— Угу — сказал Мэйфлауэр с явным недоверием— Ты дерьмово выглядишь.

Гримсби без колебаний кивнул.

— Конечно, и чувствую себя также.

— Когда ты в последний раз спал?

— Выспался? Никогда о таком не слышал.

— Я так и думал. Тогда это будет нашим следующим шагом.

— Что? Я не могу просто пойти домой! Нам нужно поработать!

— Тогда что ты предлагаешь нам делать?

Гримсби запнулся. След Черного Черепа затерялся, если не считать рассказа Ариенетты, указывающей на Яму.

— Мы могли бы пойти в тот бар.

Мэйфлауэр покачал головой.

— Нет смысла. Он закрыт на ночь из-за... неуправляемых посетителей — Он пожал плечами — Ты можешь поблагодарить за это Кейденса и его луч ярости.

— И ты не знаешь, где искать Кейденса?

— Пока нет. Но я собираюсь пойти посмотреть, смогу ли я найти зацепку.

— Так что я пойду с тобой.

— Нет.

— Нет?

— Нет.

— Почему нет?

Он поднял три пальца, отсчитывая их один за другим, пока говорил.

— Во-первых, потому что тебе нужно немного отдохнуть. Во-вторых, ты начинаешь слабеть, и я это чувствую. И в-третьих, мне нужно немного времени, чтобы все обдумать. Это был долгий день для нас обоих.

Гримсби поморщился, но Мэйфлауэр, вероятно, был прав. Ему нужно было отдохнуть, прежде чем он зайдет слишком далеко. Если он не будет готов к тому времени, когда они найдут Черного Черепа, все может обернуться плохо.

И грязно.

Он почувствовал, что открывает рот, но ничего не сказал, когда его охватило холодное осознание.

Черный Череп вернулся, теперь он знал это с уверенностью.

И оно знало, где он живет.

Внезапно перспектива остаться дома в одиночестве стала пугать. Мудрость Мэйфлауэра и очарование его домашней кроватки были мгновенно забыты.

— Я думаю, мне следует пойти с тобой — наконец выдавил он из себя.

— Это так? — спросил я.

Он кивнул.

— Я просто посплю на заднем сиденье. Ты даже не заметишь, что я там.

Охотник усмехнулся.

— Не держи от меня слишком много секретов. Это причинит боль нам обоим.

Гримсби заколебался, но понял, что слишком устал, чтобы сделать что-то еще, кроме как уступить. Он оперся на капот джипа, глядя на асфальт.

— Эта штука вернулась — сказал он — И она знает, где я живу. Я... — Он покачал головой.

— Ты боишься.

Гримсби отвел взгляд.

— Я не боюсь — солгал он.

— Конечно, боишься. И ты чертовски умен — он слез с джипа и потянулся — Все в порядке.

— Все в порядке? Так я могу пойти с тобой?

— Нет. Тебе все равно нужно поспать. Но я могу завезти тебя к себе, прежде чем уйду.

— К тебе домой? У тебя вообще есть кровать?

— Их было три — сказал он, хотя в его словах проскользнула некоторая грусть. Он с привычной легкостью отмахнулся — Ты можешь переночевать в комнате для гостей — Он посмотрел на меня поверх очков с темными стеклами — Всего на одну ночь.

— А как насчет завтрашнего дня?

— Что ж, похоже, нам придется прикончить этого фамильяра перед сном — Он рывком открыл дверцу и забрался в джип — Поехали

Гримсби сел на пассажирское сиденье, но помедлил, прежде чем пристегнуться.

— Лес?

— А? — проворчал Охотник.

— Спасибо.

— Эх — снова хмыкнул Мэйфлауэр.

Оставшуюся часть пути они ехали в тишине, пока не добрались до района Мэйфлауэра. Там было тревожно тихо, необычно и умиротворяюще спокойно. Ночное небо было ясным, а луна яркой, но они не увидели ни одной другой машины на полуночных улицах, только проезжали мимо сугробов из гонимых ветром листьев.

Мэйфлауэр заехал на подъездную дорожку, не выключая двигателя, но при этом снял с кольца ключ и со скрипом выехал на подъездную дорожку. Гримсби потянулся и последовал за ним, потирая опухшие синяки на ладонях.

Охотник направился к двери, затем замер, его плечи напряглись.

— Лес? — Спросил Гримсби, проходя мимо шаткого белого забора из штакетника и останавливаясь рядом с ним — Ты в порядке?

Небольшая лужайка с травой заросла там, где она еще не засохла, а бетонный пол патио покрылся трещинами.

— Мерзость — пробормотал он, уставившись на входную дверь.

Гримсби проследил за его взглядом и сначала ничего не увидел. Затем, когда глаза привыкли к темноте, он понял, что на коврике за дверью его поджидает темная фигура.

Оно было маленьким и блестело в свете уличных фонарей, его тело представляло собой сплав твердых граней и кованых изгибов, полностью металлическое. По крайней мере, за исключением выбеленного черепа на плечах, обрамленного медными ушами. Гримсби сразу узнал его.

— Фамильяр Мансграф? — потрясенно спросил он. Он не видел его с тех пор, как в последний раз был в логове мертвой ведьмы — Что он здесь делает?

— Должно быть, эта тварь забралась в джип, пока я не видел — проворчал он и покачал головой, бормоча что-то себе под нос — Проклятый Гривз.

— Ну, и что ты хочешь с ним сделать? — Спросил Гримсби, взглянув на свои когти, похожие буквально на лезвия бритвы — Не похоже, что мы можем отнести его в приют.

— Я бы с удовольствием разнес его на куски — сказал Мэйфлауэр — Но я не хочу будить Сару и детей. Он указал на противоположную сторону улицы.

При этих словах кот потянулся и подкрался к ним, подергивая хвостом из звеньев цепи. Он подошел к Гримсби и потерся холодным тельцем о его ногу.

— Что ж — сказал он, борясь с желанием отстраниться — Не думаю, что мы сможем что-то сделать, кроме как посадить его в клетку.

Кот издал тихий мяукающий звук, который показался ему раздраженным.

Гримсби отпрянул на шаг назад. Он попытался напомнить себе, что это существо в целом безобидно, в отличие от фамильяров, которые неоднократно пытались его убить. Примитивным частям его мозга было нелегко убедить в этом.

— Хорошая новость — сказал он, обращаясь скорее к самому себе — я не думаю, что это опасно.

Мэйфлауэр усмехнулся и покачал головой, обходя их обоих, чтобы отпереть дверь. Гримсби наблюдал, как он поворачивает ключ в замке, и увидел, что дверь укреплена стальными пластинами. Как только порог был открыт, кошка дернулась и, развернувшись, бросилась к двери.

Мэйфлауэр выругался и попытался преградить ей путь, но, заскрежетав когтями по бетону, кошка проскользнула мимо него внутрь. Он смотрел ей вслед и рычал, как старая, перехитренная гончая.

— Мерзость — — сказал он. Он повернулся к Гримсби и сунул ключ ему в грудь — Если ты убьешь его, то можешь остаться на неделю. В противном случае, я вернусь, когда вернусь.

— Ты уверен, что хочешь пойти один?

Мэйфлауэр с горечью фыркнул.

— Мне нужно подумать. Тебе нужно отдохнуть — сказал он — Комната для гостей вверх по лестнице, первая дверь налево.

— Я удивлен, что у тебя вообще есть комната для гостей.

— В данный момент это скорее комната для пылии, чем гостей — согласился Мэйфлауэр — Но на ночь сойдет.

— Спасибо — сказал Гримсби, чувствуя, как тяжелеют веки при мысли о настоящей кровати, на которой можно спать, в пыли или без пыли.

Мэйфлауэр только хмыкнул.

Гримсби почувствовал, как у него изо рта вырывается зевок. Идея уткнуться лицом в кровать показалась ему заманчивой, хотя он и не был уверен, какие удобства ожидают его в отеле "У Мэйфлауэра".

Но беспокойство по-прежнему не покидало его. Беспокойство за своего напарника, который был обелиском, пока не превратился в лавину.

— Лес — нерешительно произнес он.

Мэйфлауэр, который сделал шаг к подъездной дорожке, остановился.

— Я знаю, что сегодня многое произошло — сказал Гримсби — С Лиамом, Ариенетт, Кейденсом и всеми остальными. Но, ладно, просто будь осторожен, ладно?

Глаза Охотника только сузились.

— Ты сказали, что можете доверять слову Брасса, потому что он Охотник, верно? — Спросил Гримсби.

Мэйфлауэр нахмурился, но кивнул.

— Ну, ты тоже Охотник.