– Р‑р‑р‑р‑р‑р‑р‑р‑р‑р‑р‑р‑р‑р‑ра‑а‑а‑а‑у‑у‑у‑у‑у‑у‑р‑р‑ря‑я‑яв‑в‑в.
Ого ж! Вот это он выдал речь. Не знал, что драконы могут так долго болтать. Но я всё понял, и многое встало на свои месте.
– Хорошо, – кивнул я. – Я тебя услышал, мой главный враг. Можешь быть спокоен.
Дракон Хаоса выпрямился, привстал на задних лапах и распахнул крылья, которые исчезли во тьме расщелины.
Гордый, грозный и величественный. Он наводил ужас на весь мой прошлый мир, как я заставлял монстров дрожать при одном своём появлении.
Теперь он развеялся, растворился в моём Источнике навсегда. И может быть, мне показалось, но на огромной зубастой морде промелькнула лёгкая ухмылка.
И сосредоточение развеялось.
━–━––––༺༻––––━–━
Когда я пришёл в себя уже в реальном мире, ухо задёргалось от громких визгливых криков.
– Сергей Викторович! Сергей Викторович! Дракотик! Выпустите нас! А‑а‑а‑а‑а! Кто‑нибудь, помогите!!!
Поморщившись, я поднялся на четвереньки и взглянул в сторону Дракотяры.
Он сейчас тоже валялся в беспамятстве и подёргивал лапой. Когти уже спрятались, а на морде засел забавный оскал.
– Сергей Викторович, вы очнулись! – воскликнула Стефания.
– Наконец‑то! – обрадовался Саня. – Выпустите нас!
Я взмахнул рукой… и нет, не развеял барьер. Наоборот, наложил на него дополнительное заклинание шумоподавления, и визги наконец‑то затихли.
Хм… почему я не пользовался этим раньше? Классная же штука!
Затем я встал и подошёл к Дракотяре. Тот уже понемногу очухивался. Приоткрыл свои глазёнки, откашлялся и ещё немного подрыгал конечностями, прежде чем протянуть страдальческим голосом:
– Мрэ‑э‑эв‑в…
– Ага, у меня тоже голова раскалывается, – скривился я.
Я потом понял.
– Блин, погодь! Я что, тебя тоже начал понимать?
Он с удивлением поднял голову и похлопал глазами. Похоже, наша связь снова окрепла.
Конечно, это не было в полном смысле понимание его речи. Скорее, я улавливал общий смысл или эмоции. Ну, примерно как родители понимают своих мелких детей, когда те ещё не научились разговаривать. Всякие «бу‑ка‑ба», «бу‑га‑га» и прочие не связанные выверты, которые другим просто непонятны и не несут никакого смысла.
– Мр‑рэф… – тяжело пошатываясь, он встал и встряхнул головой.
Я подошёл поближе и плавно протянул руку. Краем глаза заметил, как бесята в куполе пытаются вырваться. Хлопают по барьеру и что‑то кричат.
Хорошо, что я их запер там. Они не помешали сосредоточению, а сейчас не будут мешаться во время очень важной процедуры.
Дракотяра с подозрением посмотрел на мою вытянутую руку. Принюхался… И осторожно потянул свою морду вперёд, пока не уткнулся носом в мою ладонь.
Тут же наши Источники откликнулись друг на друга. Потоки магии частично объединились, в мою магическую систему хлынула другая энергия. Но назвать её чужой язык не поворачивался. Она была какой‑то… родственной. Немного другой, но я мог её переварить и использовать.
Сущность Дракона Хаоса, заключённая в осколке, передала мне сообщение и окончательно исчезла. Но сам осколок никуда не делся.
Кажется, я получил доступ к магии Хаоса… Иронично, однако.
– Вот так. Хорошо, – пробормотал я, потрепав Дракотяру за ухом. – Ничего, ничего, не волнуйся. Скоро голова пройдёт.
– Мряв! – радостно откликнулся Дракотяра.
Бесята в куполе успокоились. Кажется, они думали, что я собираюсь надрать уши Дракотяре, поэтому пытались вырваться. Я же похлопал его по мордочке и направился к барьеру, чтобы его снять.
Дракон Хаоса поведал мне, что за странная хрень тут творилась. После нашей битвы, перед самой смертью, осколок его Источника всё‑таки остался внутри меня. Сам Дракон Хаоса погиб, подобно мне. И подобно мне же переродился.
Но у монстров перерождение работает иначе, чем у людей. Я осознал себя в раннем возрасте и проживал вторую жизнь с полными воспоминании о себе прошлом. Монстры же реинкарнируются только душой. Дракотяра хоть и был в прошлой жизни Драконом Хаоса, но сейчас был именно Дракотярой. Другим существом.
Даже его душа уже не была прежней, тем более осколок моего Источника тоже остался у него внутри и оказал определённое влияние.
В общем, Дракотяра хоть и является перерождением Дракона Хаоса, но это не он. Счастливчик живёт совершенно новую жизнь, без груза прошлого мира.
В итоге мы оказались кем‑то вроде магических или энергетических братьев. Не родных, а каких‑нибудь двоюродных или троюродных! Да… пусть будет троюродных.
Я снял барьер, и бесята тут же хлынули… нет, не ко мне. Они даже не поинтересовались, как я себя чувствую, цел ли я, каково моё эмоциональное состояние. А тут же ринулись к Дракотяре и принялись его жалеть!
Что ж, приму это за комплимент. Мол, меня такой мелочью не возьмёшь и всё такое!
Дети… Иногда они ранят в самое сердешко!
– Дракоти‑ик! – вздохнул Саня. – Ты в порядке! Как я рад, что он тебя не обидел!
В самое… Сердешко…
– Так и запишем, – воскликнул Макс Михеев. – Никакой больше кошачьей мяты!
– Да, точно! – закивала Стефания. – Не думала, что она так может влиять на Дракотиков. Просто ужас какой‑то!
Кстати говоря, я тоже призадумался. Неужто кошачья мята заставила Дракона Хаоса показаться из осколка?
Действительно страшная штука. Не стоит давать её Дракотяре.
– Да… – задумался Денис. – Только почему отрубился и Сергей Викторович тоже? Он же кошачью мяту не ел…
Вот же он засранец, задаёт слишком правильные и неудобные вопросы! Но его вопрос растворился в заботах о засранце Дракотяре.
– Ты же не хотел на нас напасть, верно же? – Боря принялся водить рукой по спине монстрёнка.
А тот, засранец этакий, вовсю изображал из себя пострадавшего зверька!
– Мря‑я‑я‑яв… – протянул он жалостливо. – Мре‑е‑е‑ев…
Я отчётливо видел, что его Источник в полном порядке. Дракотяра уже давно пришёл в себя, но делал вид, что его шатает, сонно прикрывал глаза и бросал в мою сторону осуждающие взгляды.
Да, этот актёрский талант – явно следствие моего осколка в его проказливой душе. Из Дракона Хаоса актёр был как из Кабанчика балерина, он просто не мог передать ничего подобного своему перерождению.
Кстати, пора бы уже паршивца как‑то назвать… Вот только как? Никаких идей в голове. Хех, было бы куда проще, если бы он сам выбрал себе имя. Но это вряд ли возможно. А сейчас надо заняться куда более актуальным вопросом.
– Так, ребятки, – нахмурился я, – давайте‑ка уже закончим то, зачем вы сюда забрались. Не думаю, что осталось так много времени, прежде чем нас обнаружат.
– Но мы же здесь с учителем! – резонно заметил Саня.
– Это ещё хуже, – буркнул Гордей.
Тоже умный пацан. Не зря они в «умниках».
Бесята наконец‑то отлипли от Дракотяры и вернулись к делу.
Я в алхимии вообще мало что понимаю, если честно. В прошлом мире мне были известны только базовые вещи, необходимые для выживания. Обезболивающие снадобья, бодрящая настойка, отвар против лихорадки и всё такое прочее.
Конечно, в мире Хаоса были настоящие мастера, которые даже здесь ценились бы высоко. Но в моей общине таких не наблюдалось, поэтому я пошёл по другому пути. Пути силы Источника, заклинаний и особенного дара. А когда встретился с первым таким мастером, было уже поздно.
Но в этом мире химия и алхимия были распространены и ценились высоко. И даже вот такие вот ребятишки‑шалопаи могли в этом деле оказаться не многим хуже некоторых заслуженных мастеров.
У алхимии было одно преимущество перед всеми остальными направлениями развития: она намного меньше зависела от ранга Источника, даже меньше, чем искусство заклинателя. По‑хорошему, химиком мог стать даже обычный человек. Даже не‑маг, в теории, мог бы разрабатывать самые совершенные препараты.
Но только разрабатывать, не более. Особо сложные препараты требовали вливания в ингредиенты и в готовящееся вещество собственной магии. Поэтому приготовить такое мог только маг высокого ранга, а таких алхимиков было немного. Но чаще магическая система требовалась просто для того, чтобы контролировать процесс и понимать, если что‑то пошло не так.
