Но и по эту сторону разлома оказались не самые тихие твари. Некоторые Кривороги сумели пробраться через лес и вырвались на территорию учебных корпусов.

И устроили тут сущие беспорядки.

Одного я прибил по пути к дому. Он увидел Коржика и почему-то сильно разозлился, бросился прямо на нас с рогами наперевес.

Самого Коржика я оставил на заднем дворе, загородив животину вольером из переплетённых магических прутьев. Такие даже Свирепого Костегрызла способны удержать, не то что семиранговую тварь. Но я решил перестраховаться на всякий случай. Мешок тоже оставил дома, но подальше от Коржика.

Второй Криворог убился об меня уже потом, когда я доставил Саню с Борей до общежития. Дурак попался — решил, что со спины я его не замечу.

А вот всё с третьим и последним из уцелевших оказалось поинтереснее.

— Уводи его! Уводи от здания! А-а-а!!! — раздался тонкий девичий визг.

Правда, с девичьим я немного ошибся, ведь это был Аркаша. Но тут легко перепутать, потому что он надрывал глотку звонким фальцетом, пока висел на карнизе здания. А внизу рыл землю фыркающий монстр, но у меня возникали подозрения, что стёкла разбиты именно из-за визга, а не таранных ударов Криворога.

Саму тварь сейчас пыталась отвлечь Олеся Степановна. Но не слишком рьяно. И дело тут не в Аркаше, а в самой твари. И в некоторых амбициях преподавателя зоологии.

— Тихо, тихо, малыш! — приговаривала она со слегка сумасшедшей улыбкой. — Иди ко мне, не бойся. Я не обижу. Выделим тебе просторный вольер, будем вкусно кормить три раза в день. Не бойся.

А Криворог и не боялся. Эти твари не отличались особым интеллектом, но он быстро понял, что новая добыча куда доступнее той, что приходится сбивать с фасада, и с воем ринулся на Олесю Степановну.

— Ах ты, гад! — прорычала женщина. — Пакостить вздумал, посмотрите на него!

Её заботливое выражение лица мигом сменилось на гнев, и в монстра хлынул мощный поток ледяной воды. Он отбросил огромного Криворога и заставил его ненадолго остановиться, но остудить пыл не удалось.

Монстр снова ринулся на Олесю Степановну, и теперь она попыталась сковать его каменными путами, раздербанив при этом половину улицы вместе с тротуарами.

Поднялась пыль, из воронок в земле торчали водопроводные трубы и кабели, но даже такие путы не удержали Криворога. Он вырвался, рявкнул и снова забил копытами в отчаянной попытке достать свою жертву.

— Ну, я пыталась! — с обидой в голосе воскликнула Олеся Степановна.

А затем, прямо перед прущим сквозь обломки дороги монстром, вырос острый каменный кол.

— О, шашлык! — пришло мне в голову. — Не шницель, а шашлык!

У повара в «Сломанном сапоге» отлично получается мясо. А с бараниной так и вовсе песня выходит!

— Сергей Викторович, что вы здесь делаете? — недовольно буркнула Олеся Степановна.

Она явно расстроилась, что не пополнит городской монстрариум ещё одной тварью… Кста-а-а-ати-и-и!

— Искал именно вас, — улыбнулся в ответ.

— Меня? — удивилась Олеся Степановна. — Зачем?

— Вы хотели закинуть этого монстра в клетку, я правильно понимаю?

— Ага… Вообще-то нам досталась одна самка Криворога. Обычно только самцы этих монстров выбираются из разлома, но эта каким-то образом очутилась снаружи и заплутала. Она кажется странной, совсем не похожа на своих сородичей. Я надеялась найти ей пару.

Я повёл бровью и обернулся на поверженного монстра.

— Вот это пара, по-вашему?

— Ну, на безрыбье, как говорится, — пожала плечами Олеся Степановна.

— Ладно, будет вам Криворог, не волнуйтесь.

Она мигом засияла, заулыбалась и с видом чутка пришибленной на голову шагнула поближе ко мне.

— Вы обещаете, Сергей Викторович?

— Ага, — я на всякий случай отошёл подальше. — Только условие будет.

— Какое? — она будто вернулась из транса и захлопала глазами.

— Один чересчур удачливый малец прямо горит желанием устроиться к вам в монстрариум на подработку и ежедневно ухаживать за будущей ячейкой общества. Включая кормёжку, ну и… вы понимаете.

— О, этого сколько угодно! — ещё сильнее заулыбалась Олеся Степановна. — Мы всегда рады практикантам!

Вот так вот, Боря. Иногда удача пахнет, хе-хе… навозом!

Но это всё лирика, как говорится. Меня беспокоило другое.

— А где все? — поинтересовался я.

Тут рядом приземлился Аркаша. Он спрыгнул с карниза и выстроил под ногами пологую ледяную горку. Но слегка перестарался, вылетел в воронку и с видом, что так и планировал, облокотился на торчащий кусок асфальта.

— Они в убежищах, — пояснил он, важно поправив очки.

— Каких, на хер, убежищах? — я уже начинал злиться. — Где отряды реагирования? Почему разлом не оцеплен, а твари разгуливают по академии? Разгуливали, точнее, пока я не появился!

Олеся Степановна потупила взгляд, а Аркаша возмутился, хотя его наверняка задели мои слова.

— Таков порядок мероприятий по защите… — забормотал он.

— Зарыться в норы и сидеть, как обосравшиеся мыши? — прорычал я.

Аркаша осёкся и поджал губы, не найдя слов.

— По протоколу мы так и должны сделать, — тихо проговорила Олеся Степановна. — Увести учеников в убежища и ждать прибытия группы быстрого реагирования.

— Какого реагирования⁈ — я уже не начинал — злился. — Прошло два часа, где их черти носят⁈

Олеся Степановна снова потупила взгляд, а вот Аркаша, наоборот, набрался храбрости:

— Сергей Викторович, почему вы предъявляете всё это нам? Мы здесь люди подневольные.

— Да, вы правы, — признал я. — А кто у нас за подобные штуки ответственен?

— Я не знаю, — буркнул Аркаша. — Мы вообще-то в один день устроились, если не забыли.

— Ага, точно. Кстати… — я нахмурился.

— Ч-чего⁈ — Аркаша почуял неладное и отпрянул, чуть не споткнувшись о камень.

Я огляделся. Вся территория академии была пустой, ни одного человека, кроме этих двоих, тут не было.

Если я правильно помню, в общаге, куда подкинул Саню с Борей, тоже никого.

— А ты-то чего на поверхности делаешь? — спросил я.

Олеся Степановна не стала прятаться в надежде захватить Криворога в свою коллекцию. А вот Аркаша наверняка не ради подвигов отказался сидеть в убежище.

— Я… я… Неважно! — буркнул он. — Я не обязан перед вами оправдываться!

— Что, заплутал? — усмехнулся я.

И по проблеску гнева понял, что догадка оказалась верной.

Но меня сейчас интересовал другой вопрос. Меня не было всего пару часов, и перед уходом я перебил почти всё стадо тварей. С остатками должны были справиться без особых проблем, но вместо этого на улицах академии теперь вытоптанные дороги, перебитые бордюры, поваленные фонари и обвалившиеся фасады.

— Кто отвечает за безопасность в этом славном учреждении? — процедил я.

— Платон Миронович, — ответила Олеся Викторовна. — Завуч по безопасности.

— И где этот замечательный человек? — Теперь мой оскал заставил её занервничать.

— О-он в командировке, — бедняжка нервно сглотнула, хотя её я пугать не собирался. — Как раз сегодня должен приехать. Ближе к вечеру.

— Отлично! Это просто отлично. Вот и поговорим. Вечером.

А пока мне нужно в больницу. Надеюсь, граф Свиридов не увёз своего бастарда под шумок. Для него же лучше, если это так, потому что я сейчас зол. Очень зол. И на дыхательные практики как-то настроения нет.

━─━────༺༻────━─━

Охрана Свиридова оставалась на месте всё время тревоги. Они оцепили корпус и не подпускали тварей, одного даже завалили. Перебитая туша валялась рядом со входом.

Но ни один из этих засранцев не двинулся с места, чтобы покончить с угрозой в академии.

— Я так понимаю, проблемы закончились, — констатировал Аскольд.

Он заметил мой потрёпанный вид, но ничего не сказал.

— Тогда мы можем ехать. И без того задержались в этой… — граф с некоторым отвращением огляделся, — академии.

— Да скатертью дорога, — улыбнулся я.

Аскольд снова вперил в меня свой взгляд, нахмурился, будто хотел разглядеть что-то этакое. Не знаю, что именно.