– Что? Где он⁈ – заволновался Гордей.

– Мряв!!

Теодрир встал рядом с ними и принял боевую стойку. Я послал ему указание «играть» за Красновых, но с одним нюансом, хе‑хе…

Появилась у меня кое‑какая мысль. Однако прежде придётся подготовить правильную почву.

– Где он⁈ – воскликнула Стефания.

– Наверху! – рявкнул Артём Ярославович.

Опытный боец быстро раскусил мой незамысловатый трюк. Но одного опыта было недостаточно. Я обрушился с новой серией атак и заставил его отступать раз за разом, метаться из стороны в сторону и не позволял собраться с силами.

Я действовал как самый настоящий подлец, атаковал Стефанию и Гордея, бил исподтишка и наносил ощутимый урон, когда граф открывался в попытке защитить своих детей. Я заставлял графа постоянно рассеивать внимание и расшатывал его нервы. Его Источник дрожал от злости, и это было мне на руку.

Я атаковал со всех сторон. Быстро, стремительно и жёстко. Так, чтобы граф Краснов принимал эти удары и понимал, что я настроен серьёзно.

И он пошёл у меня на поводу. Артём Ярославович знал, это лишь тренировка и я не наврежу его детям. Но как отец он ничего не мог с собой поделать. Защита срабатывала на уровне инстинктов.

– Мр‑рав!

Дракотяра изо всех сил делал вид, что пытался им помочь, но то и дело мешался под рукой.

Раз – и он едва не подставил под удар Стефанию, толкнув графа в сторону.

Два – и перегородил собой обзор, скрыв меня из виду.

Артёму Ярославовичу пришлось в последний момент спасать положение, закрыв собою Гордея. Он принял ощутимый удар на обыкновенный блок. Я аж почувствовал, как задрожали его кости, а оскал на лице выявил настоящую неподдельную злость.

– Прочь! – прорычал он Теодриру. – Не мешайся, монстр!

– Мр‑равв! – возмущённо ответил Дракотяра.

Такое обращение не на шутку возмутило монстрёнка, и он хотел было цапнуть графа в качестве наказания. Но их спор продолжиться не успел, потому что я снова напал. Снова заставил Краснова принимать на себя удары, а сам в это время запускал магические потоки по его каналам.

Каждое наше столкновение я ближе и ближе подбирался к Источнику.

Проделывать такие манипуляции с девятиранговым магом не так уж и просто. По крайней мере, если не хочешь, чтобы он заметил что‑то неладное. Ведь даже если его Источник запечатан, контроль магической системы у него на очень высоком уровне.

Но с новым ударом я понемногу ослаблял печати на каждом из заблокированных рангов. И наконец‑то, после часа таких манипуляций настал момент для кульминации.

Артём Ярославович был зол, даже взбешён. Его каналы пульсировали, а Источник вырывался из печатей, словно разъярённый зверь. А Теодрир отлично исполнил свою роль и уничтожил больше нервных клеток графа, чем любая внезапная проверка имперской канцелярии по каким‑нибудь особым делам, хе‑хе!

Он постоянно мелькал рядом и делал то, что ему удавалось лучше всего: пакостил!

Я послал мысленное указание Теодриру, и в ответ почувствовал, как по связи между нами пробежала взволнованная дрожь. Монстрёнку аж не терпелось исполнить свою актёрскую задачу!

Ну или он возбудился после образов целой кучи вкусняшек, которых я обещал ему за помощь.

В любом случае…

Ещё одна атака!

Я специально направил угрожающую магическую ауру с намерением убить, отчего граф Краснов насторожился пуще прежнего. Он был раздражён, зол, в растерянности. Его бесила собственная слабость, а нервы шатались из‑за постоянной угрозы его детям.

Ко всему прочему, Теодрир начал пакостить с новой силой!

И когда я устремился в решающую атаку и он снова помешал графу, тот не сдержался и случайно задел монстрёнка.

Конечно, я прикрыл Дракотяру и не менее убедительно сделал вид, что сверкающий молнией блок Краснова смог остановить мою атаку.

– Мряв!!! – театрально взвизгнул Теодрир и отлетел в сторону.

– Папа, нет! – хором воскликнули дети.

– Что? Я… я просто!.. Я случайно… – растерялся граф Краснов.

Стефания и Гордей ринулись к монстрёнку. Но вдруг Теодрир поднялся на лапы, выпустил угрожающую ауру Хаоса и жутко правдоподобно принял вид взбешенного монстра.

– Мр‑р‑р‑р‑р! – прорычал он злобно и тут же бросился на Стефанию, так упрямо бегущую прямо к его оскаленной пасти.

– Не‑е‑ет!!! – громогласно воскликнул граф Краснов и ринулся на помощь.

Но он понимал, что не успевает. Теодрир атаковал всерьёз – это уже не было актёрской игрой. Монстрёнок последовал моему указанию и доверился мне, поэтому не делал никаких скидок на заблокированные ранги и действительно мог навредить девушке.

Артём Ярославович это почувствовал. И чтобы спасти свою дочь от реальной угрозы, он сделал единственное, что могло помочь – резким всплеском высвободил огромное количество магии и сорвал блокирующие печати.

– Пр‑р‑р‑о‑о‑о‑очь!!! – прорычал граф от злости и от боли, которая стрельнула по всей магической системе.

А с раскатом магического удара молнии голос Артёма Ярославовича раздался эхом и отразился в стенах здания. Штукатурка осыпалась, уцелевшие стёкла задрожали и потрескались.

Вспышка молнии едва не ослепила Стефанию и Гордея. Ребята и не поняли, что произошло, когда свет погас.

– Мре‑е‑ев! – жалобно проскулил Теодрир и картинно пролетел, врезавшись прямо в стену.

Он был шикарен!

Если есть какая‑то награда для монстров‑актёров, Теодрир точно её заслужил. Я сам едва не поверил в его игру, без шуток!

– Мр‑рев‑в… – изображая последнее издыхание, протянул он и драматично скользнул на пол.

И ещё так хлопнул хвостом напоследок, словно объявлял: «Антракт!»

– Тедди!!! – воскликнули хором Стефания и Гордей. – Нет!!!

Они бросились к монстрёнку, но Артём Ярославович вдруг преградил им путь.

– Стоять, дети! – властно заявил он.

И теперь его окружала плотная аура магии девятого ранга. Граф выглядел круто, даже пафосно. В этакой геройской позе стоял посреди заброшки, а вокруг то и дело вспыхивали электрические разряды. Напряжение в воздухе вокруг разрослось.

– От… отец? – ахнул Гордей. – Ты…

– Да, – кивнул Артём Ярославович. – Я вернул свою силу.

Он, будто не веря собственным словам, сжал кулак и сконцентрировал там плотный сгусток магических потоков. Маленькая плотная молния, способная расхреначить все установленные мною барьеры, сверкнула и отразилась в его глазах.

А затем эту эпическую картину прервали хлопки в ладоши.

ХЛОП! ХЛОП! ХЛОП! ХЛОП!

– Поздравляю! – объявил я. – У вас получилось!

– А? – обернулся граф Краснов. Затем вдруг опомнился и стушевался. – Сергей Викторович, ваш монстрёнок, он…

– Мряв!! – подскочил вдруг оживший Дракотяра и с жутко довольной мордахой и горделивой драконьей осанкой с изяществом кота продефилировал вокруг удивлённого графа.

– Тео! Тедди! – обрадовались ребята.

Стефания и Гордей кинулись к монстрёнку, принялись его чесать за ушком, благодарить и тискать во всех местах. Так что драконо‑кошачья грация быстро сменилась щенячьим восторгом.

– Как это понимать? – с недоумением протянул граф Краснов.

– Не волнуйтесь, Артём Ярославович, с Теодриром всё в порядке, – успокоил я его. – Это монстр восьмого ранга. Обычным ударом ему не навредить.

Артём Ярославович захлопал глазами в недоумении. Затем посмотрел на довольного монстрёнка, а затем вдруг широко улыбнулся.

– Кажется, я должен этому Дракоту годовой запас самого элитного корма, – осознал Краснов.

– Мряв⁈ – тут же откликнулся Теодрир и закивал: – Мрив! Мрив! Мрив!!!

Блин, и зачем Краснов это вслух сказал⁈ Нельзя было, что ли, один на один со мной перетереть… Дракотяра ж теперь не отстанет!

И где, позвольте спросить, я должен хранить годовой запас дракошачьего корма, а⁈ Для этого целого дома не хватит!

Вот так вот! Делай людям добро…

━─━────༺༻────━─━

Семья Красновых готовилась к отбытию. Стефания и Гордей уже сидели в машине, а мы с Артёмом Ярославичем задержались у входа в заброшенное здание.