10 Как вдруг я ощутил, что в очи мне Ударил новый блеск, струясь продольно, И удивился этой новизне. 13 Тогда ладони я поднес невольно К моим бровям, держа их козырьком, Чтобы от света не было так больно. 16 Как от воды иль зеркала углом Отходит луч в противном направленье, Причем с паденьем сходствует подъем, 19 И от отвеса, в равном отдаленье, Уклон такой же точно он дает, Что подтверждается при наблюденьи, 22 Так мне казалось, что в лицо мне бьет Сиянье отражаемого света, И взор мой сделал быстрый поворот. 25 «Скажи, отец возлюбленный, что это Так неотступно мне в глаза разит, Все надвигаясь?» — я спросил поэта. 28 «Не диво, что тебя еще слепит Семья небес, [749]— сказал он. — К нам, в сиянье, Идет посол — сказать, что путь открыт. 31 Но скоро в тяжком для тебя сверканье Твои глаза отраду обретут, Насколько услаждаться в состоянье». 34 Когда мы подошли: «Ступени тут, — Сказал, ликуя, вестник благодати, — И здесь подъем гораздо меньше крут». 37 Уже мы подымались, и «Beati Misericordes!» [750]пелось нам вослед И «Радуйся, громящий вражьи рати!» 40 Мы шли все выше, я и мой поэт, Совсем одни; и я хотел, шагая, Услышать наставительный ответ; 43 И так ему промолвил, вопрошая: «Что тот слепой романец разумел, О «доступе другим» упоминая?» 46 И вождь: «Познав, какой грозит удел Позарившимся на чужие крохи, Он вас от слез предостеречь хотел. 49 Богатства, вас влекущие, тем плохи, Что, чем вас больше, тем скуднее часть, И зависть мехом раздувает вздохи. 52 А если бы вы устремляли страсть К верховной сфере, [751]беспокойство ваше Должно бы неминуемо отпасть. 55 Ведь там — чем больше говорящих «наше», Тем большей долей каждый наделен, И тем любовь горит светлей и краше». 58 «Теперь я даже меньше утолен, — Ответил я ему, — чем был сначала, И бóльшими сомненьями смущен. 61 Ведь если достоянье общим стало И совладельцев много, почему Они богаче, чем когда их мало?» 64 И он в ответ: «Ты снова дал уму Отвлечься в сторону земного дела И вместо света почерпаешь тьму. 67 Как луч бежит на световое тело, [752]Так нескончаемая благодать Спешит к любви из горнего предела, 70 Даря ей то, что та способна взять; И чем сильнее пыл, в душе зажженный, Тем большей славой ей дано сиять. 73 Чем больше сонм, любовью озаренный, Тем больше в нем благой любви горит, Как в зеркалах взаимно отраженной. 76 Когда моим ответом ты не сыт, То Беатриче все твои томленья, И это и другие, утолит. 79 Стремись быстрей достигнуть исцеленья Пяти рубцов, как истребились два, Изглаженные силой сокрушенья». 82 «Ты мне даруешь…» — начал я едва, Как следующий круг возник пред нами, И жадный взор мой оттеснил слова. 85 И вдруг я словно был восхищен снами, Как если бы восторг меня увлек, И я увидел сборище во храме; 88 И женщина, переступив порог, С заботой материнской говорила: «Зачем ты это сделал нам, сынок? 91 Отцу и мне так беспокойно было Тебя искать!» Так молвила она, И первое видение уплыло. [753] вернуться «Beati misericordes!» (лат.)— «Блаженны милостивые». вернуться К верховной сфере— к Эмпирею, высшему из небес, обители божества. вернуться Световое тело— то есть тело, способное воспринимать световые лучи. вернуться Мария, найдя через три дня своего пропавшего сына, двенадцатилетнего Иисуса, беседующего во храме с учителем, говорит ему кроткие слова (Евангелие). |
