Агент сглотнул и поспешил прочь.

Старый Охотник переводил взгляд с одной на другую.

— Где Гримсби?

Ариенетт отказывалась смотреть ему в глаза, вместо этого хмуро смотрела вдаль, её рюкзак был перекинут через плечо.

Рейн, тем временем, выглядела обеспокоенной.

— Я... я думаю, он в реликварии — сказала она — Нам нужно спуститься туда, и побыстрее.

Она пошла вперед, а Мэйфлауэр не отставал.

За ними последовали Ариенетт и Брасс.

У Мэйфлауэра были вопросы, но они могли подождать.

Гримсби нуждался в помощи.

Все это могло подождать.

Они подошли к лифту, и Рейн жестом показала Мэйфлауэру, чтобы тот воспользовался его пропуском.

Осознав, что он единственный, у кого есть разрешение Департамента, и ненавидя этот факт, он прижал свой пропуск к электронной панели, пока не загорелся зеленый огонек.

— Как нам попасть внутрь? – спросил он.

— Мы не можем — сказала Рейн — У нас нет ведьмы, которая открыла бы путь. Нам придется подождать снаружи.

— Чего ждать снаружи? — спросил он.

— Чтобы он вышел — спросил Рейн— Надеюсь, все в порядке.

Заговорила Ариенетта, все еще отказываясь смотреть на Мэйфлауэра.

— Что, если тот, с кем он, выйдет без него?

Лифт остановился, и двери открылись.

Лицо Мэйфлауэра потемнело, когда он направился по длинному кирпичному туннелю к реликварию.

— Тогда мы убьем их.

Он слышал, как остальные спешат за ним, но ему было все равно. Гримсби был в беде.

Они дошли до перекрестка, ведущего к реликварию, где на страже стояли два агента. Они настороженно посмотрели на группу Мэйфлауэра.

— Разрешите? — спросил один из них.

Мэйфлауэр, не останавливаясь, показал свой значок, но они подняли руки, преграждая путь.

— Извините, Охотник. У вас нет разрешения быть здесь.

— Пропустите меня — прорычал Мэйфлауэр, чувствуя, что каждая потраченная впустую драгоценная секунда может оказаться единственной, которая имеет значение — Сейчас же.

Один из агентов покачал головой и попытался оттеснить Мэйфлауэра назад.

На разговоры не было времени.

Мэйфлауэр ударился черепом о кирпичную стену так быстро, что мужчина все еще продолжал что-то говорить, падая на землю.

Другой агент издал удивленный звук и полез в карман за оружием, но Мэйфлауэр действовал быстро. Он взмахнул одной ногой и поймал его за шею, когда тот падал.

Через несколько секунд после того, как локоть Мэйфлауэра сжал его шею в тисках, мужчина обмяк.

Мэйфлауэр опустил его на пол и, не говоря ни слова, продолжил свой путь по туннелю.

Он услышал, как Брасс фыркнул у него за спиной.

Рейн вздохнула.

Ариенетт молчала.

Они дошли до конца коридора, который вел к основанию короткой лестницы. Наверху туннель, казалось, был перекрыт чем-то вроде железной двери с выгравированными на ней рунами. Он был массивным и круглым, без замочной скважины или ручки, а только с отпечатком щита в центре.

Мэйфлауэр повернулся, чтобы расспросить Рейн, но тут его внимание привлек тяжелый стук.

Сегментированные кольца двери начали вращаться, механизмы внутри скрежетали и жужжали.

Наконец дверь, казалось, открылась и медленно подалась в сторону, открывая взору сияющий диск из цельного полированного золота.

Затем отражение диска начало смещаться и меняться, открывая что-то за его пределами. Какая-то пещера или склеп, очерченные черным и подсвеченные красным.

На диске появились пять силуэтов, которые постепенно приближались, пока не начали появляться на золотистой поверхности, словно из стоячей воды.

Первой была Мелоди, и Мэйфлауэр почувствовал, как Брасс напрягся рядом с ним.

Вторым был Кейденс.

Он почувствовал, что, сам того не осознавая, достает пистолет.

Третьей была женщина в белом, которую он не узнал, хотя за серыми стеклами очков было видно больше, и он видел, как воздух вокруг нее меняется и мерцает, выдавая признаки её личины.

Четвертым был Эш, демон, которого забрали из Гостиной, только теперь он казался целым и невредимым, а его голова была возвращена на место.

И последним был старик с морщинистым лицом и властно нахмуренными бровями.

Гримсби нигде не было видно.

Мэйфлауэр поднял оружие, обхватив левой рукой запястье.

— Где он? — потребовал он ответа — Где Гримсби?

Старик взглянул на них, выглядя скорее раздосадованным, чем испуганным.

Затем позади них появилась шестая фигура, окутанная короной разноцветного пламени, которое, казалось, гасло по мере приближения.

Гримсби увидел, как впереди показались остальные, словно застигнутые врасплох во времени. По мере того, как он продвигался вперед, приближаясь, они начали выходить из-за ворот один за другим, их образы колебались перед ним, как будто он видел их сквозь рябь на воде.

Несмотря на долгие минуты, которые прошли между тем, как они вошли в ворота, и тем, как он последовал за ними, это было все то же самое место.

Они вошли вместе.

И вышли вместе.

У него было достаточно времени, чтобы увидеть, как Джаспер выпрямился, взял себя в руки и сказал остальным голосом, который звучал так, словно был заглушен хлопком и дождем: Больше не должно быть никаких угроз, из-за которых мы могли бы беспокоиться...

Как раз в этот момент Гримсби вошел в ворота, одной рукой придерживая обугленные тряпки на плече, пот стекал по его лицу и шее, оставляя чистые полосы на пепле, покрывавшем его тело.

Он сорвал с себя то, что осталось от его горящей рубашки, и обвел взглядом Джаспера, Кейденса, Мелоди, Эша и, наконец, Черного Черепа, снова переодетого леди Ферре.

Первые четверо в шоке уставились на него.

Последний отпрянул от охватившего его пламени.

— Не представлю угрозы? — Гримсби хмыкнул — По крайней мере, я опасен для себя.

Он услышал чей-то вздох и, посмотрев вниз, увидел у подножия ступеней, ведущих к воротам реликвария, Мэйфлауэр, Рейн, Брасса и Ариенетту, которые ждали, и в их глазах светилась надежда.

На мгновение воцарилось ошеломленное молчание, которое в равной степени разделили обе стороны.

Затем Гримсби почувствовал исходящий от Джаспера прилив ярости, когда старый колдун вскинул к нему руку и проревел:

— Кремируй!

Языки пламени змеевидными нитями вырвались из его пальцев, сплетаясь в адские косы, и устремились вперед.

Гримсби почувствовал, как последние остатки энергии, исходящей из Другого Места, начинают покидать его, но прежде чем они успели исчезнуть совсем, он собрал их для заклинания.

Его левая рука вспыхнула еще сильнее, но то ли от адреналина, то ли от чего-то еще, боль отошла на второй план.

Он протянул руку и сказал:

— Вращение!

Зеленая спираль вырвалась из его ладони, словно горизонтальный ураган. Она ударила в огненную косу в центре и раскрутила ее, разбрасывая угли вокруг Гримсби в виде пылающего полярного сияния, до которого было просто недосягаемо.

Гримсби прикрыл глаза от яркого света, но в этот момент заметил среди них тень.

Он отскочил в сторону, споткнувшись о первую ступеньку, когда сквозь остатки пламени и дыма полетел пепел, его прекрасная красная одежда была разорвана на спине, открывая пару серых крыльев с перьями.

Он приземлился на то место, где только что был Гримсби, его руки превратились в когти, глаза горели оранжевым огнем. Они повернулись к Гримсби, и, напрягши мышцы и взметнув перья, он снова бросился вперед.

Гримсби попытался вскочить на ноги, чтобы хоть как-то защититься, но Эш был быстр.

Слишком быстр.

Однако, прежде чем он нанес удар, раздался оглушительный раскат грома, и демон сбился с курса. Вместо того чтобы ударить Гримсби, он врезался в стену рядом с ним с такой силой, что на кирпичах появились вмятины и полетели щепки.

Гримсби обернулся и увидел, что Мэйфлауэр стоит во весь рост, дуло его револьвера поднято и дымится.