– Вы сумасшедший. Вы просто сумасшедший! Как вы могли хоть на секунду подумать, что я буду сотрудничать с убийцей?

– Однако вам надо будет свыкнуться с этой мыслью.

– А если нет? Меня тоже найдут мертвой? Но тогда вам больше некому будет угрожать. После меня уже ничего нет – во всяком случае, вам туда не дотянуться.

Она дышала ровно. В безопасности – в своем кабинете, расположенном в здании мэрии, в центре коммуны – она обрела каплю мужества. Или неосмотрительности.

– Я вас не боюсь.

Еще несколько минут после того, как она дала отбой, ее рука дрожала. Только что Королева отказалась от союза в условиях, когда союз был бы ей благоприятен.

Несмотря на свой отказ, она принялась размышлять.

Незадолго до десяти утра Кост вошел в вестибюль клиники доктора Маркана, круглого здания с огромным частным садом в центре – как двухэтажный пончик. Если учесть стоимость квадратного метра в Париже и особенно в Восьмом округе, такое количество зеленых насаждений для небольшой группы избранных богатеньких клиентов граничило с непристойностью.

За сверкающей стойкой из нержавеющей стали, не снимая с лица застывшей улыбки, сидела, как прикованная, великолепная секретарша в голубом халате с вышитым на кармашке именем. В метре от нее сидела точно такая же. Над каждой из них светился гигантский телеэкран, где на повторе демонстрировался рекламный ролик о клинике «Альседония» и услугах, которые в ней предлагаются. Здесь же прохаживалось несколько пациентов в халатах, некоторые из них разговаривали между собой, при этом никто не выглядел всерьез больным. Если добавить сюда приглушенную фоновую музыку, заведение вполне могло бы сойти за модный спа-салон.

Одна из барышень в голубом халате и с застывшей улыбкой ожила и развела руки, словно представляя Косту заведение:

– Добро пожаловать, месье. Чем я могу вам помочь?

Кост сунул ей под нос свою сине-бело-красную карту:

– Уголовная полиция департамента. Я пришел увидеться с доктором Марканом.

Личико девушки моментально омрачилось. Обеспокоенным настойчивым взглядом она послала своего клона на поиски босса. Кост воспользовался этим, чтобы осмотреться, прогулялся по коридору и вдоль раздвижных стеклянных дверей, за которыми открывался умиротворяющий вид на внутренний сад. За спиной Коста, метрах в десяти от него, открылись двери лифта, и оттуда в сопровождении медсестры вышел мужчина в белом халате. Продолжая разговор, эти двое отошли в сторонку. На каждую фразу доктора девушка отвечала смешком – слишком простодушным, явно неискренним. Озорно покосившись на доктора, она схватила блокнот и что-то торопливо в нем нацарапала. Вырвав страничку, сложила ее вчетверо и сунула доктору в карман. Доктор… Есть профессии, которые симпатичны женщинам. Как парни, играющие на гитаре на пляже. Они всегда имеют больше успеха. А вот в профессии Коста девушки в основном появляются помятые, заплаканные или мертвые. Все куда сложнее.

Идиллию нарушила подошедшая девушка из приемной. Склонившись к уху начальника, она прошептала всего одну фразу; взгляды всех троих сразу же обратились к флику. Доктор чересчур поспешно сделал шаг назад, предприимчивая медсестра убрала блокнот и, опустив голову, удалилась. Двое мужчин совместными усилиями преодолели разделяющие их несколько метров.

– Доктор Маркан?

– Капитан Кост?

– Надеюсь, я вас не отвлекаю?

– Ни в коем случае, – возразил эскулап, которому явно было не по себе. – Я вас ждал. Леа объяснила мне ситуацию.

В кабинете Кост пригляделся к своему возможному тестю. Идеально постриженные седые волосы, маникюр, авторучка «Монблан». Увешанная дипломами стена, на письменном столе матового стекла лицемерная семейная фотография, где Леа, едва ли лет восемнадцати, с самым счастливым видом повисла у него на руке. У Коста защемило сердце.

– Это так непривычно, что я могу чем-то помочь силам правопорядка.

– Понимаю. Просьба довольно необычная. Мы пытаемся защитить свидетеля. Я вынужден отступить от правил и хотел бы, чтобы это осталось между нами. Думаю, вы можете понять.

Послание было весьма красноречивым.

– Вы уверены, что мы ничем не рискуем?

– Если вы не зарегистрируете этого господина под настоящим именем, не вижу, что плохого может произойти.

– Превосходно. Я уже распорядился приготовить для него тихую палату на целую неделю, пойдет?

– Безопасней на две – на время нашего расследования.

Отказать было нелегко, Маркан согласился, и двое мужчин обменялись рукопожатием.

– С вашего позволения, дальше всем займутся наши хостес.

Вернувшись в холл, Кост заметил Сэма и Жака во власти того кратковременного восхищения, которое производит роскошь.

– Расставаться с Леа не в твоих интересах, Виктор. Когда у тебя такие тесть с тещей…

Он обернулся к старику, все колебания которого только что были сметены улыбкой медсестры.

– Вдобавок ко всему персонал выглядит очаровательно. Тебе будет здесь хорошо, мой Жак. Good bye[79], Мальсени. Смотри, здесь даже свой собственный лес!

– Ты будешь меня навещать, Сэм?

– Знаешь, главное – конфиденциальность. Это период, когда самое лучшее – залечь на дно. С другой стороны… – Сэм вынул из рюкзака мобильный телефон, явно новый. – Я тебе подключил мобильный интернет, карта предоплачена. В адресную книжку вписал свой номер и номер моего начальника на всякий случай. Не беспокойся. Только взгляни на этот рай. Через десять минут ты про меня уже и не вспомнишь.

Жак порылся во внутреннем кармане темно-синего пальто и протянул ему книгу, уже прочитанную, судя по загнутым страницам, сотни раз. «Над пропастью во ржи».

– Это моя любимая книга. Думаю, ты отчасти увидишь в ней себя.

По дороге к машине, припаркованной у входа в клинику, Кост поневоле отметил, что коллега расстроен.

– Ты к нему привязался, да?

Сэм был сиротой. Никакой драмы в этом не было. Ну, теперь не было. Как ни посмотри, каждому выпадает своя доля несчастий, а при такой работе им доставались и чужие, что позволяло эмоционально отстраняться. Пафосу тут не место.

– Да нормально. Я не перенес на него чувства к отцу. Спасибо, что беспокоишься. Кстати, о семье. Как тебе тесть?

– Не обделен женским вниманием.

– Ах ты ж блин.

Загорелся красный свет, они остановились, и Сэм включил радио – круглосуточный канал новостей. Министр внутренних дел заканчивал свою речь: «Результаты – вот наш курс!» Затем диктор рассказал об удивительном обнаружении значительного количества наркотиков, которые доставили в полицейский участок Мальсени, будто вещь в бюро находок.

Сэм ухмыльнулся:

– Прикольно, обо мне говорят! Во всяком случае, журналисты действуют быстро.

– Это не они действуют быстро, это наши коллеги, которые быстро выхватывают мобильники. По двести долларов за горячую новость; каждая редакция поддерживает контакт с полицейскими участками. Первыми осведомителями журналистов становятся флики.

Сэм счел, что более подходящего момента не представится.

– Кстати, как раз об этом. Загляни в бардачок.

Зная, как работает крышка, Кост слегка ее пнул, и бардачок открылся. Явив взору добрый килограмм смолы каннабиса.

– Может, объяснишь?

– У чемодана сломался замок, это вывалилось в багажник. Я только потом заметил.

Объяснение, похоже, устроило начальника, который ограничился лаконичным «о’кей».

– На этом всё?

– Украл, не украл – ты же вернул. На этом всё.

– В любом случае я завязал.

– Когда?

– В два часа ночи. И, честное слово, это выпало из чемодана.

Когда до участка оставалось всего километров десять, мобильник Коста завибрировал. Сообщение от Ронана.