Гримсби почувствовал, как у него сдавило грудь.

— Вудж, я никогда не собирался отступать от своего слова. Я действительно хотел помочь тебе, я просто... я должен был что-то сделать, чтобы спасти Рейн. Если бы я этого не сделал, её бы уже не было, Вудж. Ушла навсегда.

— Вудж не знает, кто такай Рэйн, и ему все равно! Вудж просто хочет найти свою дверь, чтобы уйти. Тогда это будет тот, кто ушел навсегда! — Он обхватил себя руками, словно натягивая на себя узловатую смирительную рубашку — Тогда полукровка может лгать сколько угодно.

Гримсби не знал, что сказать. Он не представлял, что может повлечь за собой обнаружение неуловимой двери, но полагал, что должен был догадаться. В конце концов, что хорошего в дверях, кроме как проходить сквозь них?

Или не впускать предметы.

— Ты... ты собираешься уйти?

— Конечно! Иначе зачем бы Вуджу искать Дверь? Все остальные прошли через нее, они прошли и оставили Вуджа одного — Он отвернулся — И теперь Вудж снова один — сказал он тихим голосом, положив руки по обе стороны своего шлема-луковицы, как будто он мог треснуть.

На мгновение Гримсби почувствовал некоторое облегчение оттого, что Вудж с самого начала не нашел Дверь, он попытался представить, что снова остался один, как это было до Вуджа, до Мэйфлауэра.

Он больше не мог этого даже представить, но понял, что не хочет в этом участвовать.

Затем он осознал, насколько это эгоистично, и его чувство вины усилилось.

— Вудж, ты не одинок. На самом деле, я не хочу, чтобы ты уходил. С Дверью или без нее.

Вудж повернулся, его обвиняющие желтые глаза налились кровью и слезились.

— Так вот почему ты отдал гвоздь Вуджа?

— Нет — твердо сказал Гримсби. Затем он заколебался — Хотя, если бы я знал, что на самом деле означает найти Дверь, я, возможно, нашел бы какой-нибудь другой способ избавиться от нее — Он покачал головой, глядя в сторону, на каменный пол переулка.

Глаза Вуджа сузились, но не от гнева. В них было что-то еще, внезапное понимание, как у ребенка, осознавшего, что из-за силы тяжести он никогда не сможет летать.

— Вуджу пора уходить.

— Подожди! — Сказал Гримсби.

К его удивлению, Вудж послушался.

Он не исчез и не отскочил в сторону. Он не ухмыльнулся и не захихикал. Он просто стоял там, как будто отчаянно ждал, что Гримсби что-нибудь скажет.

— Я не хочу, чтобы ты уходил — повторил Гримсби. — Я не хочу, чтобы ты нашел свою дверь и исчез, куда бы она ни вела — Он заметил, что его взгляд снова устремился вниз, но он заставил себя поднять его и встретиться с желтыми глазами Вуджа — Но я действительно хочу, чтобы ты был счастлив, Вудж. И если найти эту дверь и исчезнуть навсегда, это, что для этого нужно, я помогу тебе.

Даже если это означает потерять тебя, приятель, подумал он, не в силах произнести эти слова вслух.

Долгое время Вудж молчал. Затем он кивнул

— Вудж верит тебе. Не должен был, но Вудж верит.

— Спасибо тебе, и мне жаль. Мы найдем другой способ, хорошо? И когда мы это сделаем, на этот раз я тебя не подведу.

— Спасибо тебе, полукровка — сказал Вудж, и слова прозвучали странно на его заплетающемся языке. Он опустил взгляд на свои руки, затем снова поднял его, и каким-то образом ему показалось, что он уже не так болен, как раньше. Его сморщенная кожа немного покраснела, а глаза стали менее ввалившимися и темными.

Гримсби почувствовал некоторое облегчение, хотя его все еще беспокоило, как быстро, казалось, мог измениться внешний вид Вуджа. Как бы то ни было, он почувствовал, что с его шеи свалился какой-то тяжелый груз, а вместе с ним и боль в спине, вызванная длительным напряжением мышц.

На этот раз он не подведет своего друга.

Гримсби услышал, как далекий звон колокола эхом отразился от стен темной крепости, окружавшей их. Он звонил снова и снова, неумолимо приближаясь к тринадцатому удару.

Когда прозвучал тринадцатый звонок, первое окно Гримсби в другом месте закрылось.

Вудж остановился, похоже, тоже услышав звонок, затем огляделся, словно впервые осознав, что не знает, где находится.

— Что здесь вообще делает полукровка?

— Пытается что-то исправить — сказал Гримсби — Я нашел людей, которые сказали, что, возможно, смогут помочь Рейн. Но сначала им нужно, чтобы я это сделал.

— И что это за "это"? — Спросил Вудж, подозрительно прищурившись.

— По-видимому, под этим местом спрятан нож. Нам это нужно, чтобы... ну, я не совсем уверен, для чего нам это нужно, но нам это нужно.

Вудж посмотрел мимо Гримсби на лестницу, ведущую в крепость, и содрогнулся.

— Полукровка-колдун погибнет, пытаясь помочь людям. Пытаясь помочь Вуджу.

Гримсби пожал плечами.

— Возможно. Но, возможно, это не самый худший вариант.

— Они все самые ужасные.

Гримсби не был уверен, что Вудж имел в виду, но он привык к загадочным словам существа.

— Итак, ты можешь помочь мне пройти через парадную дверь?

Вудж закатил глаза под своим шлемом-луковицей.

— Входная дверь, самая плохая дверь. Твари следят за ней. Ждут, как пауки. Туда заходит Полу-ведьма, и он не проживет достаточно долго, чтобы помочь Вуджу.

— Хорошо, тогда какой путь ты бы предложил?

Вудж ухмыльнулся.

— Между путями.

Гримсби последовал за Вуджем вдоль стен крепости и удалился от нее.

— Вудж, мы уходим все дальше.

Вудж раздраженно махнул рукой и шикнул на него, вытянув шею набок, как будто прислушиваясь.

Гримсби ничего не оставалось, как довериться инстинктам своего друга, когда крошечное существо повело его по темной улице.

Наконец, они остановились в центре дороги над чем-то похожим на крышку канализационного люка, только она была сделана из витиеватых резных концентрических колес, которые вращались друг вокруг друга судорожными движениями, похожими на тиканье часов.

Это напомнило Гримсби об искажении времени в Другом Месте.

Он взглянул на свои часы, дешевый заводной механизм, поскольку электроника в Другом Месте не работала. Прошло уже больше часа. Ему нужно было вернуться до начала седьмого часа пребывания в Другом Месте. В противном случае, к моменту его возвращения в реальном мире прошла бы неделя.

Он предположил, что это разрушило бы график Кина.

И, вероятно, Гримсби был бы уволен в придачу.

— Вудж — сказал он, осматривая крышку люка — У нас не весь день в запасе. Ты уверен, что это правильно?

Вудж закатил глаза.

— Как насчет того, чтобы наполовину колдун доверился Вуджу в своих делах, а наполовину колдун Вуджу в своих делах?

Гримсби пожал плечами.

— Вполне справедливо.

— Сейчас — Вудж указал длинным, обтянутым ватой пальцем на люк — Откройся.

Гримсби удержался от резкого ответа и вместо этого опустился на колени, чтобы нащупать опору за краем крышки, но она оказалась слишком плотно прилегающей.

— Палки и камни — пробормотал он, выругавшись, прежде чем призвать на помощь свой Импульс. Он почувствовал, как ему стало тепло, словно в животе у него было полно углей. Он протянул правую руку, свою здоровую руку, и прижал большой палец к поверхности обложки. После недолгого сосредоточения кончик его большого пальца засветился голубым, и, когда он поднял его, на поверхности камня осталась маленькая руна. Затем он повторил этот процесс в нескольких футах от крышки.

Закрепив обе половинки веревки на месте, он поднял руку и крикнул:

—Свяжи.

Голубая нить света появилась между двумя рунами. Камень коротко заскрежетал, но не сдвинулся с места. Он нахмурился, вложил в заклинание больше силы и снова позвал.

— Свяжи!

Трос стал толще и натянулся сильнее, и на этот раз крышка в форме диска сорвалась, громко хрустнув о булыжную мостовую.

На её месте образовалась темная яма без видимого дна.

Гримсби нервно посмотрел на нее, прежде чем повернуться к Вуджу.

— Я не уверен насчет...