод. Видимо, летом здесь отдыхал человек, отвечающий за набор воды в башню. А железо он собирал по окрестностям, чтобы потом сдать, и, чтобы его не уперли, сложил сюда.
Как бы там ни было, я обрадовался и, закинув в него вещи, заперся на предусмотренный тут шпингалет. И перед тем как я захлопнул за собой дверь, за стеной послышался вой, лай и злобное рычание.
– Успел. – с облегчением вздохнул я.
Ветра в помещении не было, что не могло меня не радовать. Но было все так же холодно, как на улице, а печь сюда никто не установил. Учитывая, что я бежал по полю, башня тут предусмотрена для полива, и использовали ее только летом, а летом здесь очень жарко.
Осмотрев все железяки, я придумал способ обогрева помещения. Сложив небольшую пирамидку из металлолома, я поставил на вершину большое железное колесо от гусеничного трактора. Затем раскрыл свою клетчатую сумку и вынул из нее два газовых баллончика и надел на них газовые горелки, затем поджег их, а пламя направил на колесо. Оно нагреется и, словно большая батарея, будет обогревать помещение. Пусть не быстро, но это куда лучше, чем ничего.
Время шло, собачий вой был слышен куда более отчетливо. Собаки долбились в ворота и скребли их лапами, пытаясь проникнуть на территорию, но пока все их попытки были безуспешны. КУНГ хоть старенький, но все еще был крепким, так что им его не пробить, да и стекла в окнах очень прочные. И даже если они одно разобьют, я просто открою по ним огонь из автомата и перебью всю стаю из укромного местечка. Поэтому особо не переживал по поводу озверевших собак, мои мысли были о другом.
