Даня поймал себя на мысли, что без тренировок с учителем Ставровым, он бы уже спёкся.

Скоро шум огня и шелест монстров заглушило собственное тяжёлое хриплое дыхание и пульс в висках.

А затем вдруг всё закончилось…

Жар исчез, и вместо него по телу хлынула сырая прохлада. Даня свалился на влажную землю и принялся дышать так, словно это было самым высоким наслаждением из всех.

Да простит его Ставров, это было даже лучше, чем шоколад!

Когда состояние пришло в норму, Даня присел, отряхнулся и осмотрелся.

Они находились посреди ельника, и он просто надеялся, что грёбаные ёлки не попытаются их прикончить.

– Офигеть… офигеть!! – воскликнул Никита. – Я думал, мы сдохнем!

Даня не мог с ним не согласиться. Но с угрызением заметил, что сам Никита, как и Артур, не рухнули после такой жаркой во всех смыслах пробежки.

А Влад так и вовсе стоял, гордо выпятив грудь. С красным лицом и широкой лыбой он держал в руках руну‑артефакт, который вырвал из лап Мега‑Древа.

– Отец! – Он со счастливым лицом протянул артефакт. – Мы справились!

Граф Воробьёв взглянул на него, и даже лёгкая улыбка не тронула его лицо.

– Вы не успели, – отрезал он. – Если бы я сдержал слово, то вы бы погибли.

Стальной голос графа пробил до дрожи всех. Вячеслав и Никита Алексеевич посмотрели на него с глубочайшим удивлением. Артур и Никита‑младший словно увидели нечто ужасающее.

А Влад на глазах поник.

Лыба угасла, а огонёк в глазах потух. Он опустил плечи, наклонил голову и пустым взглядом уставился на руну‑артефакт, которую они с таким трудом добыли.

– Если ты хочешь встать в очень на наследство, нужно стараться больше, – заключил Тимофей Оскарович. – Этого недостаточно.

Даня вскочил на ноги. Злость внутри вспыхнула жарче того пламени, что изрыгал грёбаный граф. Он брал готов истоптать его гравитацией, поджарить молнией и швырнуть обратно к Древам, чтобы те могли отыграться!

Но вдруг Влад снова изменился в лице. Вместо погасшей лыбы появилась ухмылка, которая очень уж напомнила Дане ту самую ухмылку, что поселилась у Сергея Викторовича. А в глазах зажглись не огоньки, а настоящее пламя.

– Да иди ты, батя, к чёрту, – хмыкнул Влад, засовывая артефакт в подсумок. – Нахер мне твоё наследство не упёрлось.

Он махнул ребятам рукой и пошагал прочь, к крепости.

Даня переглянулся с Артуром и Никитой, пару секунд они находились в ошарашенном состоянии, но затем все трое улыбнулись и последовали за другом.

Вячеслав Потапов и Никита Алексеевич тоже переглянулись, пожали плечами и двинулись в путь, потирая ушибы.

Граф Воробьёв же так и стоял на месте ещё секунд двадцать. Он не нашёлся что ответить. Влад застал его врасплох и заставил глотать ртом воздух в растерянности.

Даня про себя усмехнулся, что это слишком похоже на Сергея Викторовича.

И немного задумался, не выйдет ли к выпуску из второго «Д» две дюжины таких же наглых засранцев, как Ставров…

━–━––༺༻––━–━

– Апчхи!!! – чихнул я, как только зашёл в крепость.

– Мряв? – обернулся Теодрир, забавно подняв лапу.

– Ага, кто‑то вспоминает, – кивнул я.

– Сергей Викторович! – воскликнул Боря Юдин.

Пацан побежал ко мне со всех ног прямо с убежища в древних казармах, которое обустраивали Наумовы.

Остальные члены его пятой группы искателей тоже всполошились и с взволнованными видами последовали за ним.

– Вы уже здесь? – удивился я. – А как же…

– КУДА ВЫ ПРОПАЛИ?!! – перебил меня пацан. – Сергей Викторович, мы за вас так беспокоились!!!

– Да ладно тебе, Боря, – потрепал его по макушке. – Что со мной могло случиться?

– Что‑то всё же случилось! – присоединился к нам Всеволод Мирославович, отец Ярослава.

Он выглядел взволнованным, даже слишком. И каким‑то задумчивым. Барон Колесников странно поглядывал на Борю, но всё же переключился на меня.

– Связь пропала, и это доставило беспокойств, Сергей Викторович, – заявил он. – Так что прошу объясниться!

Хаос меня раздери, хотел помочь с заклинаниями связи, но в итоге лишь заставил всех волноваться. Надеюсь, никто не повернул назад из‑за моей пропажи?

Кстати…

– Всеволод Мирославович, – спросил я вместо ответа. – А почему вы… здесь?

– О чём вы? – нахмурился подошедший Тарасов Арсений Арсеньевич.

Он был отцом моего бесёнка, тоже Тарасова Арсения Арсеньевича. И для успешного предпринимателя у него была слишком уж скудная фантазия, на мой взгляд.

Сам бесёнок‑Арсений почему‑то с недовольным видом шагал к нам рядом с Иваном Рудиным.

– Вы уже в крепости! – пояснил я. – Неужели успели найти артефакт и вернуться быстрее остальных?

Я проверил округу с помощью магии, и действительно. Здесь находилась только пятая группа, помимо графа Краснова и баронов Калугина и Фадеева в катакомбах. Те, кстати, наткнулись на колонию подземных тварей и сейчас гасили гвардию королевы Кротомуравьёв.

Интересные твари. Название звучит неплохо, но на самом деле кротами их прозвали за слепоту и любовь к тёмным подземельям, а муравьями из‑за характерных усов и здоровенной задницы. Выглядело оно как брюшко муравья, но на самом деле было просто хранилищем питательных веществ.

Кротомуравьи делали разовые вылазки за добычей на поверхность, запасались жратвой, словно люди в супермаркете с огромными тележками, а затем запирались у себя в колонии, пока хранилища не опустеют.

Если рядом какая‑то деревня или небольшой город, быть беде. Но крепкий маг без особого труда разберётся с ними, потому что слепота делала этих монстров жутко уязвимыми для дальних атак.

Но всё равно меня больше интересовало, почему пятая группа находилась в крепости так рано. Раньше всех остальных, между прочим!

А ведь это самая многочисленная группа, да ещё под командованием боевитого барона Колесникова. И я послал их в самую «горячую» точку для поиска руны‑артефакта.

И все они сейчас выглядели озадаченно, а одежда была слишком уж чистой для тех, кто повстречался с Дикобразными Бобрами и отнял у них ценный артефакт.

И не стоит обманываться, за забавным названием скрывались самые настоящие свирепые монстры! Скажем так, «Дико‑» в этом названии означало не только схожесть с животными, которые пулялись иглами. Но и происхождение от слова «дикий»!

Страшные твари…

– Кхм… – приосанился Всеволод Мирославович.

Он выглядел так, словно попал на ковёр к генералу за какой‑то проступок, и совершенно не имел понимания, как объяснить произошедшее.

– Я вас слушаю, господин Колесников, – нахмурился я.

И заметил, что из всей пятой группы искателей совершенно спокойны только Тихомир с Святослав Тихоновы (но тут нисколько не удивительно) и…

Боря Юдин.

Причём один, без отца. Тот тоже задумчиво чесал подбородок и поглядывал на своего сынишку.

– Дело в том, что мы выполнили задание, – протянул Всеволод Мирославович, – вот только…

– Только что? – насторожился я, уже догадываясь, о чём речь.

– Да это был капец!! – не выдержал Витя Матвеев.

И все остальные вздохнули с облегчением, потому что он выразил их общую мысль.

Ну кроме Тихомира с его папашей. Эти просто прилегли неподалёку и плющили хари как ни в чём ни бывало.

Даже ДНК‑теста не надо…

– Кхм, – прочистил горло барон Колесников. – В общем и целом… я согласен с этим заявлением…

А затем мне рассказали, как проходило задание самой большой группы искателей в самую опасную зону. Дикобразные Бобры, кстати, были похлеще Древ, с которыми я столкнул Даню с Артуром, Владом и Никитой.

Более того, Древа до жути боялись Бобров, потому как те не понимали, что перед ними не обычные деревья и начинали их нещадно жрать.

Бобры были такими отпетыми, что артефактом подпёрли основание в одной из частей своих укреплений вокруг рудника. Свирепые твари контролировали самую чистую воду в разломе и постоянно отбивались от нападок других монстров.