- Спасибо, Герхард. Я оценила жест. А что за ножи? И почему у ножен такие короткие ремешки?

- Не смотрите, что они выглядят неказисто. Каждый сделан аманскими мастерами из дубийской стали. И сбалансирован так, что при любом броске летит кончиком лезвия вперёд.

- Герхард, - внимательно посмотрела я на короля. - Вы меня чересчур балуете. Кажется, колье обошлось бы вам в менее кругленькую сумму.

- Ерунда, Адель. По сравнению с вами всё ерунда! Тем более, больше никто не может похвастаться, что дарил возлюбленной настолько странные вещи. Но я недоговорил про ремешки. Они короткие, потому что ножны вешаются на… Ногу. Достаточно слегка приподнять подол платья и уже готовы к броску! Давайте я покажу вам, как правильно их крепить. Кстати, и для пистолета имеется потайная кобура.

- Кажется, в вашем случае оружие предназначено не для скрытого ношения, а для скрытого соблазнения. Не так ли, Ваше Хитрое Величество?

- Ну да, - не стал отнекиваться Герхард. - Считайте меня наглецом и сумасшедшим, но я представлял в своих фантазиях эту картину: как вешаю ножны на вашу точёную ножку.

- А если у меня ноги окажутся кривыми и толстыми? - хихикнула я, полностью погрузившись в эту игру с эротическим уклоном. - Да ещё все в бородавках и густых чёрных волосах, как грудь торговца с юга?

- Правда? - озорно проговорил король. - Про "грудь торговца" - поверю, а вот про кривизну...

- Вешай! - приподняв юбку чуть выше колена и выставив вперёд правую ногу, приказала я.

Реакция Герхарда была неожиданной. Уставившись на моё колено, он сначала побледнел, потом густо покраснел и, громко сглотнув слюну, прохрипел:

- Адель… Вы… Вы… Вы сейчас сильно рискуете. И я рискую потерять самообладание. Извините, но мне надо вас! Вернее, от вам… Мне… Тебе… Туда! Восхитительно! Простите!

После этих слов он чуть ли не пулей вылетел из покоев, оставив меня в полном замешательстве. Понимание происходящего пришло через несколько минут. Чёртов средневековый мир со своими нелогичными нравами! Пялиться в глубокое декольте считается в порядке вещей, а вот увидеть слегка обнажённую женскую ножку - это уже верх "эротизЬма". Герхард мечтал лицезреть лишь щиколотку, а я аж до колена ему всё показала.

Но всё равно всё странно... Уж у самого короля через постель должно было столько фавориток пройти, что и полностью голая женщина ничем не удивит. Хотя… Вот я дура дурная и идиотка идиотская! Он же искренне любил Эолу Малеш! А потом тяжело переживал её смерть. Герхард, как и мой земной отец, не может изменять и утешаться в объятиях первой попавшейся доступной женщины! Не те люди по своим моральным устоям!

Значит, король уже много лет ни с кем не был! А тут я со своей бесстыжей коленкой! Да у мужика сейчас вся кровь от головы вниз отлила, и гормоны мозг переклинили! Вот и спасся бегством, чтобы лишнего со мной не позволить. Тем более ножки у Адель действительно на загляденье.

Услышав мою последнюю мысль, Аделька тут же радостно встрепенулась. И, судя по её самодовольству, остальные части тела тоже были предметом гордости бывшей Бокори. Впрочем, не без основания.

- Ладно! - махнув рукой, вслух произнесла я. - Потом разберёмся с возникшим недоразумением. Лучше скажи, подруга дорогая, куда мы весь этот арсенал спрячем, чтобы служанки при уборке случайно не наткнулись? Оружие я на себе носить буду, а вот коробку от пистолета под юбку не спрячешь.

Но Аделька опять исчезла, оставив меня в одиночестве решать бытовые вопросы. Почти час я носилась по покоям с пистолетным футляром, как дурень с писаной торбой. Поняв, что прислуга основательно подходит к своим обязанностям и выметает пыль даже из самых потаённых уголков комнат, со вздохом отодвинула тяжеленный комод и за ним кое-как пристроила коробку. Потом чертыхнулась, вспомнив, что не достала порох и пули, опять отодвинула комодище, зарядила пистолет и снова поставила мебель на место.

Наконец-то уставшая, довольная и вооружённая, я легла на кровать. Всю ночь снился король. Правда, сон оказался дурным. Герхард показывал мне свои гладкие, словно после эпиляции, ноги и хвастался, что собирается пойти на педикюр. Я же сидела в коричневых семейных трусах и, безумно завидуя королю, смущённо пыталась ладонями прикрыть свои жутко волосатые, толстые и очень кривые “ходули”. И так мне хотелось плакать от этой вселенской несправедливости, что проснулась действительно вся зарёванная.

- Слава Единому, не по-настоящему, - облегчённо произнесла я, открыв глаза. - Будем считать, что во сне понесла наказание за вчерашний “разврат”. Так что совесть моя теперь полностью чиста и можно жить дальше со спокойной душой.

Встав с кровати, не удержалась и подошла к зеркалу. Уф… Красивенькие, ровненькие! Присниться же такое! Причём, как фигня какая-то - всё будто наяву происходило и из головы не выходит. А как что-то замечательное, так наутро и не вспомнить.

Следующие две недели моей жизни показались двумя месяцами. Понимание, что вот-вот покину дворец, принесло то самое чемоданное настроение, когда эмоционально уже не здесь, но ещё и не там. Тем более это самое “там” я до конца не могла представить. Если бы не задание короля внушить Эриху и Ирис, что имею серьёзные планы на Герхарда, жизнь в тоску зелёную могла превратиться. Лишь эта игра в шпионку и спасала от скуки.

Король после того случая с коленкой больше не рисковал встречаться со мной наедине. По мне, причина дебильная, но как объяснить подобное человеку, воспитывавшемуся на иных правилах? Лишь на людях Герхард якобы проявлял ко мне нежные чувства, пытаясь королевскому двору дать почву для слухов. Впрочем, я тоже от него не отставала, делая вид влюблённой девушки, томно вздыхающей и стреляющей глазками в предмет своего обожания.

Зато Эрих Неморо начал проявлять инициативу, появляясь рядом со мной каждую свободную минуту. Причём он до такой степени старался понравиться, что полностью игнорировал работу по укреплению дворцовой безопасности и вёл разговоры исключительно на те темы, что не могут вызвать споров или конфликтов. Даже стихи умудрился несколько раз прочитать!

- Госпожа Адель, - во время одной из прогулок решился барон перейти в наступление, - я вижу, как вы смотрите на моего брата.

- И как? - сделала я удивлённое лицо.

- Вы ему чрезмерно симпатизируете.

- Ну, Его Величество достоин этого. Одновременно умелый воин, умный политический деятель и красивый мужчина не может не вызывать восхищение.

- Всё так, - грустно согласился Эрих. - Только не забывайте о том, что вы никогда не сможете быть рядом с ним официально. Роль любовницы - вот что вас ждёт, если Герхард ответит на ваши чувства. Незавидная судьба. Поверьте человеку, чья мать тоже оказалась в таком положении.

- А вы, барон, - задала я провокационный вопрос, - сами в каком положении? Мне только кажется или имеете в своей душе обиду на Аварро?

- В юном возрасте имел, - признался Эрих. - Но с годами она полностью исчезла. Более того, эмоционально я давно ощущаю себя частью семьи Аварро. А Герхард стал мне настоящим братом. И из-за разницы в возрасте до сих пор чувствую ответственность за младшего братишку. Хочется его уберечь от всех бед и ошибок.

- Поэтому проводите столько времени со мной, не давая нам шансов сблизиться?

- Да, госпожа Адель. Это одна из причин. Герхард может наделать много ошибок, если не перестанет ухлёстывать за вами. Но есть и вторая сторона у этой монеты. Вам тоже придётся несладко в роли тайной любовницы короля. Ответственность за вашу судьбу я тоже чувствую.

- Вам есть дело до опальной шенийки?

- Да. Есть. Я люблю вас, - резко остановившись, взял меня за руку барон. - Понимаю, что моё признание звучит глупо и неуместно, но хочу, чтобы вы знали правду. Конечно, я не такой красивый и знатный, как Герхард. Знаю, что обо мне ходят часто правдивые слухи, как о ветреном ловеласе. Но мне больше не хочется смотреть на других женщин. Только на вас, дорогая Адель. И поверьте, моё плечо такое же крепкое, как и королевское. На него вы всегда можете опереться.