— Будет ли достаточно на несколько минут заглушить в «Джунглях» частоту мобильных телефонов? — спросил он.

— Вполне, для того чтобы он слинял, — подтвердил Парис. — Но нам крупно повезло, что он от нас ускользает. Вам известно, что девять слежек из десяти заканчиваются словами: «Увы, мы его потеряли». Особенно с подобными клиентами.

— Единственное, что для нас важно, — ответил Тулуз, приблизившись к экрану, — это заставить его отойти подальше от лагеря и подальше от дежурных рот безопасности.

— И что вы предполагаете делать потом?

— Ad augusta per angusta. К великим победам узкими тропами. Таков один из наших девизов.

— Президент дал согласие?

— Час назад. За дело берется внешняя разведка[215].

Промышленная зона Дюны

22:30

Спустя четыре с половиной часа

Параллельная ведущей в «Джунгли» улица Гравлин шла вдоль густого леса, пересеченного тропами. Седан темно-синего, почти черного, цвета свернул на одну из них, проехал по слою сломанных веток и сухих листьев метров двадцать в чащу, скрывшись от посторонних глаз. Водитель заглушил двигатель, сидевший на заднем сиденье пассажир открыл водонепроницаемый чемоданчик из нержавейки размером с канистру и стал ждать приказаний.

С первых же выходов на связь Мерль указал на плане лагеря беженцев точное расположение салафитской мечети. Шофер использовал эти сведения, чтобы проверить ее местонахождение по GPS.

— Цель в четырехстах восьмидесяти метрах.

— Я отрегулирую дальность, — ответил профессионал.

Звучащий по-военному голос в наушнике проинформировал их о прибытии двух бригад быстрого реагирования и дал им зеленый свет. Пассажир с заднего сиденья настроил передатчик волновых помех по технологии радиосинхронизации «Multiband» и перевел его в рабочий режим, повернув центральный ключ приборной доски.

— Помехи запущены, — доложил специалист. — Активны только частоты нашей связи.

Прямо посреди Иша — ночной четырехкратной мусульманской молитвы — Фантома прервал один из его верзил. Чтобы его потревожили в такой момент, требовался очень серьезный повод, поэтому, прежде чем закусить удила, он, с мрачным видом, предпочел выслушать. Телохранитель прошептал ему на ухо:

— Телефонная связь пропала.

Фантом поднялся, вышел из молельной комнаты и удалился в глубину палатки.

— А Интернет? — с тревогой спросил он.

— Нет соединения. Я позвал вашего водителя, он ждет у входа в «Джунгли». Надо как можно скорее уходить, ваши вещи собраны.

Фантома эскортировали к выходу из «Джунглей». В нескольких метрах от фургонов рот безопасности он сообщил телохранителю, что остаток пути проделает в одиночку. И пошел по дороге, где обнаружил поджидавший его в темноте с погашенными фарами старый «форд» с включенным двигателем.

— Выезжаем из зоны. Зажжешь фары на въезде в город, — приказал Фантом.

Водитель потихоньку тронулся с места, зажав оружие между бедрами, чтобы было под рукой. Пошарив под сиденьем, он протянул пассажиру пистолет, и тот в несколько щелчков быстро убедился, что он заряжен.

Когда уже собирались покинуть ведущую в «Джунгли» дорогу и свернуть влево, на улицу Гравлин, которая шла к центру Кале, одновременно лопнули все четыре покрышки, пробитые гвоздями, и автомобиль пошел юзом. Водитель быстро справился с вызванным проколами вихлянием, в конце концов начисто стер тормозные колодки и резко затормозил. Спустя мгновение оба уже держали в руках оружие и, сдерживая дыхание, прощупывали взглядом окрестности.

По обе стороны от автомобиля, освещая тьму, раз десять вспыхнули искорки. Звук выстрелов, ослабленный надетыми на стволы глушителями, казался не громче того, что издают пробки, вылетающие из бутылок шампанского. Бамперы и передние стекла взлетели на воздух, водитель и пассажир были убиты на месте.

Возле «форда» остановился пикап, из него через уже открытую боковую раздвижную дверь вышли четверо мужчин. Один из них, не церемонясь, повернул голову Фантома и сделал фотографию, которую незамедлительно переслал в командный центр. А меньше чем через десять секунд уже получил подтверждение совпадения более девяноста процентов черт.

Трупы вытащили из «форда» и погрузили в пикап, пол в котором был покрыт плотным плаcтиком. Из леса по одной из грунтовых дорожек, параллельных улице Гравлин, выехал автомобиль с подъемником, вроде тех, что отвозят машины на штрафстоянки, и в рекордно короткое время принял на борт старый «форд».

Операция заняла ровно три минуты и двадцать секунд.

В оперативном штабе внутренней безопасности, как и в небольшом гостиничном номере майора Париса, за операцией следили в реальном времени по безопасному каналу через нательные камеры агентов контрразведки.

Едва цель была уничтожена, на экране компьютера Париса вновь возник оперштаб и довольное лицо комиссара Тулуза. В отличие от майора.

— Больше года наблюдения, чтобы закончить целенаправленным убийством, — сокрушался Парис.

— Мы действуем в интересах нации. Это представлялось наилучшим решением. Или наименее худшим.

— Они наймут нового вербовщика, и все надо будет начинать сначала, — заметил Парис.

— Не так все просто. Довольно сложно найти человека его уровня. Мы сорвали не следующее убийство, а все потенциальные террористические атаки, подстрекателем которых он мог стать.

— Вам известно, что вся моя бригада была в курсе этого наблюдения? Они удивятся, почему все вдруг прекратилось. Многих придется заставить замолчать. Я даже удивлен, что Плюшевый Мишка[216] дал согласие. Как бы там ни было, придется быть сдержанными.

— Чего вы опасаетесь, Парис? Что президент может похвастаться этим в своей книге?[217]

С рассвета над Кале сыпал мелкий непрерывный дождь. Капли извилистыми ручейками стекали по стеклу широкого окна кабинета комиссара Дорсэ, отчего создавалось впечатление, будто город снаружи постепенно тает. Стоящий перед начальством молодой лейтенант Миллер все еще пребывал под впечатлением от известия.

— Но были даны обещания, — сбитый с толку, прошептал он.

— Кому? Вам?

— Разумеется, нет. Саркису.

— Вашему сирийскому протеже? Как бы их не называли, осведомитель или источник, первое правило — никогда к ним не привязываться. Вы ведь из судебной полиции, вам ли не знать? В любой день они могут стать необходимым предохранителем, и если вы не готовы спалить его, значит прониклись к нему слишком сильным чувством.

Бастьен представил себе уснувшего на коленях Манон Килани.

Потом Адама, который беседует с его дочерью Жад у них в гостиной.

Да, возможно, слишком сильное чувство.

— Цель контрразведки покинула «Джунгли». Их расследование продолжается. Вполне вероятно, ваш пресловутый майор Парис ночью отбыл из Кале, а вас просят избегать какого бы то ни было контакта с Саркисом. Звонить в контрразведку и интересоваться отчетом тоже исключено. Вскоре вы получите от их службы подробный отчет, однако я надеюсь, вы поняли, что ничего этого не было?

Вот с этим-то финалом, как в шпионском фильме, Бастьену было предложено начать рабочий день самым обыкновенным образом, и он, совершенно растерянный, оказался в коридоре комиссариата. Где-то в кабинетах слышался голос Эрики:

— Твою мать, да этот тип настоящий призрак! Лейтенанта никто не видел?

Она пулей вылетела в коридор и нос к носу столкнулась с Бастьеном.

— Да где же ты был? Весь комиссариат размером со спичечный коробок, а я уже десять минут ищу тебя!

— У хозяина, — оправдался Бастьен.

— Какие-то неприятности? — встревожилась Эрика.

— Да так… Ничего особенного. Все улажено.