Воспоминания хороводом закружили в моей голове. Так, что я присел на каменные плиты у входа и обхватил голову руками. Я вспомнил тот день. Клятвы, что мы говорили. Бледность жены, ее горячую руку в моей руке, поцелуй, ее упрямство и мое безрассудство, чуть не стоившее нам жизни.

Минут через пять приступ прошел. Что это? Всплеск ментальной магии? Что это значит? Мой срок снова уменьшился? Надеюсь, что нет. Иначе, боюсь, я ничего не успею. Не успею пожить для себя, вместе с ней.

— Его величество Адриан фон Вольштейн. — объявили громко мое родовое имя.

Превозмогая тупую боль, я встал, выпрямился и вошел внутрь.

Невеста и жених стояли в самом центре. Вокруг толпы народа. Я обвел взглядом — все знакомые лица, за исключением трех — четырех. Надо же, Дэйл приехал с моей сестрою Лютицией, похоже скоро я стану дядей. Я улыбнулся, глядя на ее живот.

Не видно было лишь Дариана, да Ксавьера. И если у последнего уважительная причина, он не может встать, то Дариан. Где же он? Надеюсь, на границе ничего не случилось…

— Императрица Лариса фон Вольштейн.

И прямо ко мне из толпы шагнула ОНА. Настоящая императрица, не иначе.

Глядя на ее образ, в черном костюме, расшитом золотом, невероятной провокационной формы, мой зверь вместо того, чтобы осудить штаны, как у мужчин, а не платье, как положено леди, вдруг зарычал и возжелал. Ее. Прямо здесь и сейчас.

Я закрыл глаза, чтобы развеять видение и восстановить дыхание. Хорошо, что надел длинный камзол. Он сможет скрыть мое возбуждение. Бездна! Что я творю! Вернее она!

Вот закончится свадьба, и запру ее прямо в своих покоях. Никуда не разрешу выходить. Если она так действует на меня, что говорить о других мужчинах. Решено!

Но стоило мне подойти к ней и подать руку, она улыбнулась холодной и обжигающей, словно змеиный укус, улыбкой и шепотом произнесла:

— Уважаемый муж, Элоиза — моя подруга. Предлагаю на время свадьбы изобразить счастливых супругов, а завтра утром я подпишу разводное письмо. Надеюсь, вы его не забыли?

И видимо заметив растерянность на моем лице, с коварной усмешкой она прошептала:

— Не переживайте, я подготовила экземпляр. Хочу поскорее стать незамужней обычной девицей и освободить вас от тяжелого бремени навязанного брака. И себя тоже. Кстати, вы оказались правы. Наши близкие отношения с вами были ошибкой. И я благодарна за то, что раскрыли на это глаза.

И только я хотел ответить, как началась церемония, лишая меня возможности оправдаться.

Я посмотрел на Управляющего, что готовил мое необычное и красочное представление для присутствующих, и на мага, который отвечал за вторую программу, и растерялся. После холодного равнодушия моей жены я больше не был уверен в том, что затея сгодится, и Лариса меня простит и вернется.

Слишком решителен был ее взгляд. И в нем я не видел прежнего озорного огня, как раньше. Только боль, отчужденность и отрешенность. Неужели я опоздал? И шанса нет? И не будет?

Повернул голову в сторону жениха, но слов не слышал. В моей голове так и звучали слова, как приговор:

— Хочу поскорее стать незамужней девицей… Бездна!

Я столько раз прокручивала в голове момент нашей встречи с мужем, продумывала диалоги, представляла, что и как буду ему говорить, но все равно оказалась к ней не готова.

Стоило увидеть Адриана, идущего по дороге в Храм и меня захлестнула обида, вспомнились его последние слова, но когда увидела, как он покачнулся, оперся о дерево, а потом сел на плиты, обхватив руками голову, злоба сменилась жалостью.

Что с ним? Маг же говорил, что он абсолютно здоров! Однако судя по походке, ему стало плохо. Как будто прихватило сердце! Да быть такого не может, он еще молодой! Младше Ричарда, жениха подруги, который пышит абсолютным здоровьем.

Я стала всматриваться, пытаясь подметить другие признаки болезненного состояния. Но не заметила. Может и впрямь не удержал равновесие после какого-нибудь застолья в компании юной фрейлины, и мучается теперь похмельем?

Мне с утра донесли, что он на днях приглашал одну такую к себе, в спальню, да быстро выгнал. Зная, как император горяч и обстоятелен в близости, как любит доставить удовольствие партнерше, я не поверила слухам.

Надеялась, это ложь. Иначе…иначе… Хотя какая разница? Я приняла решение с ним развестись! Все, не хочу о нем более ничего слышать, и видеть тоже.

Отвернулась. Посмотрела на холостого сына рубинового дракона, чтобы хоть как-то отвлечься. Не помогло.

В глубине души я знала, что моя бравада, мое заявление — пустой пшик. Я все еще люблю Адриана. И мне очень тяжело просыпаться в пустой постели, где нет его. Я тоскую по нему. Видать поэтому он приходит ко мне во снах. Вернее, его дракон.

Вот и сегодня ночью я не выспалась. Мне снился изумрудный дракон. Он звал меня. Рычал так печально и грустно, что будь это не сон — сорвалась и приехала бы.

— Ваша светлость. Вручите вашей невесте дары и родовое кольцо. — раскатистый голос священнослужителя вернул меня в реальность.

Ну вот, чуть не прослушала венчальную церемонию, отвлеклась на одного вредного и очень заносчивого дракона.

Перевела взгляд на свою подругу. Как же она прекрасна и счастлива! Смахнула набежавшие слезы.

Элоиза стояла посреди Храма в пышном черном платье, украшенном белым искарским тончайшим кружевом, кажется про него говорила ее мать — королева Аннабель. Получилось невероятно красиво и нежно. Подстать самой Лизе.

Тем временем Ричард достал из-за пазухи старинный массивный перстень, украшенный крупным черным агатом, в обрамлении россыпи переливающихся в свете свечей алмазов, и вручил его Лизе. А затем взмахнул рукой и… от толпы отделились десять пар слуг, неся сундуки. Толпа ахнула.

Крышки были открыты, и оказалось, что десять сундуков набиты золотом, драгоценностями, камнями, доверху!

Ричард опустился на колени, взял Элоизу за руку и громко с гордостью заявил:

— Я Ричард фон Дарриус, Генерал, Глава агатового рода драконов, заявляю, отныне и навеки принадлежу только тебе и нашим детям. Вверяю тебе сокровищницу, потому что свое самое важное сокровище мой дракон нашел. И готов отказаться от всего, лишь бы быть рядом. Мне нужна только ты, Элоиза, и наши дети! Я люблю вас!

Священнослужитель неодобрительно закачал головой. Похоже дракон что-то нарушил, порядок церемонии. Но Лиза светилась!

— Ваша светлость, Глава рода, Ричард фон Дарриус, согласны ли вы взять в супруги и подарить родовое имя агатовых драконов госпоже Элоизе де Лунье, своей истинной?

По толпе пробежал удивленный шепот и глаза всех устремились на Королеву Искарии. Мыслимо ли, она признала в Элоизе свою дочь!

Я улыбнулась, наконец мать с дочерью вместе, обрели друг друга. Как и я. Это невероятное чувство иметь семью, знать, что есть на кого положиться, что есть те, кто любит тебя вопреки.

Я с благодарностью посмотрела на Алекса, на отца. И заметила тревожный взгляд женщины, державшей его под руку. В годах, с длинными белыми волосами, в платье синего сапфирового цвета.

Неужели это его жена? Моя мачеха?

— Да, подтверждаю (раздался громогласный голос дракона).

— Леди Элоиза де Лунье, согласны ли вы стать супругой достопочтенного агатового дракона, его светлости Ричарда фон Дарриуса?

— Да, подтверждаю.

— Если кто-то из присутствующих знает причины, по которым данный брак не может быть заключен, назовите сейчас или замолчите навсегда!

Я успела заметить, как дрогнула Лиза и побледнела. Но Ричард вовремя сжал ее руку. Воцарилась тишина, которую никто не посмел нарушить.

— С этого момента, именем Императора, нарекаю вас мужем и женой! Отныне вы одно целое. Неделимое и нерушимое! Можете поцеловать жену.

Ричард медленно приблизился к Лизе, нежно обнял рукою и трепетно поцеловал, словно и впрямь это было самае ценное для него сокровище.

В воздухе запахло жасмином. Белый густой дым заволок центральную часть храма, где стояли молодожены. А когда дым рассеялся, мы увидели, как страстно и жгуче они целуются. Вот же шкодники! Радостно рассмеялась я.