- А вы, смотрю, подготовились, Ваше Величество.

- Я обещал вам сыграть на этой деревяшке, если проиграю спор. Я его проиграл.

- А если бы не смогли по дереву добраться до моего окна?

- Тогда бы отправился один в беседку и продолжил свои музыкальные занятия. Получается, что в любом случае эхотония не лишняя.

- Логично, - согласилась я, уже шагая вместе с Герхардом вглубь парка. - А куда вы герцогиню Фурэ подевали? Я думала, что она вместе с вами сегодняшнюю ночь проведёт.

- Ночь или несколько ночей проведёт со мной лишь та, что окажется наиболее подходящей кандидатурой для зачатия наследника, - резко помрачнел король. - Мы с герцогиней после сложного дня вместе всего лишь отужинали в моей библиотеке, ведя разговоры на литературные темы. Вернее, она вела, а я больше ел, стараясь особо не вслушиваться. Потом отправил её спать и решил проверить правдивость ваших слов… На свою голову в прямом и переносном смысле.

И давайте больше не будем об этом. Хочется хотя бы ночью немного отдохнуть. И ещё… Раз уж мы с вами настолько близко познакомились, то можете сегодня называть меня по имени. Я слишком долго был среди простых воинов и от всех этих дворцовых манер сильно утомляюсь.

- Хорошо, Герхард. Тогда и я пока не княгиня, а всего лишь Адель.

- Смотрю, вы тоже не очень жалуете этикет? Странно для девушки, воспитанной в высшем обществе.

- Ну должен же у меня быть хоть один недостаток… Поднос не считается.

- Не хотите объяснять? - правильно понял король мою отмазку. - Понимаю.

Так, за непринуждённым трёпом мы и дошли до беседки. Герхард жестом предложил мне присесть на деревянную скамью. Сам же сел напротив и стал настраивать свою эхотонию, слегка бренча струнами и подкручивая колки на грифе.

Потом он заиграл ту же самую мелодию, что я слышала прошлой ночью. Только теперь, когда я находилась рядом с инструментом, музыка показалась мне немного другой: более насыщенной, глубокой. Неожиданно для себя самой стала тихонечко подпевать, выудив из памяти Адель стихи местного поэта.

Ночь нежна и тиха землю сном накрывает, Лес безмолвный стоит, ожидая восход. Только волны на море покоя не знают, Отражая в себе ярких звёзд хоровод.

А над миром летит Фея Полной Луны, В лёгком платье из кружев и с розой в руке. Что бедняк, что король - для неё все равны. Свет её разливается в каждой реке.

Она дарит покой, она дарит мечты, И надежду, что в сердце забьётся опять. В её взгляде хранятся все тайны, что ты Не успел или не захотел рассказать.

Музыка внезапно стихла на последней строчке стихотворения.

- Адель… - тихо произнёс король. - У вас изумительный голос. А стихи прямо рождены для этой мелодии… Поразительно. Кажется, у нас сейчас родилась песня.

- Стихи не мои, - на всякий случай пояснила я.

- Так и музыка тоже не моя. Но почему-то песня родилась именно у нас.

- Скажите, Герхард. Почему, чтобы поиграть на эхотонии, вы забираетесь ночами в эту беседку? Романтика или есть иные причины?

- Никакой романтики, - грустно усмехнулся он. - Я воин, привыкший с детства к мечу. А тут такое неподобающее занятие. Всегда мечтал овладеть эхотонией. Она - моё тайное увлечение. Но пальцы слишком грубые, чтобы достичь мастерства. Не хочу быть для всех посмешищем. Уверен, если придворные лизоблюды услышат мою игру, то моментально провозгласят великим музыкантом. А сами хихикать за спиной будут.

- Без лести могу сказать, что играете вы неплохо. Пусть не идеально, но вполне себе, - искренне призналась я. - Чувствуется, что вкладываете в струны душу.

- Адель. Королей “вполне себе” не устраивает. Но отказаться от этой маленькой слабости не могу, поэтому почти каждую ночь на нару часов прихожу сюда, запрещая остальным под страхом отлучения от дворца приближаться к беседке. От вас лишь скрыться не смог.

- Не волнуйтесь. И эту тайну тоже сохраню.

- Спасибо, - поблагодарил он. - Но учтите, что это вам не даёт никаких преференций при моём выборе бумажной жены. Главное для меня: не претендентки, а государства, приславшие невест. Политика, демоны её загрызи.

- Кажется, вы сами не в восторге от такого. Но почему тогда согласились принять нас? - попыталась я вытянуть короля на откровенность. - Ведь многие обходятся без бумажных браков.

- Я же сказал: политика. Да, у меня не очень большое королевство, но оно расположено в важнейшей точке мира. Именно через нас проходит пролив Гербо, соединяющий два моря. Кто контролирует его, тот контролирует и основные торговые пути. Мы богаты, но только одним золотом войну не выиграть, если нападёт более сильное государство. А мировая обстановка накалилась до предела. Поэтому и выбираю условия, что правители передали вместе со своими бумажными претендентками. И в этом нет ничего личного.

- Но почему тогда вы столько времени уделяете нам? - удивилась я.

- Этикет, проявление уважения к королям и императору. Ну и традиция выбора, конечно. Так принято. Но бумажной женой, скорее всего, станете не вы, а кого-то из герцогинь. С их королевствами мы граничим. Шенская же империя хоть и сильна, но до неё плыть несколько дней.

- Зачем вы всё это мне рассказываете?

- Не знаю. То ли музыка так повлияла, то ли от вашего подноса ещё не отошёл... Да и вы, Адель, после сегодняшнего конфуза уже вроде как и своя, а не из этих “душечек-милочек”. Может быть, просто устал. Очень… Я же третий, самый младший сын в династии Аварро, поэтому меня к правлению не готовили. Я всегда знал, что стану одним из военачальников при короле, но за пять лет потерял всех близких людей. Словно сам Единый разгневался на нашу семью. Вначале мама умерла, потом средний брат погиб в море. Старший на охоте неудачно с лошади упал.

Так и оказался первым в списке на престол. Уже больше года отдуваюсь с короной на голове, вместо того, чтобы отряды в бой водить. Ещё теперь и наследник этот. Не так я его представлял, но выхода нет… Хватит об этом! - словно резко проснувшись, встрепенулся Герхард. - Что-то чересчур разоткровенничался. Пойдёмте, княгиня Бокори. Нам уже пора.

- Да, Ваше Величество, - понимая, что релакс закончился, с лёгким кивком согласилась я.

Не успела я подняться со скамьи, как внезапно меня затопило чувство смертельной опасности. Это явно Адель отчего-то вдруг напомнила о себе и теперь пыталась донести что-то важное, грозящее нашей жизни. Об этом я подумала уже в полёте. Инстинкты телохранительницы, вбитые инструкторами, сработали быстрее головы. Я сбила с ног уже вставшего Герхарда и прижала его к земле. Под нашими телами жалобно хрустнула эхотония. Но мне было плевать на неё, так как услышала звонкий щелчок арбалета и глухой звук удара о дерево. Слегка повернув голову в сторону последнего, увидела небольшую стрелу, вонзившуюся в спинку моей лавочки.

- Что за?..

Король попытался понять, что происходит, но мне было не до разговоров.

- Нападение, - прервала я его вопрос. - На счёт три ныряем прямо в те заросли. Беседка должна прикрыть нас от стрелка.

- Но…

- Быстро, если жизнь дорога! Голову сильно не поднимай и не оглядывайся. Сейчас важнее всего: уйти с линии огня. Раз, два… Три!

К чести Герхарда, он не стал изображать из себя тупого героя и не ослушался приказа. Мы, слегка приподнявшись, оттолкнулись ногами от пола и рыбками нырнули в густые кусты, растущие поблизости. Долетели оба.

- Теперь, - сразу же начала давать я новые указания, - становимся на четвереньки и начинаем двигаться не к дому, а вглубь парка.

- Зачем? Логичнее же найти хорошую защиту в крепких стенах.

- Конечно, логичнее. Поэтому, если нападавших несколько, они будут ждать нас именно на том направлении. Мы же сломаем их планы, затеряемся в парке и отсидимся в нём. Уверена, что нас разыскивать не будут: убийцы ограничены во времени. Хватит уже спорить! Идёшь первым, а я за тобой. Со стороны тыла прикрою.

- Я не прячусь за женщинами!