— Сергей Викторович, вы издеваетесь⁈ — прорычала лекарка.

— Что я-то! Что я-то сразу, вы мне скажите⁈ Да вот, сам надорвал свою… Ну вы поняли.

Марина Вячеславовна глядела на меня суровыми глазами. И на этот раз по вполне понятным основаниям. Несправедливым в мою сторону, конечно, но всё же понятным.

— Я только вчера вечером выписала Семёна Семёновича из больницы. А утром вы уже притащили его обратно! Как это понимать⁈

— Эй, Сёма, — бросил я корчащемуся Кабанчику на переносной койке рядом с нами. — А ты чего на турники-то полез сразу после выписки?

Затем я перевёл взгляд на Марину Вячеславовну:

— Вы ему что, не объяснили, что нужно долечиваться? Ну там, постельный режим, витаминчик C, отдыхать побольше, пить два литра в день. Что там ещё прописывают в таких случаях…

— Объяснила, конечно! — снова взорвалась Марина Вячеславовна, но затем до неё дошло. — Погодите-ка… Какие ещё турники, Семён Семёнович⁈ Да вам тяжелее кружки сейчас ничего поднимать нельзя!

Во-о-от! Это я понимаю. Праведный гнев направлен в правильную сторону. А то всё «Сергей Викторович! Сергей Викторович!»

Я тут ни при чём!

И пока Марина Вячеславовна переключила всё своё внимание на Кабанчика, я уже обрадовался и решил убираться отсюда подальше. Всё-таки проблемы задницы Семёна Семёновича меня вообще не беспокоят и никак не касаются. Он сам себе Буратино, как говорится, а у меня скоро занятия начинаются.

Но только я повернулся к выходу, как в дверях показался Василий Палыч.

— Сергей Викторович! — тут же воскликнул он с выпученными глазами.

Тоже, что ли, проблемы с очк…

— Это правда? Правда, что Семён Семёнович загремел в больницу⁈ — удивлённо спросил он.

А, не. Он за коллегу беспокоится. Но надо тут поосторожнее, а то на соседнюю койку ляжет. Нервишки шалят вон — аж Источник бурлит.

— Ага, — хмыкнул я. — Загремел не то слово.

— Да как же так! — схватился директор за голову.

Тут он заметил наконец-то виновника беспокойств и тоже переключился на него.

Вот и хорошо, вот и молодцы. А я пока пошёл учеников учить. Сегодня как раз чрезвычайно важное занятие.

━─━────༺༻────━─━

— Эй, а мы чё, прям здесь будем учиться? — раздался недовольный голос Влада.

Иронично, ведь именно он приложил немало стараний для разрушения кабинета номер «404».

— Да, наверное, расписание не успели поменять, — махнула Анжела. — Сейчас Сергей Викторович придёт, и сядем нормально.

— Апчхи! — вырвалось у Дениса.

— А чего не заходите? — спросил я, показавшись из-за поворота.

Весь класс разом обернулся в мою сторону.

— Сергей Викторович! — воскликнул Саня. — Так там же кабздец!

— А-га-а-апчхи! — снова Денис.

— Правда? — я наигранно удивился и подошёл к распахнутой двери. — Хм… А вы правы. Кабздец.

Парты разбросаны во все стороны, разломаны, на потолке и стенах гарь, на полу несколько крупных вмятин. На доске зияющая прожжённая дыра.

— И чё, куда нам теперь? — поинтересовался Петя Валиков.

— В смысле? — нахмурился я.

— Ну сейчас же урок начнётся, — пояснила Анжела. — Нам ведь надо где-то сесть!

Я обвёл взглядом учеников и снова заглянул в кабинет.

— Больше мест нет. Проходим, не стесняемся.

И шагнул внутрь.

Учительский стол чудом уцелел и сейчас возвышался надо всем кабздецом вокруг, словно островок цивилизации посреди апокалиптических пустошей.

На свету из разбитых окон хорошо проглядывалась падающую пыль. И когда ученики настороженно и нехотя вошли в кабинет, вихри осевшей гари взметнулись, и их подхватили потоки ветра с улицы.

— Апчхи! — снова расчихался Островский.

— Будь уже здоров, — буркнул Саня.

Я как ни в чём ни бывало раскрыл учебник, чем поднял ещё больше пыли, поставил кресло и уселся.

— Сергей Викторович? — раздался голос Анжелы.

— Да, Елизарова? — улыбнулся в ответ.

— А почему…

— Почему вы в спортивном костюме? — перебил её Арсений.

Девушка грозно глянула на парня, но тот не удосужился даже обернуться.

И правда, я ведь не успел переодеться, пока возился с Кабанчиком. Неловко вышло, но да ладно. Как-нибудь в перерыве сгоняю до дома.

— А это так надо, — отмахнулся я. — Елизарова, что ты хотела спросить?

Анжела приосанилась.

— Почему нам не выдали другую аудиторию? Здесь же невозможно учиться!

Анжелу поддержали несколько голосов, особенно девчонки из её компании. Даже Петькины дуболомы закивали.

Арсений, кстати, теперь держался подальше от прежних товарищей и теперь затесался среди одиночек. Он и четверо из тех, кто вчера решил перейти в команду Оболтусов, раньше не были чем-то связаны, но теперь старались не отходить друг от друга. Парни явно чувствовали, что новые места им ещё придётся заслужить, и были правы.

— А почему нам должны выдать другую аудиторию? — нахмурился я.

— Ну как же! — воскликнул Саня. — Эта же разгромлена!

— И кто её разгромил?

Тут шкет притих и виновато опустил голову. Саня тоже приложил немало усилий в общее дело, пока гонял по кабинету на воздушной подушке и переворачивал всё вверх дном.

— Так что нам теперь, весь день торчать здесь⁈ — ахнул Максим Пришвин.

— Апчхи! — снова выдал Денис.

— Не совсем, — помотал я головой. — Другие учителя отказались сидеть в этом замечательном месте, так что вам придётся побегать по свободным аудиториям. Вот, кстати, новое расписание. Саня, раздай!

Савельев с сомнением в глазах принял у меня стопку бумаг и направился к одноклассникам.

— Да ну на! — очень громко ахнул Тихомир. — Это ж по всей академии бегать!

— Тут в одну сторону может минут десять занять! — добавил Влад.

— Придётся бегать, чтобы успевать на уроки! — возмутился Федя.

— Да я в той части и не бывал никогда… — нахмурился Петя.

— И каждое утро в этой дыре ещё собираться⁈ — взвизгнула одна из девчонок Анжелы, Полина Сабурова. — Да мы уже провоняли насквозь!

Разразились гвалт и крики. В академии было принято, что за каждым классом закреплены свои кабинеты и предметники-учителя приходят к ним на время занятий.

Как по мне, так это несправедливо, и бегать должны ученики. Но пока как есть. Тем не менее я попросил Палыча позаботиться о данном вопросе. И теперь свободные аудитории в расписании подобраны так, чтобы учителям было максимально удобно добираться. Но в итоге получилось так, что Оболтусам и Балбесам придётся весь день бегать по всему академгородку.

Пару минут я дал им выплеснуть эмоции, но затем хлопнул по столу, призывая к тишине.

И они замолчали.

— Не хотите заниматься здесь? — спросил я.

Дети несколько секунд раздумывали, но затем хором выдали:

— Нет!!!

— Отлично! — я захлопнул учебник и встал из-за стола. — Тогда все за мной.

И повёл класс наружу.

Мы спустились на первый этаж, вышли на улицу и добрались до небольшого парка, где нашлась свободная поляна, очищенная от деревьев и кустов.

Я свернул с дорожки и пошагал по траве, пока не остановился посередине и повернулся к классу.

— Давайте смелее! За мной!

Переглянувшись, дети тоже сошли с дорожки и встали напротив.

— Будем заниматься здесь, — заявил я. — Тут гари нет, да ещё и воздух свежий. И солнышко… — тут солнце закрыли сгустившиеся облака, и нас накрыло тенью. — Ну, и без него справимся.

— Серьёзно⁈ — нахмурилась Анжела. — Это же просто поляна!

— Тут даже сесть негде! — добавила Полина.

— Да, — на этот раз я сбросил беззаботную мину и прибавил в голосе стали. Ученики сразу притихли. — Раз уж не хотите сидеть в собственном сраче, будем проводить уроки ОМБ на поляне.

Они снова хотели что-то возразить, но не решились под моим строгим взглядом. А я сел на траву, скрестив ноги, и снова достал учебник.

— Валиков!

— А⁈ — чуть не подскочил Петя.

— Какие уровни опасности присваиваются при появлении монстров?