— Какую поганку?

— Лошадь. У Таси так кобылу зовут. Тебе Андрей разве не рассказывал?

Миша внимательно слушал, его лицо стало серьезным.

— Нет. Нам как-то особо не до разговоров было. Это точно был мужик?

— Точно.

— А он не мог подложить тебе… Кстати, что там было?

— Не знаю…

— Как это?

— Что-то в пакете. Наталья сказала не трогать руками и забрала с собой.

— Слушай, может, там у нее схрон какой-нибудь?

— Миша! — одернула его Забава.

— Ладно, ладно…

— Так странно… Почему этот мужик пришёл ко мне? Я же совсем недавно переехала.

— СНТ — как большая деревня, — вздохнул Миша. — Появление нового человека — событие. Все сразу начинают интересоваться: кто, откуда, чем таким занимается…

— Но Тася тоже недавно переехала! — возразила Забава.

— У Таси — муж, — мягко парировал он. — Большой, крепкий мужик, который всегда где-то рядом. А за тобой… за тобой подсматривать безопаснее. Подумали, наверное, раз на конюшне работаешь, значит, вечером в баню пойдешь обязательно. Здесь много ума не надо.

Холодная волна осознания прокатилась по коже. Миша был прав. Подсматривать за Тасей было бы делом неблагодарным. Того и гляди из кустов выскочит муж! За ней, одинокой женщиной, следить было куда безопаснее.

— И что теперь делать? — прошептала она, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

Миша внимательно посмотрел на нее.

— Теперь? Спать, — сказал он твердо. — Я вижу, ты моргаешь уже всё медленнее. Завтра утром поговорю с местными, с Андреем, с Васей. Устроим облаву, прочешем округу. Придумаем что-нибудь. Одна ты не останешься.

— Спасибо тебе, Миша. И за кран, и за поддержку.

— Ерунда, — отмахнулся он.

Забава погасила свет в гостевой комнате и утонула в прохладной тишине чужой постели. Мысли путались. Внезапно вспыхнул и завибрировал телефон. Забава схватила его — разбудить Михаила среди ночи не хотелось.

Посмотрела на экран и улыбнулась.

— Привет, доченька.

— Мам, я с папой говорила. Я всё знаю, — голос Оксаны звучал собранно, но Забава уловила в нем металлический отзвук негодования. — Ты правда сейчас на даче живешь?

— Да, зайчик, — тихо ответила Забава.

— Ты там совсем одна?

— Нет, не переживай. Тут… много хороших людей.

— Мам, как ты вообще? Тебе помощь нужна? Деньги?

— Ты себе помоги, родная, — перебила ее Забава, пытаясь отшутиться. — У тебя сессия на носу, невеста на выданье. Я-то уж как-нибудь сама.

— Мы с Игорем всё обсудили, — Оксана перешла в атаку, слышно было, что план выношен и утвержден. — На зимние каникулы приедем и сразу снимем трешку. В одной комнате ты, в другой — мы, а в третьей… его папа. Он сказал, что вы давние знакомые, — добавила она, и в ее голосе зазвучали нотки смущенного ожидания. — Он вообще хотел, знаешь, сюрпризом приехать. Но я подумала, что тебя лучше предупредить.

«Давние знакомые». Какая ёмкая, лживая фраза», — от одной мысли, что она окажется заперта с Олегом в одной квартире на все праздники, заставила её поёжиться.

— Оксан, давай не будем торопиться! — заговорила она, лихорадочно сочиняя отговорки. — Дом нельзя бросать на все каникулы, печку топить надо каждый день, иначе всё промерзнет. Да и я сейчас нашла тут подработку… долгая история. Нельзя всё так вот, сломя голову… Давай потом обсудим, ладно?

— Ладно, — нехотя сдалась дочь. — Мам, тебе привет от Игоря.

— И ему…

Попрощавшись с дочкой, она положила телефон на тумбочку и уставилась в потолок.

«Сюрприз, — с горьким, едким сарказмом подумала она. — Не надо мне таких сюрпризов».

Вдруг дверь в ее комнату тихонечко приоткрылась. Луч света протянулся по полу длинной прямой полосой.

Забава напряглась, но не шевелилась, делая вид, что спит.

Что-то запрыгнуло на кровать и… в ногах устроился Кусака.

Есть взгляды, которые чувствуешь спиной. А когда просыпаешься от такого в незнакомой комнате, всё внутри сжимается. Страшно пошевелиться. Страшно сделать вдох. Потому что в этой тишине за тобой кто-то есть.

Именно с этим ощущением Забава открыла глаза. Затаив дыхание, она лежала неподвижно, слушая гулкую тишину. Потом, собрав волю в кулак, резко перевернулась на другой бок.

В полумгле осеннего утра на полу сидел Кусака. Кот не мигал, его зелёные глаза были прикованы к ней. И в этой немой требовательности не было ничего потустороннего — лишь вечный, насущный вопрос всех одомашненных хищников.

«Голодный», — с облегчением подумала Забава, и напряжение разом схлынуло.

Она поднялась, на цыпочках вышла из комнаты и направилась на кухню, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Мишу. В холодильнике были яйца и вчерашние суши. Но для кота всё это не годилось. Она присела на корточки и начала рыться в шкафчиках в поисках кошачьего корма.

— Что ищешь? — раздался сонный голос за спиной.

Забава, неловко развернулась. В дверном проеме стоял Миша. На нем — футболка и шорты. Волосы взлохмачены.

«Вот что значит нет сорока, — подумала Забава. — Лёг позже, но никаких мешков под глазами и помятого лица». Она поправила волосы и тут же отдернула руку, чтобы ему не показалось, будто она тут заигрывает с ним.

— Кот… он, кажется, очень хочет есть, — объяснила смущенно.

Миша усмехнулся, прошел в угол и указал на полную миску.

— Стоит у него еда. Просто выделывается. Сама-то есть будешь?

Пока Забава наглаживала кота, Миша достал сковороду, разбил яйца. Через несколько минут они сидели за столом, завтракая горячей яичницей.

— По поводу вчерашнего мужика…, - начал Миша, отпивая кофе. — Днем он, скорее всего, не сунется. Я с Васей поговорю, ближе к вечеру придём к тебе. Ну… или я один приду.

— Лучше уж вы как-то вместе. Вдруг он буйный.

— Разберемся. Во сколько тебе на конюшню? Давай подвезу, мало ли?

— Ты же сам сказал, что сейчас он не сунется. Дойду, не переживай. Ты и так вчера весь день у меня с водой ковырялся, тебе, наверное, свои дела тоже нужно поделать.

— Ну смотри, — ответил Михаил, почесав пробивающуюся щетину на подбородке.

— И спасибо, что приехал вчера.

— Да не за что, — отмахнулся он. — Я вечно вытаскиваю девушек из беды.

«Но кони всё скачут и скачут, а избы горят и горят», — вспомнилось Забаве. — Только у Миши вместо тех и других сплошь дамы в беде. А он, выходит, рыцарь печального образа».

Позавтракав и ещё несколько раз поблагодарив за кран и за то, что примчался спасать посреди ночи, она пошла домой — нужно было переодеться в свою пропахшую конюшней рабочую одежду и начинать новый, обещавший быть неспокойным день.

Дорога до дома пролегала мимо соседских участков. Забава разглядывала установленные вразнобой заборчики. Вот этот ей нравился, вот тот был слишком высоким и глухим.

До дома оставалось всего ничего, когда из-за поворота вдруг вынырнула уже знакомая ей женщина. Она вела на поводке большую собаку. Забава подняла глаза с намордника на хозяйку. Их взгляды встретились на мгновение, и соседка демонстративно отвернулась, зло и неразборчиво прошипев что-то себе под нос.

Показалось даже, что произнесенное слово было на букву ш, означавшее ничто иное, как падшую женщину. Забава приостановилась. «Ну не бежать же теперь за ней, не переспрашивать: «Простите, что вы там сказали? Повторите, я не расслышала!» Она представила эту нелепую сцену погони и выяснения отношений и, уже отойдя подальше, позволила себе короткий, сдержанный смешок. В её жизни были дела поважнее, чем ввязываться в склоки с посторонними тётками.

«Деньги Наталье не перевела», — вспомнила Забава.

Достав телефон, открыла банковское приложение. Первое, что увидела, — свежее пополнение от Таси. Две тысячи рублей. Сердце на мгновение екнуло от радости — вот они, живые деньги! — но тут же сжалось от досады. Ведь она обещала отдать гадалке всё, что заработает за день.