- Но, - перебил меня тоже самый вредный граф, - это точно не по закону! Госпожа Адель является частью Шенской империи! Пусть и с позором выгнанной из страны Тиреном Вторым, но всё равно остающейся его подданной!

- Господин посол? - обратился Герхард к главному шенскому дипломату. Надеюсь, вы сможете прояснить этот момент.

- Да, Ваше Величество. Уже перед самым отплытием я получил от Его Императорского Величества секретный пакет, ознакомиться с которым имел право, лишь прибыв в порт Гербии. Его Императорское Величество Тирен Второй освобождает Госпожу Адель, бывшую княгиню Бокори, от всех обязательств перед Шенской империей. Также Его Императорское Величество Тирен Второй подтверждает, что род Бокори вычеркнут из всех аристократических списков и является вымершим. При этом госпожа Адель остаётся племянницей императора Тирена Второго, поэтому официально является носителем божественной крови.

- У вас ещё что-то? Что может быть достаточной причиной, чтобы перебивать меня или госпожу Адель? - уже не иронично, а с отчётливой угрозой в голосе поинтересовался у склочного графа Герхард.

Тот опять что-то промямлил и скрылся в толпе совсем поплывшей от происходящего публики.

- И… - продолжила я, как ни в чём не бывало, - клянусь быть верной дочерью Гербийского королевства! Если я не сдержу эту клятву, то пусть меня покарает Единый, навсегда отлучив мою душу от достойного Посмертия!

- Да будет так! Клятва принимается! Встаньте, графиня Адель Милонская, и будьте равной среди равных!

Я от раны с лёгкой слабостью в теле с трудом поднялась в неудобном платье, моля Единого, чтобы не позволил оступиться и растянуться перед всем этим высокородным сборищем. К счастью, всё прошло удачно.

Но как только я выпрямилась, сам король внезапно встал на одно колено передо мной.

- Графиня Милонская! - чётко и громко произнёс он. - Я, Герхард Аварро, поражён не только вашим умом и красотой. Но также храбростью, достойной легендарных воинов. Сегодня вы спасли мою жизнь, и поэтому она теперь принадлежит вам! Прошу, станьте моей женой! Примите мою крепкую руку и любящее сердце! Иной женщины рядом с собой я не вижу и не хочу видеть!

В Парадном зале наступила такая тишина, что если бы в нём сейчас пролетала муха, то все бы услышали её жужжание.

- Да! - также громко ответила я, пытаясь обуздать свои взорвавшиеся огромным фейерверком эмоции и ликующую Адель. - Наши жизни связаны! Я принимаю ваши, Герхард Аварро, руку и сердце! В обмен же отдаю себя! Полностью и навсегда!

После таких признаний в зале снова воцарилась тишина. Гнетущая, тревожная, готовая в любой момент взорваться. И тут неожиданно для всех к нам подошёл полковник Тавос.

- Ваше Величество, - встав на одно колено и склонив голову, сказал он. - Графиня Адель Милонская. Я от всей души поздравляю вас обоих с этим знаменательным не только для вас, но и для всей страны решением! Уверен, что вместе вы сможете привести Гербийское королевство к процветанию и дать божественной династии Аварро достойное продолжение!

После этого Жерсон поднялся и, нахмурившись, с вызовом произнёс в зал:

- И я буду считать любого, кто помешает свадьбе, своим личным врагом. Да, парни?

- Так точно! - хором ответила многочисленная охрана, синхронно приподняв оружие в руках.

- Спасибо, полковник, - спокойно ответил Герхард, становясь рядом с ним. - Но это будут, прежде всего, мои личные враги. Никто не посмеет оскорбить мою любимую женщину, мою избранницу, заявлением, что она не достойна быть королевой. Ну и все присутствующие должны понимать: мои личные враги сразу превращаются во врагов королевства.

На знать в зале было больно смотреть. Аристократы недоумённо переглядывались, лишь сейчас до конца осознав, что их, мягко выражаясь, красиво, но с размахом “поимели”. Переглядываться-то они переглядывались, только ни один не посмел открыть рта и возмутиться.

Первый сориентировался в обстановке всё тот же склочный дедок граф. Решив, что самое время реабилитироваться перед теперь уже полновластным королём, он снова вышел вперёд и относительно искренне, насколько позволяла его лизоблюдская улыбочка, поздравил Его Величество с выбором спутницы, “изумительной по красоте и богатому внутреннему миру”. Тут уже и другие придворные опомнились. Вскоре разлившуюся в воздухе Парадного зала лесть можно было собирать и намазывать толстым медовым слоем на хлеб.

Всё это продолжилось за банкетом. Как же всё-таки быстро ради выгоды некоторые люди меняют свою позицию! Хотя в политике иные часто просто не выживают. Грустно это всё. Только во всех мирах, странах и городах всегда было так.

Морально и физически опустошённая, я быстро покинула пиршество, сославшись на рану. Уже выйдя из зала, увидела скромно стоящего у стены шенийского посла. По моему приказу охрана расступилась, и представитель императора подошёл ко мне.

- Спасибо, графиня Милонская, - с вежливой улыбкой проговорил он, - что уделили мне минутку своего времени. Поверьте, задерживать вас надолго не собираюсь. Просто хочу донести послание Его Императорского Величества… “ Упрямая, храбрая птичка. Горжусь тобой. ”.

- Всё? - удивилась я такой короткой фразе.

- Да, графиня. ПОКА всё, - многозначительно произнёс посол и с поклоном удалился в зал.

В своей спальне действительно рухнула без сил. Как же я вымоталась за этот пусть и очень счастливый, но безумно напряжённый день. Если бы не ликующая внутри меня Адель, то уснула прямо в одежде.

Хорошо, что этого не сделала. Не прошло и часа, как ко мне пришёл Герхард.

- Ну что, будущая королева? - иронично спросил он, тяжело опускаясь на край кровати. - Почувствовала всю прелесть жизни со мной? Это лишь первый приём в нашей с тобой совместной жизни. Многие из них будут ненамного приятнее.

- Не старайся, не запугаешь, - улыбнулась я. - А скажи-ка мне, мой венценосный жених, ты почему мне герцогский титул зажал? И вообще-то ты сегодня собирался всего лишь сделать меня своей подданной, а не невестой.

- Собирался, но вдруг понял, что лучшего момента сложно было придумать. Поэтому и огорошил знать сразу двумя приятными новостями. А с титулом… Тут, извини. Изначально погорячился, предложив его. Лишь перед самым сходом выяснились скользкие юридические тонкости. Для герцогини тебе необходимо иметь не только божественную кровь, но и иметь хотя бы отдалённое родство с династией Аварро. Если бы я признал тебя герцогиней, то ты, пусть и формально, стала бы моей родственницей, что полностью исключает брак.

- Но ведь были же браки с герцогинями?

- Были, - кивнул он. - Когда родство с Аварро имелось не ближе четвёртого поколения. А у тебя вообще никаких поколений нет. И этим казусом могли воспользоваться законники. Не в нашу пользу, разумеется. Так что решил не рисковать.

- Ладно, обойдусь, милейший король Герхард, - спародировала я манеру давно отбывших “бумажек”. - Поживу немного “всего лишь” графинюшкой. Только недолго, а то макушка без короны чешется. Когда свадьба?

- Какая меркантильная особа! - рассмеялся Герд, правильно оценив мою шутку. - Через сорок дней.

- Долго, - вздохнула я.

- Ну, эти традиции нарушать нельзя. И так уже всё под нас переиначил. А разве в Шенской империи не так поступают? Кажется, везде одно и то же. Именно столько понадобилось Первым людям, чтобы они осознали свою готовность стать мужем и женой и пришли с этой просьбой к Единому.

А ведь и верно! За всей этой суматохой боевое состояние Юлии затмило память Адель, поэтому такой нюансик и не вспомнился сам.

- Всё то, - начала оправдываться я. - Просто всегда хочется побыстрее.

- Вообще-то, - пояснил Герхард, - несмотря на моё дикое желание Первой ночи с тобой, я даже рад, что у нас есть время нормально подготовиться к свадьбе. Представляешь, сколько всего надо сделать перед ней? Это не только наш праздник, но и серьёзное политическое событие. Послы, верительные грамоты. Нужно собрать представителей многих стран, иначе их не приглашение будет выглядеть как оскорбление. Да и правильные подарки для молодожёнов за один день никто не найдёт. Сложно что-то дарить людям, у которых всё есть. А явиться без правильного подношения - опозорить и себя, и свою страну.