С тебя довольно; землю бей стопами! Взор обрати к вабилу [808], что кружит Предвечный царь огромными кругами!» 64 Как сокол долго под ноги глядит, Потом, услышав оклик, встрепенется И тянется туда, где будет сыт, 67 Так сделал я; и так, пока сечется Ведущей вверх тропой громада скал, Всходил к уступу, где дорога вьется. 70 Вступая в пятый круг, я увидал Народ, который, двинуться не смея, Лицом к земле поверженный, рыдал. 73 «Adhaesit pavimento anima mea!» [809]— Услышал я повсюду скорбный звук, Едва слова сквозь вздохи разумея. 76 «Избранники, чье облегченье мук — И в правде, и в надежде, укажите, Как нам подняться в следующий круг!» 79 «Когда вы здесь меж нами не лежите, То, чтобы путь туда найти верней, Кнаруже правое плечо держите». 82 Так молвил вождь, и так среди теней Ему ответили; а кто ответил, Мой слух мне указал всего точней. 85 Я взор наставника глазами встретил; И он позволил, сделав бодрый знак, То, что в просящем облике заметил. 88 Тогда, во всем свободный, я мой шаг Направил ближе к месту, где скорбело Созданье это, и промолвил так: 91 «Дух, льющий слезы, чтобы в них созрело То, без чего возврата к богу нет, Скажи, прервав твое святое дело: 94 Кем был ты; [810]почему у вас хребет Вверх обращен; и чем могу хоть мало Тебе помочь, живым покинув свет?» 97 «Зачем нас небо так ничком прижало, Ты будешь знать; но раньше scias quod Fui successor Petri, [811]— тень сказала. — 100 Меж Кьявери и Сьестри воды льет Большой поток, и с ним одноименный Высокий титул отличил мой род. [812] 103 Я свыше месяца влачил, согбенный, Блюдя от грязи, мантию Петра; Пред ней — как пух все тяжести вселенной. 106 Увы, я поздно стал на путь добра! Но я познал, уже как пастырь Рима, Что жизнь земная — лживая мара. 109 Душа, я видел, как и встарь томима, А выше стать в той жизни я не мог, — И этой восхотел неудержимо. 112 До той поры я жалок и далек От бога был, неизмеримо жадный, И казнь, как видишь, на себя навлек. 115 Здесь явлен образ жадности наглядный Вот в этих душах, что окрест лежат; На всей горе нет муки столь нещадной. 118 Как там подняться не хотел наш взгляд К высотам, устремляемый к земному, Так здесь возмездьем он к земле прижат. 121 Как жадность там порыв любви к благому Гасила в нас и не влекла к делам, [813]Так здесь возмездье, хоть и по-иному, 124 Стопы и руки связывает нам, И мы простерты будем без движенья, Пока угодно правым небесам». 127 Став на колени из благоговенья, Я начал речь, но и по слуху он Заметил этот признак уваженья 130 И молвил: «Почему ты так склонен?» И я в ответ: «Таков ваш сан великий, Что совестью я, стоя, уязвлен». 133 «Брат, встань! — ответил этот дух безликий. — Ошибся ты: со всеми и с тобой Я сослужитель одного владыки. 136 Тому, кто звук Евангелья святой, Гласящий «Neque nubent», [814]разумеет, Понятно будет сказанное мной. вернуться «Adhaesit pavimento anima meal» (лат.)— «Прилипла к праху душа моя». вернуться Кем был ты — Это кардинал Оттобуоно Фьески, граф Лаванья, вступивший в 1276 г. на папский престол под именем Адриана V. Он умер через тридцать восемь дней после избрания. вернуться «Scias guod fui successor Petri» (лат.)— «Знай, что я был преемником Петра», то есть римским папой. вернуться Меж Кьявери и Сьестри, двумя городками на берегу Генуэзского залива, впадает в море «большой поток»Лаванья и расположен город того же имени. Отсюда и титул говорящего. вернуться Не влекла к делам— то есть к добрым делам. вернуться «Neque nubent» (лат.)— «ни женятся». Адриан хочет сказать, что он больше не «супруг церкви», не римский папа. |
