— И во всём этом помогут слёзы? — спросил я.

Но ответа не нашлось.

— Плакать нормально, — обратился я к Артуру. — Даже для мужиков. Иногда. Но слёзы не должны мешать делу. Ими делу не поможешь, а ты уже достаточно ныл. Хватит.

Парень смотрел на меня странным взглядом. В нём явно бурлила куча эмоций, но он сумел сдержаться и кивнул.

— Что за мальца ты пытался разуть? — спросил я.

И Артур снова потупил взгляд.

— Пашка…

— Паша⁈ — воскликнула Лена. — Артур, как ты мог!

— Что такое?

— Паша и Артур из одного детдома!

— Ублюдки, — прорычал я.

Артур снова едва не зарыдал, но сдержался. И по реакции Источника я понял, что отчаяние понемногу сменяла ярость. Это уже что-то.

— Они хотели его сломать, — понял я. — Специально подобрали жертву. Издевались.

— Разве так можно!

Лена скривила брови домиком и потянулась к чашке с чаем. Её, вероятно, поразила жестокость, но я слышал, что дети и правда жестоки.

— Они теперь от меня не отстанут, — прошептал Артур.

— Они и не собирались, — со сталью в голосе заметил я.

Эта ситуация даже меня выводила из себя. Ненавижу таких ублюдков. Я их запомнил по отпечатку магии, и хотелось бы преподать пару уроков ОМБ, так сказать, на живом примере… Но лучше поступить по-другому.

— Так, на сегодня закругляемся, — хлопнул по столу. — Пирожные можешь взять с собой. Угости Пашку — помиритесь, может.

— Но надо же что-то делать! — воскликнула Лена.

— Надо, — кивнул я. — Но не тебе. Мы сами справимся.

Лена посмотрела на меня с сомнением, но затем взглянула на несчастного парнишку и приняла верное решение:

— Хорошо. Но я буду держать руку на пульсе!

— Как хочешь. Собирайтесь, провожу вас. Поздновато уже… А завтра, Артур, — парень отозвался с проблеском надежды в глазах, — после уроков найдёшь меня в медицинском корпусе. Есть у меня пара идей.

Парень снова чуть не зарыдал, но теперь от нахлынувшей радости. Надеюсь, он не надумал себе лишнего, потому что волшебника на голубом вертолёте ему никто не обещал.

Я могу только помочь. Если он захочет изменить ситуацию, придётся очень постараться.

━─━────༺༻────━─━

Сначала мы довели Артура до общаги. Он смущённо попрощался и скрылся в дверях, а затем я остался наедине с Леной.

— Я могу дойти и сама… — робко начала она.

— Я доведу, — настоял я.

— Х-хорошо…

Источник девушки вздрогнул, но затем будто волнами растеклись мелкие искры, словно пузырьки шампанского. А потом каналы заволокло мягкой тёплой энергией, и Лена невольно улыбнулась.

Мы отошли от общаги метров на пятьдесят и всё время молчали. Однако позади в окно на первом этаже прошмыгнула еле заметная тень, которая затаилась от нас ещё пару минут назад, когда мы стояли у входа.

Это был один из учеников, и он явно не хотел попадаться на глаза.

— Слушай, Лен, — начал я.

— Да? — оживилась девушка.

По Источнику снова прокатилась волна, но затем он на мгновение будто покрылся инеем:

— Ты не знаешь Кирилла? Паренёк такой, на первом курсе учится.

— Ты о Хладове, наверное, — немного грустно вздохнула Лена. — Да, знаю. А что такое?

— Тебе он не показался странным?

Я не мог понять, что меня в нём беспокоит. Пацан встречается мне уже в третий раз за день, и снова это какая-то нелепая хрень. Он что, весь день бегал от медиков? Или снова сбежал из больницы?

Снова удалось немного осмотреть его Источник, и снова ничего подозрительного. Но чутьё начинало бить тревогу, и это меня беспокоит.

— Он просто напуган, — пояснила Лена. — У мальчика богатое воображение и впечатлительный характер. Мне кажется, он иногда начинает верить в то, что сам же и придумал.

— Например?

Лена призадумалась и при этом мило поморщила нос.

— Монстр под кроватью.

— Серьёзно?

— Ага, — кивнула она. — Кирилл как-то сказал, что под его кроватью живёт монстр. Конечно, это невозможно, но он мне показался вполне искренним.

— Богатое воображение! — воскликнул я. — Мог бы придумать что-то получше. Например, ругаться матом и спихивать всё на Паскудника.

— Кого? — нахмурилась Лена.

— Это монстр такой. Неопасный, но пакостливый. Любит таиться, подслушивать разговоры и выкрикивать чужими голосами какую-нибудь пакость. Вот разговариваешь с человеком, отвернулся ненадолго, и слышишь «тупица!» Причём слышишь только ты, они умеют настраивать звуковые волны, как им вздумается.

— Ничего себе! — ахнула девушка.

Мы уже вышли на аллею, под тусклый свет фонарей.

— Ага, ага! — закивал я. — Я слышал, как целые рейды ссорились и колотили друг друга, пока не выяснялось, что в разломе Паскудники завелись. Они ж сами по себе не обитают, но зато могут жить в совершенно разных условиях.

— Ух ты! Хотела бы я такого увидеть!

Я не рассказал Лене, что Паскудники могут выдавать свои команды за чужие во время боя, из-за чего шалости приводят к серьёзным последствиям. Даже если знаешь об их присутствии, в разгаре сражения с разъярёнными, жадными до крови тварями это может стоить жизни.

А ещё не рассказал, что слова Кирилла меня насторожили. Монстр под кроватью? Ему пятнадцать лет, а тяги к шуткам я у пацана не заметил.

Но ей об этом знать не стоило.

Я направил небольшой поток магии к фонарю, возле которого мы проходили. Тот ярко вспыхнул, и Лена, пискнув, прижалась ко мне и обхватила руку.

— Ой, прости, — засмущалась она.

Но руку не отпустила.

━─━────༺༻────━─━

Утро!

Птички поют, на улице свежо, земля ещё не успела нагреться, и потому даже на солнышке бодрит прохлада.

Я проснулся, закончил мыльно-рыльные мероприятия, оделся в удобный костюм, нацепил наушники и отправился на улицу для утренней пробежки.

— Ка-кан юу фил ит! — подпевал я. — Кан юу тач ит! Ка-кан юу!.. Что ты здесь делаешь⁈

Музыку пришлось прервать, потому что прямо за дверью меня ждал гость.

— Сергей Викторович! — воскликнул он. — Я не передумал! Хочу дальше тренироваться!

Это был Коля. Парень, который зачем-то выдержал все мои тренировки. Я уж думал, он образумится и оставит меня в покое.

— А, точно… — почесал я затылок. — Сегодня ж как раз срок.

После первой моей тренировки Колян должен был прочувствовать десять стадий боли в каждом своём мускуле. Десять раз подумать, надо ли ему всё это, и десять раз послать меня к демонам. Возможно, в очень грубой форме.

На второй день после тяжёлой тренировки, которая открывает новый уровень возможностей, — тело ещё не особенно болит. Да, мышцы ноют, но ничего страшного.

На второй день первые признаки начинают уже проступать. При растяжке мышцы отдают резкой болью, нагрузка может вызывать неприятные ощущения, а ноги будто забывают, как ходить. Каждый подъём со стула или кресла превращается в испытание.

Но всё это меркнет по сравнению с третьим днём.

На третий день тебя будто пронзают тысячи игл, каждое движение приносит яркую боль, а ноги отказываются носить тебя по бренной земле вообще при любых условиях. Зачастую люди даже с кровати встают с трудом.

И на четвёртый день картина не особенно меняется, на самом деле. Эти мучения будут преследовать до конца недели, а то и больше. Поэтому я надеялся, что Коля откажется от затеи, и у меня будет на одну проблему меньше.

Но он стоял напротив меня.

— Утром! — воскликнул я. — Ты заявился ко мне утром⁈

— Ну… — шкет виновато почесал затылок, — я не знал, как вас найти в другое время. Вот и решил действовать наверняка.

С первого взгляда можно было подумать, что его миновали мучения. Выглядел Коля вполне бодро. Но даже то движение рукой, чтобы почесать затылок, отозвалось болью и заставило его скривиться.

— Расписание в каждом корпусе висит, — буркнул я. — И преподы там указаны, и аудитории.

Парень нахмурился собственной недальновидности. Видимо, со смекалкой ему придётся поработать. Слишком уж он твердолобый какой-то.