Я ухмыльнулся и почему‑то переглянулся с Леной. Мы задержали друг на друге взгляды, но затем случилось то, чего я, признаться, не ожидал.

Закончив беспорядочно кричать от радости, Шалопаи вдруг разом повернулись в мою сторону и начали скандировать:

– Ставров! Ставров! Ставров!

– ЭЙ, ВЫ СЛЫШИТЕ⁈ – заговорила Настя. – ВТОРОЙ «Д» ПРИВЕТСТВУЕТ СВОЕГО КЛАССНОГО РУКОВОДИТЕЛЯ! О ДА, ДАМЫ И ГОСПОДА! ВОТ ТОТ ЧЕЛОВЕК, БЛАГОДАРЯ КОТОРОМУ АУТСАЙДЕРЫ СЕГОДНЯШНЕГО ТУРНИРА ОДОЛЕЛИ КЛАСС БОГАТЕЕВ С ЗОЛОТОЙ ЛОЖКОЙ ВО РТУ! ДАВАЙТЕ ВМЕСТЕ С НАМИ! СТАВРОВ! СТАВРОВ! СЕРГЕЙ ВИКТОРОВИЧ, ЭТО И ВАША ПОБЕДА ТОЖЕ!..

Тут она снова ненадолго прервалась. Но лишь ненадолго. А затем на весь стадион раздался занятный монолог:

– ДА ОТСТАНЬТЕ, СОЛОМОН АДАМЫЧ, НЕ МЕШАЙТЕ ЛЮДЯМ РАДОВАТЬСЯ! И НЕТ, Я НЕ ЗАТКНУСЬ! А ВЫ СЮДА ПРОЙТИ БОЛЬШЕ НЕ СМОЖЕТЕ! ЭТО ЗАКЛИНАНИЕ ВАМ НЕ ПО ЗУБАМ! ХА‑ХА‑ХА‑ХА! СТАВРОВ! СТАВРОВ! СТАВРОВ!

Хаос меня раздери…

Да не, пошёл он к чертям, я не дамся!

На душе стало так чертовски тепло и приятно, что лыба моя до ушей прочно закрепилась на лице. И поделать я бы ничего не смог, даже если бы захотел. Однако один момент меня серьёзно насторожил.

Аркаша. Он сейчас должен был рвать и метать, ну или рыдать от досады…

Вот только он вместо этого пялился на меня со злорадствующей ухмылкой на своей овальной роже. Со лба свисали растрёпанные лощёные волосы, а в глазах сверкали торжествующие искры. Это вообще не вписывалось в поражение его учеников.

Хаос раздери и Аркашу, и его грёбаного дядюшку…

Какую подляну от них мне ждать на этот раз?

[Предупреждение: купаты – шикос, а медовуха в данном конкретном магическом мире безалкогольная!] 

Почему коты норовят все сдвинуть со стола?

Причём коты любой породы. Будь то сибирский, британский, хоть сфинкс, хоть…

Хоть грёбаный дракон‑монтр восьмого ранга!!!

Но если все предыдущие коты просто сбивали вещи на пол, то дракот их швыряет с такой силой, что они летят в ближайшую стену и разбиваются вдребезги.

Как раз этим сейчас и занимался Теодрир. Он подходил к любому из столов в «Сломанном сапоге», заворожённо смотрел на какую‑нибудь кружку и лапой швырял её в стену.

Я думал, начнётся драка!..

Но посетители решили делать ставки.

Когда, кому, куда попадёт этот хвостатый Дракотяра и как сильно швырнёт. И ладно бы они делали ставки молча. Даже Вальдемар ничего против не говорил. Он‑то знал, зараза, что мне придётся всю разбитую посуду компенсировать.

Но эти засранцы‑посетители подавали плохой пример для моих бесят!

ШВЫРК!!

БДЫМС!!!

– Ур‑ра‑а! – воскликнул здоровенный патлатый детина в рваной косухе.

Отметил он свою выигрышную ставку, осушив целую кружку пенного напитка. Не знаю, в чём именно заключалась ставка, я смысл этих игр потерял уже давно. В последней каплей был чувак, который обрадовался, что Теодрир прошёл слева от одного из столов, а не справа…

Короче, ну их нафиг.

Но затем патлатый громко поставил кружку на стол, чем привлёк внимание Дракотяры. И радостно загоготал, потому что хвостатый устремился прямо к нему.

ШВЫРК!!

БДЫЩЩ!!!

Да, я решил сводить своих Шалопаев в «Сломанный сапог». Ну а что? Им уже скоро совершеннолетие стукнет… Ну всего пара‑тройка лет максимум.

А лучше побывать в таком злачном месте под пристальным надзором их любимого учителя, а не с какой‑нибудь шпаной со двора. Тем более что под этим самым надзором им не наливали ничего крепче кваса.

Хотя Саня, например, настойчиво пытался договориться с Вальдемаром. И ему казалось, что это даже удалось, когда тот хитро подмигнул шкету, отошёл на кухню и вернулся с плотно закрытой бутылочкой.

Я делал вид, что этого не замечаю. И всё для того, чтобы потом дико заржать, когда Саня, отхлебнув большой глоток, выплеснул кефир белым фонтаном и залил Теодрира, который как раз прокрадывался мимо, чтобы швырнуть очередную кружку.

Почему коты норовят всё разрушить, а дети пытаются раньше времени пристраститься к взрослым забавам?

Эти вопросы я оставлю на потом. Сейчас меня больше интересовало другое.

– Алиса, – подозвал я девушку.

– Да, Сергей Викторович? – улыбнулась она.

На этот раз её папаши рядом не было. Поэтому она, совершенно не стесняясь, любовалась с Антоном. От вида этой сладкой парочки даже Стриг завёл какую‑то мелодраматическую балладу о принцессе, рыцаре и драконе… точнее драконихе.

И смысл истории был не в сражении и спасении принцессы из лап чудовища. А в любовном треугольнике!

И концовка менялась в зависимости от настроения Стрига. Иногда жестокая дракониха была свержена, и рыцарь с принцессой уходили в закат плодиться и размн… кхм, то есть жить долго и счастливо. Обычно эта концовку Стриг заводил, когда у него появлялась очередная пассия.

Иногда злюкой выступала сварливая принцесса, и рыцарь выбирал дракониху, которая вдруг обретала способность превращаться в человека. Ну это если Стрига недавно очередная пассия бросила, и бедолага находился в настроении «все бабы – стервы».

Ну а потом Стриг пускался во все тяжкие, и рыцарь вообще умудрялся замутить и с принцессой, и с драконихой сразу.

Блин, надеюсь сейчас он будет придерживаться первого варианта…

– Скажи, Алис, во время проверки у вас что‑то случилось? – спросил я.

– Что? Почему? – нахмурилась Алиса. – Вроде нет.

Интересно…

– А что с вами делали?

– Нас просто обследовали, – пожала она плечами. – Ну, погоняли по нескольким тестам, подтвердили ранг и отпустили, собственно… Да, было нудно и скучно, но вроде ничего такого.

Так, теперь ничего не понимаю. Чуйка явно подсказывала, что Адамыч задумал очередную подлянку. И я думал, это как‑то связано с Алисой и Саней.

Но тогда…

– А почему вы тогда пришли расстроенные?

– А‑а! – улыбнулась девушка. – Да просто мы пропустили всё веселье! Саша так вообще не смог поучаствовать в турнире. Там же записываться надо было заранее, а мы не знали, когда вернёмся.

– Да… это было неприятно… – протянул я задумчиво.

– Ага, – кивнула Алиса. – Я ведь тоже хотела одной су… кхм, в смысле, стерве кудри повырывать.

В голосе Алисы прорезалась острая сталь, но говорила она при этом с таким невинным девичьим лицом, что это вызвало у меня в голове нехилый диссонанс.

Так… Нихрена не понимаю!

Если проверка прошла нормально и ничего такого там не случилось, почему Аркаша был таким радостным, когда его класс проиграл моим бесятам?

Чуйка настойчиво вдалбливала мне, что стоит насторожиться. А вот Лена с двумя бокалами тёмной медовухи, которая уселась рядом со мной и как бы случайно задела бёдрами, заявляла совсем иное:

– Серёжа, ты чего такой смурный? Веселись! Сегодня праздник!

Она сунула мне в бокал, чуть не залила его прямо в рот.

Ну… кто я такой, чтобы отказывать даме, верно? Тем более такой красивой, с мягкими и упругими ножками, которые продолжали прижиматься ко мне и уже совершенно не делали вид, что это случайно.

Напиток был сладким и хлебным, с приятными пузырьками и лёгкой прохладой разлился по груди.

– Ха‑а… – выдохнул я.

А ещё я отлично знал, с чем медовуха сочетается. Поэтому следом к нам подошёл Вальдемар с подносом зажаренных на углях купат.

Затем поставил на стол плетёную корзинку со свежеиспечённым ржаным хлебушком, ещё пышущим тёплым ароматом.

Ещё тарелку жареного с лучком картофеля и, собственно, маринованый лучок, нарезанный кольцами. Но куда же без овощей, верно? Поэтому следом появился тазик с овощным салатом.

Всё это заняло половину стола, составляло композицию, которой позавидует любой художник, и вызвало у меня обильное слюноотделение.

И не только у меня…

– Эй, а мне⁈ – воскликнула Лена, с завистью осмотрев мою половину стола.