Внезапно, мне навстречу попался министр финансов. Он поклонился, приветствуя меня, и я, едва сдерживая гнев, спросила, не видел ли он императора.

Он ответил, что Его Величество уединился в своем кабинете.

Я направилась туда, но по пути решила зайти в оружейный зал. Мне нужно было выпустить пар, не сорваться, сохранить хладнокровие.

Я выбрала самый легкий меч, который только смогла найти, сняла с него защиту и начала делать хаотичные движения, пытаясь заглушить бурю в своей душе.

Минут через пять, дверь распахнулась, и я краем глаза отметила, что вошел мой муж — Адриан. Его камзол, расшитый золотом, подчеркивал мужественную фигуру, высокий рост, императорскую стать. Однако его взгляд… дракон выглядел обеспокоенным.

— Будь осторожнее, моя дорогая. — сказал он, и я обернулась к нему, все еще держа острый меч.

Он спокойно посмотрел на меня, нарочито ласково улыбнулся и медленно произнес:

— Дыши глубже и расслабь руку. Так, чтобы меч выпал. Расслабься.

— Я похожа на сумасшедшую? — спросила я, чувствуя, как слезы подступают к глазам.

Гнев прошел, осталась опустошенность в душе и боль за обманутых и всеми брошенных женщин. Живя во дворце, я и представить себе не могла, что в деревнях и городах все может быть по другому, настолько жестоко и бессердечно.

— Ты похожа на разъяренную драконицу. — ответил муж. — А в гневе они — самые страшные существа.

— Ты только что назвал меня страшной? — усмехнулась я, и он напрягся. Я решила его успокоить. — Я пошутила.

Опустила меч, попыталась ему улыбнуться, все-таки надо же, сам пришел, пытается меня поддержать. Неужели министр финансов успел наябедничать, что я не в духе⁈ Надо же, какая забота! И ответила:

— Я еще пока в себе. Но с твоими законами скоро точно сойду с ума.

Адриан удивленно на меня посмотрел.

И тогда я рассказала ему все, что услышала. О том, как притесняют женщин, как вдов продают в дом утех, отбирают жилье. А детей — наследников рода, с самого рождения отдают на двадцать один год на воспитание чужим людям…

Муж задумался. Долго молчал. А потом произнес:

— Признаюсь, я раньше даже не думал об этом. Предыдущий император ввел этот жесткий закон. Что все драконы мужского рода должны забираться от женской груди. И их надо отдавать на воспитание специально обученным полнокровным драконам — наставникам, чтобы те вырастили из них мужчину, а не маменьких сынков. Ведь на них ответственность за весь род. А то последние пару десятилетий наши роды были на грани вымирания. Прошлый император даже написал книгу — «Воспитание наследников рода», где детально все описал. Но глядя на молодых глав драконьих родов я тоже начинаю сомневаться в мудрости и правильности такого решения. Поэтому, давай поступим так. Завтра же…

Я насупилась и скривила лицо, показательно нахмурила брови.

— Эм… Сегодня же соберем министров и в деталях обсудим наш план.

— Можно я тоже буду присутствовать? — спросила с надеждой в глазах. Но с напором, чтобы не смел отказать.

Адриан кивнул, вытянул руку — я отдала ему меч. Он его отшвырнул, прижал меня к себе и горячо прошептал:

— Я никому не позволю забрать у нас сыновей, пускай даже на двадцать один год.

— Вообще — то у нас дочь.

Он наклонился к правому уху и, слегка прикусив, произнес:

— Я очень буду стараться.

— Ммм… я согласна. Братик нашей девочке не помешает…

Адриан начал расшнуровывать ткань на спине.

— Погоди… — прервала его. — Сначала примешь закон, а потом…

Но он продолжил торопливые движения руками:

— Сегодня у меня был очень тяжелый день. А сейчас, предстоит тяжелый вечер. Потому что это старый закон, а в нашем обществе нововведений не любят. Придется очень долго их убеждать. К тому же казна наполовину пуста, Гельдеберт Пятый спустил ее, чтобы подкупить наших соседей. А как иначе поддержать вдов, кроме как из казны — никак. Никто на себя не захочет взвалить эту ношу.

— А если вменить это в обязанность Главе рода? Ведь они живут на его земле, платят налоги… оооо…ах…

— Придется мне постараться, чтобы их убедить, увеличить расход. Но что мне за это будет? Кто меня убедит, что я поступаю верно? — игриво шепнул муж, шлепнув меня по ягодице.

Я развернулась к нему лицом, посмотрела прямо в глаза, соблазнительно облизала губы.

Взялась руками за его ремень, с изумрудной пряжкой в виде головы дракона, и ловким движением расстегнула. Томно посмотрела в глаза, и со словами:

— О-о-о, я постараюсь найти самые ммм… безотказные аргументы… — опустилась перед императором на колени.

Ближе к вечеру в парадной гостиной собрались Главы восьми родов драконов. Благодаря тому, что Адриан настоял, я тоже сидела за круглым столом на правах императрицы Аскании.

Признаюсь, сначала драконы смотрели на меня неблагосклонно. И если большинство из них думали, что пренебрежительным отношением меня можно смутить, то глубоко заблуждались. Я сидела с гордой осанкой, внимательно слушала их разговор.

Периодически мой отец бросал в мою сторону приободряющий взгляд. Я была ему благодарна. Он первый из всех поддержал идею, что женщинам надо увеличить объем прав. И прежде всего разрешить работать, наравне с мужчинами, получая достойную плату за это.

И что тут началось! Поднялся шум и крик.

Драконы постарше сетовали, что самостоятельность женщин их только испортит. Молодые, наоборот, говорили, что в городах не хватает лекарей, экономок и подавальщиц.

Кто-то отметил, что и сейчас у них есть эти права, забыв упомянуть, что для трудоустройства нужна разрешительная грамота от отца или мужа, которые зачастую этим пользуются, и не дают. Либо дают, но шантажируют, отбирая часть заработанного.

И если бы Адриан не вмешался, не стукнул бы кулаком по столу, этот гвалт, наверное, продолжился до утра. А тут все сразу притихли.

Муж предложил, чтобы составили список услуг и работ, которые могут выполнять женщины, и на которые более не будут требовать разрешение родственников мужского пола.

Драконы переглянулись и согласились. Я улыбнулась — вот он первый камень! Заложен! Уверена, это не последний закон!

В итоге, после двухчасового совещания вывели целых двадцать профессий, где могут работать женщины, не спрашивая ни у кого разрешения: помощница аптекаря, лекаря, начальника сыска и законника; торговка, верстальщица вестника, экономка, горничная, няня, портниха, кухарка, прачка и повитуха.

Я попросила добавить: управляющая, воспитательница, гувернантка, владелица постоялых дворов, агропромышленных комплексов (правда тут же получила массу вопросов, о чем идет речь), но главное, включила — торговлю вещами и предметами, сделанными своими руками.

И пока настроение у драконов было хорошее, добавила, что неплохо бы устроить благотворительный бал. И на вырученные средства построить общественные дома для женщин, которых выгнали из дома после развода или смерти мужей.

Когда увидела недовольство на лицах мужчин, то поспешила добавить, эти общежития будут на самоокупаемости. Женщины будут работать, сами себя содержать, а там смогут ночевать и жить.

Ведь сейчас они вынуждены скитаться по родственникам, нелегально работать на тяжелых работах или идти по указке родни в дом утех продавать свое тело — ради той же крыши над головой.

А мы построим многоэтажный дом с отдельными небольшими комнатами и общей кухней. И пока одинокая девушка не устроит свою жизнь, она сможет хотя бы с минимальным комфортом там разместиться.

А еще лучше будет, если таким женщинам главы родов назначат пособия и будут выплачивать… А еще необходимо исправить закон наследования, а то мыслимо ли, лишили женщин всех прав и благ после смерти отцов и мужей!

— Погоди… — шепнул на ухо Адриан. — Не все сразу, драконы так не привыкли. Им надо время.

Я прикусила губу. Ну, хорошо, хотя бы пусть реализуют то, в чем сегодня смогли их убедить. Но через пару дней я все равно вернусь к вопросу создания рабочих профсоюзов и центров помощи женщин, оказавшихся в безвыходной ситуации.