– Оказывается? – нахмурилась Лена.

Но не успела задать ещё больше вопросов. Потому что я прыгнул дальше. И в следующий раз уже приземлился за рощей. До меня тут же донеслись крики, споры и ругань. Причём матерная во многом.

Эх, ещё мылом рты мыть… Ну, они сами напрашиваются!

– Слышь, ты! Вали нахрен отсюда! – рычал Влад Воробьёв.

– Чё тебе от нас надо, а⁈ – пыхтел раззадоренный Петя Валиков.

Но Данила лишь ухмылялся им в лицо и даже руки из карманов не вынимал.

– Вы, отщепенцы, реально думаете, что я так хочу попасть в ваш грёбаный класс? – огрызался пацан. – Хрен там! Будь моя воля, рож бы ваших не видел! Поняли⁈

Мои бесята единым, мать их, кулаком стояли напротив одного единственного Данилы Ермакова. Пацан держался хорошо, ничего не скажешь. Не боялся вообще.

Это вызывало вопросы, храбрый он или глупый. Скорее, и то и то понемногу.

Но при всём этом с виду казался угрожающе спокойным. Хотя внутри его Источник готовился вырваться наружу и раскидать моих бесят своей сумасшедшей магией.

Он будто ощетинился на весь мир своей необузданной и неуправляемой силой. Не подпускал никого и специально настраивал людей против себя.

Я не знаю, что именно с ним приключилось за последние пару лет. Но жизнь у пацана явно была не самая сладкая. Мне нужно сблизиться с ним, но осторожно. Иначе наткнусь на острейшие иголки.

И что мне с этим счастьем делать, блин⁈

В общем, я пока что решил затаиться и понаблюдать. Вмешиваться в ссору между подростками – это в принципе очень рисковое и опасное дело. Конфликт вмешательством взрослого не уладишь. Скорее, только усугубишь. Останется недоговорённость, которая укоренится и разрастётся в будущем.

Я не должен только допустить самого плохого.

Но вообще, Данила был не так уж неправ в своей уверенности, стоя против целого класса.

Саня уже получил первый ранг, а это значительно увеличивает возможности по сравнению со сверстниками. Потенциально он сейчас самый сильный в классе, особенно потому, что владеет сразу несколькими стихиями на вполне хорошем уровне.

Однако Данила тоже достиг этой планки. Причём значительно раньше. Не будь у него такой буйный дар и неконтролируемый Источник, можно было бы счесть за гения.

Но сейчас это скорее взрывоопасная смесь из обиды на весь мир, злости, отчаяния и страха это отчаяние показать кому‑либо.

Конечно, все вместе мои бесята сильнее, чем один Данила Ермаков. Но по одиночке никому с ним не справиться.

И дело даже не совсем в развитии Источника или силы магии. Данила… Он просто психологически более подготовлен к настоящему конфликту. К реальному столкновению. Это его очень сильное преимущество.

Вашу ж мать, и что мне с этим делать?

Тут из строя бесят выступил Андрей Самсонов. Парень был хмур, но уверен в собственном решении. На его лице всё ещё виднелись ссадины после прошлой встречи с новеньким.

Данила ему усмехнулся, высокомерно и издевательски.

– Хочешь ещё получить?

Андрей снова закипел, но тут к нему подошёл Тихомир.

– Слышь, бро, – прошептал самый спокойный из моих учеников. – Сергей Викторович же тебе сказал: ты сейчас слабее.

– Плевать, – процедил Самсонов. – Я не могу… Не могу так просто взять и оставить как есть!

– Понимаю, – терпеливо проговорил Тихомир. – Но послушай. Будь благоразумен…

Тут из строя бесят выступил Антон.

– Слышь, Свиридов, отвали! – огрызнулся Андрей. – Он мой!

– Слышь, Самсонов, – со стальным спокойствием ответил Антон. – У тебя уже был шанс надавать ему по мордасам. Теперь моя очередь, так что иди отдохни.

Ох ты ж бл!..

Антон, засранец ты этакий! Только не ты!!!

Они будто специально принимают самые хреновые решения! Он до сих пор не достиг первого ранга, потому что Пожиратель требует слишком много энергии и концентрации. Но Пожиратель сам по себе опасный дар. Выставлять его против дара Данилы – это всё равно что подкидывать динамит в бочку с порохом.

Расхреначит так, что потом не отделаемся!

Данила будто чувствовал всю опасность ситуации, но она его только будоражила и веселила. Пацан оскалился, раскинул руки и крикнул:

– Чё, девочки, хотите мне навалять, да не можете сами с собой договориться? Давайте, смелее! Хоть двое, хоть трое! Вы, слабаки, можете накинуться все вместе! Плевать, быстрее расправлюсь!

Он скалился со звериной злостью, даже с удовольствием, предвкушением от грядущего насилия. Он словно жаждал боли. Хотел её чувствовать и наносить.

Что же с тобой случилось, пацан…

– Только я потом за себя не отвечаю! Поняли⁈ – продолжал Данила. – Ну давайте, отщепенцы! Отбросы академии! Я знаю, как вас называют! Давайте, ну же! Смелее! Или ссыте⁈ Не только отщепенцы, но ещё и трусы!!!

– Агр‑р, заткнись! – крикнул Антон и тут же кинулся на Данилу с кулаками.

Остальные бесята не двинулись с места. Они очень хотели наказать засранца. Очень. Все их Источники сейчас полыхали, кипели, искрились, трещали, вились буйными вихрями.

Они злились, но всё же кое‑какие понимания справедливости у них имелись. Нападать всей гурьбой на одного человека никто не стал бы. Поэтому все наблюдали за дракой молча и хмуро.

Особенно Андрей. Он наблюдал, как Антон атакует Данилу куда эффективнее, чем он ранее. Это давило на парня, заставляло злиться ещё сильнее и сжимать кулаки до бела.

Думаю, Самсонова обучали некоторому благородству, спортивному уважению и справедливости. В принципе это было похоже на его отца, если я правильно понял этого человека за время нашего недолгого общения.

Только вот Антон рос совсем в другой среде. Его батя был замешан в каком‑то криминале. И, в отличие от Самсоновых, имел все средства, чтобы нанять для своего единственного, хоть и незаконнорождённого сына мастеров по боевому искусству.

Не спортивному, а боевому. Где правил действительно нет и все приёмы разрешены ради победы и выживания.

Поэтому парни начали очень равный размен. Чувствовались различия в школе, но то были лишь разные подходы.

А вот опыт – уже другое дело.

Данила явно был уличным бойцом, который учился сразу на практике. Нет какой‑то основательной техники, больше инстинктов, неожиданных и непривычных движений. Это сбивало Антона, который учил приёмы, но ни разу не применил их в реальной схватке с противником. С тем, кто хочет нанести настоящий урон. Сломать его.

Но Антон был неплохо подготовлен и держался.

Удар, апперкот, резкий удар локтем, бросок в ноги.

Но неудачный – только земля комьями взлетела. А колено Данилы едва не вмяло нос прямо в пазухи.

Затем ещё один короткий обмен, несколько попаданий в обе стороны…

И парни перешли на магию.

Основной стихией Данилы была молния. Он атаковал Антона сильным электрическим разрядом и уже думал, что на этом всё кончено. Но с удивлением обнаружил, что его собственная стихия вдруг пропала.

Антон поглотил её с помощью Пожирателя и высвободил энергию обратно. С удвоенной мощностью и злобным рыком, который смешался с треском молнии.

Бесята радостно загомонили. Полигон осветила яркая, но коротка вспышка.

Они были уверены, что их одноклассник победил выскочку‑новичка…

Но когда она исчезла, гул затих. Потому что Данила крепко стоял на ногах, а вокруг него искривлялось будто само пространство.

– Тоха, ты чего стоишь⁈ – кричал Саня. – Бей, он открыт!

Но Антон не мог даже пошевелиться. Он стиснул зубы, колени дрожали, а сверху будто навалили целый вагон мешков с углём.

Он выдержал всего пару секунд, а затем рухнул на землю со сдавленным хрипом.

Потому что Данила решил использовать свою настоящую силу – дар гравитации.

Таким даром обладал только его отец. Я не знал никого в обоих мирах, кто мог управлять такой могущественной силой.

И потому я вышел из укрытия и направился вглубь полигона. Придётся вмешаться, иначе ссора пересечёт грань обычной школьной драки и принесёт непоправимые последствия.