19 И кто култыгу, кто разруб кровавый Казать бы стал, — их превзойдет в сто крат Девятый ров чудовищной расправой. 22 Не так дыряв, утратив дно, ушат, Как здесь нутро у одного зияло От самых губ дотуда, где смердят: 25 Копна кишок между колен свисала, Виднелось сердце с мерзостной мошной, Где съеденное переходит в кало. 28 Несчастный, взглядом встретившись со мной, Разверз руками грудь, от крови влажен, И молвил так: «Смотри на образ мой! 31 Смотри, как Магомет [410]обезображен! Передо мной, стеня, идет Али, Ему весь череп надвое рассажен. [411] 34 И все, кто здесь, и рядом, и вдали, — Виновны были в распрях и раздорах Среди живых, и вот их рассекли. 37 Там сзади дьявол, с яростью во взорах, Калечит нас и не дает пройти, Кладя под лезвие все тот же ворох 40 На повороте скорбного пути; Затем что раны, прежде чем мы снова К нему дойдем, успеют зарасти. 43 А ты, что с гребня смотришь так сурово, Ты кто? Иль медлишь и страшишься дна, Где мука для повинного готова?» 46 Вождь молвил: «Он не мертв, и не вина Ведет его подземною тропою; Но чтоб он мог изведать все сполна, 49 Мне, мертвому, назначено судьбою Вести его сквозь Ад из круга в круг; И это — так, как я — перед тобою». 52 Их больше ста остановилось вдруг, Услышав это, и с недвижным взглядом Дивилось мне, своих не помня мук. 55 «Скажи Дольчино [412], если вслед за Адом Увидишь солнце: пусть снабдится он, Когда не жаждет быть со мною рядом, 58 Припасами, чтоб снеговой заслон Не подоспел новарцам на подмогу; Тогда нескоро будет побежден». 61 Так молвил Магомет, когда он ногу Уже приподнял, чтоб идти; потом Ее простер и двинулся в дорогу. 64 Другой, с насквозь пронзенным кадыком, Без носа, отсеченного по брови, И одноухий, на пути своем 67 Остановясь при небывалом слове, Всех прежде растворил гортань, извне Багровую от выступавшей крови, 70 И молвил: «Ты, безвинный, если мне Не лжет подобьем внешняя личина, Тебя я знал в латинской стороне; 73 И ты припомни Пьер да Медичина, [413]Там, где от стен Верчелли вьет межи До Маркабо отрадная равнина, [414] 76 И так мессеру Гвидо расскажи И Анджолелло, лучшим людям Фано, Что, если здесь в провиденье нет лжи, 79 Их с корабля наемники обмана Столкнут вблизи Каттолики в бурун, По вероломству злобного тирана. 82 От Кипра до Майорки, сколько лун Ни буйствуют пираты или греки, Черней злодейства не видал Нептун. 85 Обоих кривоглазый изверг некий, Владетель мест, которых мой сосед Хотел бы лучше не видать вовеки, [415] 88 К себе заманит как бы для бесед; Но у Фокары им уже ненужны Окажутся молитва и обет». [416] 91 И я на это: «Чтобы в мир наружный Весть о тебе я подал тем, кто жив, Скажи: чьи это очи так недужны?» 94 Тогда, на челюсть руку положив Товарищу, он рот ему раздвинул, Вскричав: «Вот он; теперь он молчалив. вернуться Магомет(ок. 570–632) — основатель ислама, новой религии, появившейся после христианства и тем самым, в глазах правоверного католика, внесшей в мир новый раскол. вернуться Али— зять Магомета, убитый в 661 г. ударом сабли по черепу. Его почитатели (шииты) образовали со временем особую секту. Рассматривая Али как создателя раскола уже в самом исламе, Данте изображает его и в Аду с рассеченной головой. вернуться ДольчиноТорниелли из города Новары (в Пьемонте) — глава еретической секты «апостольских братьев», проповедывавшей братскую любовь и бедность, общность имущества и скорое пришествие царства истинной справедливости. Чтобы подавить это движение, враждебное феодальному строю и официальной церкви и охватившее широкие крестьянские круги, папа Климент V объявил против него крестовый поход. Дольчино стойко отбивался в неприступных горах от папских войск, состоявших главным образом из жителей Верчелли и Новары(ст. 59), но полное истощение припасов и суровость зимы принудили его к сдаче в марте 1307 г. После страшных истязаний он был сожжен на костре. Магомет желает успеха Дольчино, считая его таким же вождем раскола, как и он. вернуться Пьер да Медичина— представитель рода, владевшего городом Медичина, к востоку от Болоньи, прославил себя как зачинщик раздоров среди влиятельных болонских домов и среди романских феодалов. вернуться От стен Верчелли, города в Пьемонте, до Маркабó, замка в устье По, разрушенного в начале XIV в., лежит равнинаЛомбардии, родина Пьера да Медичина. вернуться Владетель мест, которых мой сосед хотел бы лучше не видать вовеки— то есть Малатестино, владетель Римини, где римлянин Курион (см. ст. 96-102 и прим.), стоящий тут же рядом, когда-то произнес роковые слова, за которые теперь расплачивается в Аду. вернуться Пьер да Медичина предсказывает, что мессер Гвидодель Кассеро и Анджолеллода Кариньяно, наиболее влиятельные люди города Фано(на Адриатическом море, южнее Римини), погибнут по вероломству злобного тирана, Малатестино Одноглазого, синьора Римини (см. прим. А., XXVII, 46). Этот кривоглазый извергпригласит их якобы для переговоров в прибрежный городок Каттолику, между Фано и Римини, и на пути туда его наемникисбросят их с корабля, так что им уже не нужно будет творить молитвы и обетыу грозной своими ветрами горы Фокары, ибо они до нее не доплывут. Устранив мессера Гвидо и Анджолелло, Малатестино захватил власть над Фано. |
