– Я бы с удовольствием, но у нас новый труп, и я в полной заднице. Пришли распечатки по Стивену, я их отдал Роберту, потому что просто ничего не успеваю.

– Верю, но, думаю, камеры нам ничего не дадут, так же как телефон и компьютер жертвы. Мне кажется, я кое-что понял. Думаю, ответ может быть в одном из имен.

Том оторвался от экрана и посмотрел на Алена замученным взглядом.

– Давай я отдам стажеру, ты не против? Пусть нароет все, что есть.

– Спасибо, отлично.

– А что ты понял? – Том взял банку энергетика, но она оказалась пуста.

– Это все декорации. Они не важны.

– Ты про что? – нахмурился тот.

– Да про все. Но я расскажу на брифинге, чтобы не повторяться.

– Лады, – ответил Том и вновь уткнулся в экран.

Все собрались в переговорке, Хас был бледный, Роберт, как и Ален, оброс трехдневной щетиной, а Том стал похож на зомби. Ида выглядела приличнее всех, но, скорее всего, следы бессонных ночей она прятала косметикой. И только Чак пылал здоровьем. Расмус посмотрел на него, и внутри все сжалось. Ему хотелось врезать ему по розовому оплывшему лицу и стереть наконец его ухмылку.

Тилинг рассказал, что удалось обнаружить. Собаки вывели к дороге в лесу, но там потеряли след. Видимо, убийцу кто-то подобрал. И это подтверждало версию о сообщнике. В доме сняли отпечатки, собрали с пола образцы и отправили все на анализы. Ида опросила дочь жертвы, но та ничего не знала. Хас сказал, чтобы Чак поехал в приют и опросил коллег.

Когда общая сводка по делам была завершена, Тилинг добавил в таблицу на доске еще один столбец и начал сопоставлять детали. Но Ален его прервал:

– Хас, я считаю, что это все не имеет особого смысла. Это мишура, которой он замаскировал свою основную цель.

– Да? – удивился Тилинг. – И какая же у него цель?

– Он хочет найти Стоун.

– Но она считается мертвой. – Хас выставил руку, останавливая возражение Алена. – Хотя тело и не было найдено.

– Для всех, но не для него. Он считает, что она жива.

– А ты как считаешь? – тут же спросил Тилинг и пронзил Алена взглядом.

Расмус запнулся буквально на долю секунды, но тут же произнес:

– Пока у нас нет доказательств иного, я придерживаюсь официальной версии.

– Но убийца нет, – хмыкнула Ида.

– Нет. Он уверен, что она жива.

– И откуда такие выводы? – Хас отложил маркер и сцепил руки в замок.

– Он меняет почерк, подстраивается под обстоятельства, для него не важно ни время убийств, ни способ, ни место.

– Зачем тогда это все? – Ида всплеснула руками.

– Чтобы привлечь внимание и выманить ее.

– Пока это у него не очень выходит. Тем более Стоун была мстителем по другим делам. – Ида сидела вполоборота к Расмусу и устало положила голову на руку.

– Да. Но ему не нужна ее ненависть, он жаждет признания. Он мстит за нее и для нее. Нам нужно было сосредоточиться на смерти Короты, – пытался объяснить Ален. – В нем вся суть того, что он делает.

Чак усмехнулся:

– Бред собачий. Я вообще считаю, что смерть старика не стоило приобщать к нашему делу.

– Бред собачий – это то, что ты до сих пор работаешь в управлении, – взвился Ален и сделал шаг к Чаку.

Нервы натянулись, ему хотелось выплеснуть все, что он чувствовал, здесь и сейчас. Расмус ждал, что Чак ему ответит, но тот словно понял смысл его слов и только через мгновение очнулся. Но уже вмешался Хас.

– Хватит! Оба. У нас нет времени на распри еще и внутри команды. Мы и так провалили все что могли. Да, Расмус?

– Да, – ответил тот и тряхнул головой.

– У тебя есть подозрения?

– Нет, но у меня есть имена тех, кто общался со Стоун.

– И откуда у тебя они? – спросила Ида, расплываясь в улыбке.

– Я покопался в своих записях и воспоминаниях.

– Да? Интересно, когда это вы с ней и ее бывших любовников успели обсудить?

Ален не обратил внимания и продолжил:

– Я попросил пробить их, и как мне дадут номера, то всех найду и опрошу.

– Хорошо. Пусть Роберт поможет тебе, а мы будем проверять другие версии, которые отрабатывали все это время. Ида, пообщайся с детективом, который вел дело Короты.

– Я с ним уже говорил, – вставил Ален.

– А теперь с ним поговорит Ида. Ты мог что-то упустить, – с нажимом сказал Хас. – Роберт, ты что-то нашел в переписке Жуковича?

– Да. Как мы и предполагали, в вечер смерти он получил сообщение: «У меня есть информация об убийце Якоба Скара. Приходи в 21:50 вечера к третьему входу в парк „Голубые озера“. Цена: две тысячи. Если не придешь, отдам материал другому». В подтверждение своих слов он прислал фото.

Роберт прикрепил на доску распечатанный снимок. Он был сделан издалека, но при помощи приближения. На нем было видно окно дома Скара, за стеклом которого в кресле сидел Якоб, и его рубашка уже промокла от крови.

– Жукович попытался позвонить по номеру, но телефон был уже отключен. Владелец телефона – Аманда Фулер, любовница Грамберга. Ее телефон появился в сети буквально на несколько минут, а потом снова его вырубили.

– Почему ее номер не заблокировали? – удивился Хас.

– Не успели. Обычно это занимает около десяти дней. Я звонил Аманде, она сказала, что только пару дней назад смогла выбраться в телефонную компанию. Для этого нужно написать заявление лично в их офисе.

– Ясно.

– А вам не кажется странным название парка в сообщении? – произнесла Ида. – Все местные называют его «Небесный», зачем эта формальность?

– Если только он не местный. Хорошее замечание, Ида, – похвалил ее Тилинг.

– Или он намеренно это сделал, – выдал Чак. – Чтобы пустить нас по ложному следу.

– Тоже возможно. Но когда пытаешься запутать остальных…

– Можешь запутаться и сам, – произнес Ален и добавил: – Посмотрите на шторы в кабинете Якоба. На снимках с места преступления они были задернуты. Да и я помню: Скар всегда закрывал окно в кабинете.

– Тогда убийца открыл их, чтобы его соучастник сделал снимок, а потом вновь закрыл, – размышляла Ида. – Но зачем?

– Чтобы выманить журналиста, – сказал Роберт.

– Том, мы сможем прикинуть, откуда был сделан снимок?

– Да, отдам ребятам. Сам не успеваю.

– Подключай всех, я тебе это сказал еще с самого начала. Трупы от бессонницы мне в команде не нужны, в отличие от результатов. И пусть поторопятся. А отследить, где был телефон Аманды, когда пришло сообщение, мы можем?

– Я уже. Но смог определил только район. Центральный. Сигнал прошел через вышку, что милях в десяти от нас. Но более точно отследить не получилось.

– Ясно.

Телефон Тилинга зазвонил, и он тут же ответил.

– Да? Отлично, везите его в управление. Взяли Мирнера, того, что убил подельника. Скоро он будет у нас.

– Я могу его допросить, – предложил Чак.

– Мы с Идой этим займемся, – ответил ему Хас, и Ален заметил, как Брэйв напрягся. – А теперь за работу. У нас не осталось ни времени, ни права на ошибку. Мы не знаем, когда он нанесет очередной удар, но это явно будет очень скоро. И мы обязаны его остановить.

Ален вернулся к своему столу, где его ждала розовощекая девушка с рыжими волосами.

– Меня ждешь? – спросил Ален.

– Да. Я Лиза, стажер, Том мне скинул список из имен, и я всех пробила.

– Быстро. Что нашла?

Лиза положила на стол распечатанные листы.

– Здесь имена, номера телефонов, места жительства и работы. Плюс я поюзала про их прошлое и были ли у них приводы и правонарушения.

– И?

– Мелкие правонарушения у троих, но в основном неоплаченная парковка, превышение скорости, у одного вождение в нетрезвом виде, но сто лет назад, еще в университетские годы.

– Отпечатки кого-то из них есть в базе?

– Только одного, – она показала странный жест, который Расмус бы не понял, если бы до этого она не рассказала про пьяное вождение.

– Спасибо, – ответил Ален и придвинул к себе листы, но девушка почему-то не уходила.

– Что-то еще? – непонимающе спросил он.