— Наложницы…

Дракон оказался понятливым и промолчал.

В тот момент я и подумать не могла, как же я ошибалась, решив, что он пошел на уступки.

После этого инцидента, мне походу объявили изоляцию. Еду приносили в комнату, в гостиные больше не приглашали, из спальни выходить запретили. Я была словно привилегированный пленник.

После процедуры по стиранию памяти моих мужчин мне так и не вернули.

Переживая за их судьбу, я попросила служанку проследить за ними, а заодно вручить им обещанное годовое вознаграждение, так сказать, премию за вредность.

Служанка вернулась довольная и раскрасневшаяся, радостно сообщив, что проводила их до самых ворот. Поручение выполнила, золотые отдала. Мужчины чувствуют себя нормально, живее живых.

Я стояла, смотрела на нее и никак не могла поверить — в этом столичном замке походу у всех насыщенная личная жизнь, включая императора и слуг. За исключением меня.

А я ведь тоже женщина, со своими потребностями. Между прочим, у меня не было мужчины больше года. А тут такие образцы мужественности на каждом шагу…

— Скажи, если императору полагаются наложницы на законном основании, то кто полагаются императрице? — спросила я служанку, и тут же пожалела. Она задрожала как осиновый лист и с испугом посмотрела на меня своими большими лучистыми глазами.

— Ннникто. — с трудом выговорила она. — Если жену дракона уличат в неверности, ее сразу казнят или по великой милости могут заменить казнь на тяжелую работу в рудниках. Или сослать в земли неугодных жен, где ей придется потом и телом добывать себе пропитание.

Я была в шоке. Здесь и такое бывает⁈ Бедные женщины! Надо старательно изучить этот вопрос и придумать как им помочь. А то местные мужики вконец оборзели и наглеют, чувствуя свою безнаказанность.

— А чем занимаются императрицы? — меня очень беспокоил этот вопрос. Потому что безвылазно сидеть в четырех стенах, пусть и таких просторных, это перебор. Я же не девица в тереме.

Но ответ девчонки меня огорошил:

— Ее величество обычно занимается музицированием, вышивкой, прогулками по саду.

— И все⁈

— Да.

И опять этот удивленный и осуждающий взгляд, будто я так многого хочу.

Ну что ж, будем отталкиваться от имеющегося, привнося чуточку новизны в их скучные до безобразия правила. И начнем с музицирования.

— Подскажи, получается сторонним мужчинам запрещено касаться жены императора, а смотреть то им можно?

Служанка улыбнулась:

— Так кто же запретит им смотреть. Таких запретов нет.

— Вот и ладненько. — обрадовалась я, в предвкушении потирая руки.

— А что считается изменой, неверностью? — решила все-таки уточнить на всякий случай.

Девчонка покраснела, и тихо-тихо произнесла:

— Близость, ваше величество. Когда сплетаются тела.

— Угу. — хмыкнула я, мысленно представляя, какой закачу перфоманс. Дракон еще обзавидуется мне.

— Так, мне нужен музыкальный артефакт, я видела нечто подобное у моей подруги в поместье и десяток мужчин — танцоров. Но красивых, как в прошлый раз.

Служанка дернулась и даже начала заикаться.

— Ннно, ввваше веллличество. Иих же казззнят.

— А кто сказал, что мы будем касаться друг друга? Все будет чинно и прилично. У нас будет лишь зрительный контакт. Главное, артефакт раздобудь. И скажи, ты умеешь писать?

Служанка охотно кивнула. Я показала рукой на свой столик:

— Тогда садись и пиши приглашения придворным дама. «Ее величество желает пригласить вас сегодня после ужина на особый музыкальный вечер в ее покоях. Веселье и хорошее настроение гарантировано».

И раздай эти приглашения на правах моей старшей служанки всем аристократкам, которых встретишь во дворце. И да, распорядись, чтобы на ужин нам принесли фрукты, нарезку сыров и лучшее искарское вино.

Служанка, воодушевленная своей новой должностью, с особой горячностью бросилась выполнять первое поручение в своем новом статусе. А я опустилась в кресло и улыбнулась свои мыслям.

Ну что, дракон, если ты надеялся наказать меня запретом выходить из своей спальни, ты очень сильно просчитался. Уже сегодня я научу ваших женщин, как можно поднять себе настроение в этом суровом мире, где их незаслуженно обесценили.

Я вернулся в свои покои, горя от негодования и злости.

Эта наглая человечка вконец обнаглела! Где это видано, вздумала перечить мне — его величеству Императору, дракону!

Да она в ногах ползать должна, ступни мне целовать, что я не казнил ее как самозванку, не приказал высечь публично на площади за то, что посмела оклеветать будущего императора, а милостиво взял в жены.

Не в наложницы — максимум, до которого она еле дотягивала, а в законные жены! Как положено, по обряду. Назвал императрицей, лучшие покои выделил, а она…

Неблагодарная девка! Думала меня обхитрить. Чего только добивалась⁈

Я то прекрасно знал, что между нами ничего не было и ни о какой беременности и речи идти не может. В ту ночь она знатно напилась драконьего вина, и где только его нашла. А потом до утра лезла ко мне ласкаться и целоваться.

Будь у меня человья сущность, может быть я и сдержался, но я — дракон. Мы мыслим инстинктами. Берем, если нравится, не задумываясь, без колебаний.

Поэтому, чтоб не сорваться, я крепко привязал ей руки и ноги к кровати, и вылетел на воздух, чтобы остыть. А перед этим, ну, погладил чуток, приласкал, чтобы сбить ее возбуждение.

Драконье вино — оно такое. Стоит перебрать, и не успокоишься, пока жар не сбросишь, не разрядишься, неважно с кем, лишь бы рядом находился.

А кожа этой девчонки была такая нежная, гладкая, а ее лепестки… помню, раздвинул их пальцами, чуть надавливая, нежно, массируя чувствительный бугорок. Узкая, сладкая. Я вдыхал ее аромат и дурел.

Девка была горячая и влажная, готовая. Выгибалась навстречу, выпрашивая больше ласки. И я усилил и ускорил напор.

А потом она застонала. Я чувствовал, как дошла до грани. Ее выгнуло, а затем затихла и успокоилась. И заснула.

А я заревел, громко, протяжно, с надрывом. И выскочил в окно. До утра летал, чтобы хоть как-то усмирить свою жажду.

Даже сейчас. Вспоминаю и в паху напрягается.

Сколько не пробовал забыться после той ночи с другими наложницами, не получается. Не хочу, хоть что делай. Уже и первые слухи пошли по дворцу о моей немощи. Маг и тот приходил, ритуал предлагал провести.

Бездна! Какой ритуал⁈ У меня все в порядке, по мужской части. Просто девку хочется. Особенную.

Наглую. Дерзкую.

Схватить, да намотать ее длинные волосы на кулак, чтобы смирению училась и мужа своего уважала и ублажала, как следует. Да не могу. Противится все внутри.

Никогда женщин силой не брал. А она хоть и злит, выводит из себя за секунды до бешенства, но все-таки девка. Слабая, беззащитная, хоть и бесстыжая.

Да и не хочу, чтоб отдавалась по принуждению, хочу, чтобы сама меня желала, отдавалась, как той ночью.

Поэтому и не хотел с ней связываться. Ведет меня от нее, сильно. Так, что мозг отключается напрочь.

Вижу ее, и пелена перед глазами.

Хочу то придушить, то подол задрать и оттра…ть так, чтоб до утра встать не могла.

А мне не положено. Я император. Голова должны быть ясная, а разум чист. А рядом с ней не получается.

Хотел выбросить ее из мозгов, жениться, улететь в столицу, да забыться. Но она и тут отличилась.

Планы сорвала. Свадьбу расторгли.

А мне сутки оставались, чтобы предъявить Совету жену.

Эти драконы упертые, хорошо их знаю. И ведь придумали идею с наследником, по самому больному проехались. Умом я их понимаю, так же требовал. Уже был печальный опыт императора без наследников. Повторять не хотелось.

Да только я и рад бы зачать, но без человеческой сути такое не провернуть. Наверное. Столько драконниц за последние несколько месяцев перебрал, а ни одна не понесла.

Пришлось, скрепя зубами, согласиться на Ларису. И то лишь потому, что заявила во всеуслышание о беременности.