А внутри всё горело, полыхало. Злость и ярость поднимали на поверхность слова, словно пузыри воздуха в кипятке.

– Сеня!!! Ну как так, а⁈ Почему, скажи мне⁈ Почему?!!

Он ведь так старательно готовил почву для его будущего! Ему пришлось пробиваться сквозь такие тернии, чтобы семья была в достатке! Чтобы фамилия Тарасовых у одних вызывала безмерное уважение, а у других – скрежет на зубах от зависти!

И что теперь⁈ Всё в пустую⁈

– Сеня!! СЫН!!! А ну иди сюда!!!

И кажется, Арсений послушал – звуки шагов стали громче.

Тарасов‑старший даже растерялся, сбавил шаг. Но затем ярость снова накатила волной, и он уже набрал воздуха в лёгкие, чтобы отчитать нерадивого наследника за его проступки.

– Вот так, сын!! Давай, иди сюда! Иди и выслушай меня внима!..

Но тут вдруг перед ним показалась пара светящихся злобных глаз. И оказалось, что это были не звуки шагов Арсения. Это монстр мчался сейчас на него, пыхтя от предвкушения. Зубастая пасть распахнулась, магическим светом сверкнули обнажённые когти.

Тарасов‑старший замер от ужаса, и в голове лишь застыла одна мысль: только бы сын остался невредим…

БАМ!!! ТРРРЕСККК!!!

В одно мгновение сверкнула вспышка молнии, и монстра сшибло магическим снарядом.

– Гр‑р‑ру‑у‑у‑у!! – проскулила тварь, улетая в сторону.

А на его месте теперь стоял сын. Арсений.

Он не был похож на купца. Ни на одного своего сверстника из знакомых семей. Умных, несколько педантичных, подающих надежды.

Нет, в нём не было сейчас этой купеческой хитрости или стремления владеть цифрами. Но кое‑что другое в этой ярости к разломной твари Арсений Тарасов‑старший увидел.

Он увидел себя в молодости. Свою ярость, с которой он захватывал предприятие за предприятием не силой, но умом, наглостью и рвением. Он будто увидел себя, если бы нелёгкая заставила его самого родиться магом.

А затем Тарасов‑старший удивил своего сына. Он поднялся, отряхнул руки, стряхнул ветки со штанин, а затем расслабился и задумчиво произнёс:

– Ну, я тут подумал… может, нашей семье понадобится силовое крыло? А то что всё платить каким‑то наёмникам? А, сынок⁈

Он похлопал ошарашенного Арсения по плечу, и тот не совсем понял, что сейчас произошло. Но очухавшись, парень взглянул в сторону монстра, чтобы добить тварь. Однако тот уже удрал подобру‑поздорову.

Ну и фиг с ним!

И отец с сыном пошагали в лагерь. Им предстояло обсудить некоторые финансовые моментики, касающиеся силового крыла семьи Тарасовых.

━–━––༺༻––━–━

Ну, кажется, там всё разрешилось хорошо. Не знаю, я могу только следить, как Источники идут рядом друг с другом, пока монстр удирает что есть мочи.

Подслушивать даже не хочу. Всё‑таки дела между отцами и детьми – это дела между отцами и детьми. Не в моих правилах лезть в личную жизнь собственных учеников.

Но ведь так хочется узнать, блин…

Однако что меня ещё волновало, так это то, что Даня пренебрёг своим священным правом на сон. Он всё ворочался в шалаше и не хотел засыпать!

– Что, шкет, не спится? – хмыкнул я.

Из темноты шалаша высунулась недовольная морда Дани.

– Ага. Чё‑то вообще ни в одном глазу…

– Ну, бывает. Тут сам воздух пропитан магией больше, чем ты можешь себе представить. Так что прилив энергии – дело обычное.

– Пропитан магией? – с сомнением произнёс шкет.

– Ты что, мне не веришь? – наигранно возмутился я.

– Не‑не‑не! – замотал головой пацан, вот зараза.

– Кста‑ати… – прищурился я. – А ведь разлом – это отличное место для тренировки!

– Разлом? Тренировки⁈ – теперь уже серьёзно удивился Даня. – Да здесь же опасно! Какой дурак будет тренироваться в разломе?

– Ты! – осклабился я.

– Я⁈

– Ты, ты! Давай, вылезай из шалаша. Всё равно не спишь.

– Мру‑в… – недовольно отозвался Теодрир, перевернувшись на другой бок.

Он всем видом давал понять, что мы мешаем ему спать.

Хе‑хе‑хе, пусть это будет моей личной местью за ночные тыгыдыки.

– Вставай, вставай! – махнул я Дане. – Пора ускорить твоё восстановление!

– Мрррэв, – недовольно буркнул Дракотяра и картинно закрыл морду лапами и хвостом.

Мы отошли на несколько метров и остановились на ровной поляне, посреди которой торчал удобный пень.

– Отличное место, чтобы заняться сосредоточением! – заявил я.

Но Даня, кажется, всё ещё сомневался.

– Что такое, пацан? – усмехнулся я. – Не хочешь поскорее вернуть свою настоящую магию?

Тут глаза пацана загорелись! Он подскочил, встал прямо передо мной, по‑солдатски выпрямился и широченно заулыбался. Даже Источник будто чечётку отплясывал.

– Ну, чего ждём, Сергей Викторович⁈ – воскликнул он. – Давайте быстрее начинать!

– Мряв!! – возмутился Теодрир.

Дракотяра недовольно поднялся и поплёлся подальше от нас.

А мы начали тренировку.

– Итак, помнишь, как вы с ребятами освобождали твои узлы? – спросил я Даню.

– Ага‑ага, – закивал пацан с явным интересом во взгляде.

– Теперь ты должен будешь делать это в одиночку. В атмосфере разлома тебе будет проще сохранять концентрацию. Поэтому ты должен справиться и сам. Давай, сядь поудобнее, чтобы зад не затёк.

Даня расположился на небольшом пне, закрыл глаза, вздохнул и довольно быстро провалился в сосредоточение.

В разломе и правда проще проваливаться «в себя», как и заниматься развитием. Правда, когда находишься в сосредоточении, становишься отличной целью для тварей. А ещё природная магия не так проста, и с ней ещё надо уметь работать.

Но с первым разберусь я, а со вторым у Дани сейчас проблем не будет. Этот разлом и без того был слабым, а после того как я проредил тварей при подготовке к походу, атмосфера стала ещё более разряженной.

Реальная сила Данилы превышает даже его первый ранг, поэтому природная магия не станет помехой. Его проблемы сейчас скрываются внутри, а не снаружи.

Я встал у него за спиной и коснулся головы, тоже закрыл глаза. И вскоре мы оба очутились посреди океана, усеянного высокими острыми скалами.

Так я видел сосредоточение Данилы. Он мог видеть совсем другую картину, но это не мешало нам взаимодействовать. Сознание даже с магией досконально изучить ни у кого не получилось, так что оно постоянно преподносит сюрпризы.

Но я видел именно океан. Вот только если в первый раз здесь была кромешная тьма и с великим трудом ребятам удалось пролить луч света на всю эту бездну, то теперь островки света показывались отовсюду. Тьма уже не была такой владычицей Источника Дани.

Сейчас сила Дани и дара Гравитации походили на перекошенные весы. Дар был слишком могущественен, чтобы подчиняться парню.

И было два варианта, как Даниле двигаться дальше. Либо продолжать поэтапно, шаг за шагом отвоёвывать собственную магию, наращивая собственную мощь, чтобы уравняться с даром. Это заняло бы кучу времени…

Либо сделать рывок, сразиться с засранцем и ослабить до того уровня, чтобы держать его под контролем.

Я долго размышлял, как лучше поступить. И в итоге решил, что самое время закончить эту борьбу одним стремительным ударом.

Поверхность океана была неспокойной, и высокие волны бились о скалы. Но сейчас мы находились в относительно спокойной местности, на скале. Тот самый центральный узел, который Даня освободил первым.

– Ты чувствуешь его? – спросил я.

– К‑кого? – с дрожью отозвался шкет.

– Свой дар.

Даня сосредоточился ещё сильнее, закрыл глаза и скривился, будто от боли. И я почувствовал, как из отдалённых, покрытых тьмой далей океана пришёл отклик.

Ряд высоких волн прокатилась с дальнего конца тьмы, по всем скалам хлынула вода, разбивалась и вспенивалась у подножья.

А затем раздался гулкий низкий рёв…

– Р‑р‑р‑р‑у‑у‑у‑у‑у‑а‑а‑а‑р‑р‑р…

– Да, – с нетерпеливой дрожью в голосе сказал Даня. – Чувствую… Чувствую всю эту мощь. Она моя, но… – он протянул руку и сжал пальцы в кулак, будто хотел схватиться за что‑то. – Но она не хочет подчиняться!