Лю.

Сы.

Мяо.

В вестибюле стояли трое, а на полу – лишь одна тень.

Лю, ведущий криминалист Китая, на месте преступления движется с такой точностью и грацией, будто чертит линии циркулем. За это в полицейских кругах ее прозвали «Балерина криминалистики».

Сы, скептик, незаменима на месте преступления: сомневается во всем – в подлинности отпечатков, в форме пятен крови, в расположении тел, в правильности выводов… даже в собственном существовании.

Мяо, единственная, кто выжил в гостинице «Хупаньлоу», главная подозреваемая в преступлении, унесшем жизни шестерых человек. Она казалась ослепительно прекрасной, гордой и безупречной, но на самом деле была обычной женщиной, истерзанной напрасными поисками мужчины, которого так сильно любила.

– Хорошо, распределим обязанности, – заговорила Лю, лидер троицы. Она посмотрела на настенные часы и продолжила: – Почти пять. Хочу закончить осмотр до темноты. Сы, ты идешь со мной. Мяо, у тебя есть более важное задание: вернись в свою комнату на втором этаже и вспомни, что именно произошло в тот день, как ты, вся в крови, выбежала на шоссе.

– Я… я боюсь… не могу… – прошептала Мяо, опустив длинные дрожащие ресницы.

Сы нахмурилась.

– Может, я лучше пойду с Мяо? – предложила она.

– Нет! – жестко отрезала Лю.

Она обняла Мяо за плечи и ощутила ледяную дрожь под пальцами.

На полу вычерчена единственная тень – силуэт женщины, которая осторожно обнимала саму себя.

– Мяо, свои раны мы залечиваем сами, – сказала Лю. – Женщине это особенно важно. Тебе предстоит пройти через это в одиночку.

Мяо кивнула и молча поднялась по лестнице.

Когда ее силуэт исчез за поворотом, Лю повернулась к Сы и сказала:

– Пойдем. В караоке-комнату. Я возьму чемодан, а ты – папку с делом.

Они прошли по коридору на восток и остановились перед закрытой деревянной дверью караоке-комнаты, обе сделали глубокий вдох.

Внутри слишком много крови.

Лю вытянула руки в молочно-белых перчатках. Пальцы уперлись в дверь – небольшое усилие, и она поддалась.

Грозовые облака почти прижались к карнизу, изливая на дом бледное, синевато-свинцовое сияние – оно пробивалось сквозь окно и ложилось на пол трупными пятнами. Шесть тел и основные вещественные доказательства[492] уже вывезли, но диваны, стеклянный столик и прочие предметы обстановки оставались на прежних местах. На полу, там, где когда-то лежали мертвые, белым мелом обведены силуэты, повсюду желтели метки улик; полиция уходила в спешке и не успела все убрать.

Комната напоминала зернохранилище, из которого вынесли все до последнего зернышка.

Сы вошла первой.

Лю обернулась и посмотрела на коридор, по которому они только что прошли, и обрамлявшие его стены.

– Что такое? – спросила Сы.

– Нарушение протокола, – заключила Лю. – На месте тяжкого преступления осмотр должен быть многоуровневым. Первый уровень – прилегающая территория в радиусе пятисот метров от здания; второй – все внутренние помещения здания; караоке-комната – центральный уровень, ядро. Смотри: в комнате метки расставлены правильно, но за дверью нет ни одной таблички, значит, полиция ограничилась центром и не проработала остальные уровни. Да, логика расследования требует сначала сосредоточиться на ядре, ведь именно там чаще всего находят улики, но это не значит, что периферию можно игнорировать.

Лю расположила криминалистический чемоданчик у двери и открыла его. Внутри прямоугольного чемоданчика выстлан мягкий слой вспененного материала, в ячейках аккуратно уложен ультрафиолетовый осветитель, реагенты, баночки с порошками и различные емкости; по внутренней стороне крышки тянулись ряды кармашков, где также хранились дактилоскопические и канцелярские принадлежности и инструменты. Она достала увеличительное стекло и пинцет:

– Начинаю осмотр.

– Метод осмотра? – спросила Сы.

Существует шесть самых часто используемых способов осмотра места преступления: линейный, поквадратный, зональный, круговой (или радиальный), спиральный и метод взаимосвязанных узлов. Линейный метод обычно используют при осмотре мест преступлений, совершенных вне помещений, зональный обычно требует совместной работы нескольких сотрудников, круговой и спиральный позволяют провести процедуру осмотра быстрее, но при этом можно легко пропустить какие-то улики. Близился вечер – времени оставалось мало, нельзя же до темноты ползать по полу с увеличительным стеклом, высматривая каждую пылинку?

Однако Лю уверенно сказала:

– Осматриваем поквадратно.

Поквадратный метод подразумевает, что криминалист начинает от одной стены и движется по прямой к противоположной, ширина квадрата не превышает полуметра; достигнув противоположной стены, криминалист разворачивается и идет обратно по параллельной линии, таким образом покрывая пространство в одном направлении – скажем, по оси восток – запад; затем повторяет тот же порядок действий в перпендикулярном направлении – север – юг.

Это самый медленный способ осмотра места преступления, но самый точный и системный. Во время учебы в США Лю Сымяо специально ездила в квартиру на западной стороне Центрального парка в Нью-Йорке, где жил Линкольн Райм – гений современной криминалистики, некогда возглавлявший специальную группу при полиции Нью-Йорка. Во время одного из осмотров его придавила рухнувшая балка – он остался полностью парализован. Когда она сидела в гостиной первого этажа, оформленной в викторианском стиле, и спросила, какой способ осмотра места преступления считается самым эффективным. Линкольн ответил без малейших колебаний:

– Разумеется, поквадратный.

Он посмотрел на ноги, неподвижные после травмы четвертого позвонка, и в его глазах вспыхнула ненависть:

– Знаете, каково это – согнув спину, как кошка, ползти по полу сантиметр за сантиметром, пока наконец не найдешь упущенную улику – след крови, отпечаток, волос, а то и просто едва уловимое изменение воздуха? Это чувство пьянит больше, чем глоток крепкого шотландского виски!

Осмотр начался за дверью – одной из шести слепых зон при работе в помещении. Лю помнила, как год назад на одном месте убийства она нашла в дверной петле крошечную каплю крови – ту самую, благодаря которой вычислили убийцу. Сейчас таких ухищрений не требовалось: на нижней части внутренней стороны двери расплылось большое черное пятно – без сомнений, кровь.

– Это кровь Ли Цзяляна, его зарезал Мэн Жуху, – пояснила Сы, открывая папку и вытаскивая фотографию, сделанную полицией на месте преступления.

На фотографии старый актер лежал у двери: руки прижаты к животу, лицо искажено болью, под телом расплылась лужа крови.

Лю изучила фотографию, затем подняла увеличительное стекло и стала рассматривать дверь. На высоте ста десяти сантиметров она обнаружила крошечную клиновидную вмятину.

– Первый удар прошел насквозь через брюшную полость Ли Цзяляна, кончик ножа воткнулся в дверь – вот этот след. – Лю тихо постучала по вмятине. – Рост Ли Цзяляна метр семьдесят пять, значит, когда его ударили в первый раз, он стоял спиной к двери, потом медленно сполз вниз, и его ударили второй раз… третий…

– В первичном отчете сказано, что Ли Цзялян пытался вырваться и был убит во время попытки бегства, – нахмурилась Сы. – Этот вывод, вероятно, ошибочен. Если бы он действительно бежал, удар пришелся бы в спину. Его поза говорит о другом: он, наоборот, заслонял дверь, не давая Мэн Жуху уйти, собственно, поэтому тот его зарезал.

– Занеси в протокол, – сказала Лю.

Лю медленно опустилась на корточки и стала осторожно двигаться вдоль восточной стены. Она сосредоточенно смотрела в увеличительное стекло, исследуя молекулярную тайну каждой пылинки.

Как кошка, выгнувшая спину.

Минуты тянулись, пятна света на полу изменились, став похожими на перекошенные трапеции.

– Лю, – вздохнула Сы, – это место уже осматривали десятки криминалистов. Ты и вправду надеешься найти что-то новое?