– Сергей, добрый вечер, – произнесла она каким‑то подозрительно томным голосом.

– И вам ещё раз здрасьте…

Я чувствовал себя немного неуютно. Обе зеленоглазки теперь встали напротив меня и смотрели как‑то очень странно.

В салоне красоты Инга, видимо, решила сменить причёску. Собрала волосы и обнажила длинную тонкую шею. Она выглядела посвежевшей. Даже похорошевшей, хотя этого было не так уж просто достичь при её внешних данных.

Я не сразу понял, в чём дело, но потом заметил, что во взгляде пропала её постоянная глубокая печаль. Изумруды теперь сияли не по‑ведьмовски, а как‑то… светло, что ли.

Обе сестры даже стали немного больше походить друг на друга. Даже по одежде, потому что Настя оделась боле сдержанно и сейчас Инга в её пиджаке и юбке до колен, да ещё с чарующим лавандовым парфюмом, казалась куда более… кхм… открытой, так сказать.

– В городе мы не успели договорить, – начала объяснять Инга чуть сбившимся голосом. – Я помню про условия нашей сделки, будь уверен. И выполню её как договорились… – она переглянулась с Настей, и сёстры друг другу странно улыбнулись. – Но эта просьба, как мне кажется, недостаточна. Ею не отплатить тебе за помощь.

Инга говорила с трудом и явно волновалась. Возможно, сильнее, чем перед сделкой. И это меня настораживало.

А ещё настораживали гляделки с Настей. Если эти одинаково‑разные сестрицы о чём‑то сумели договориться, можно ждать чего угодно.

– В общем, ты сам поймёшь. Пожалуйста, следуй за нами, – попросила Инга.

Девушки отвели меня в ту самую каморку, где мы с Ингой в прошлый раз распивали кофе. Кофеварка как раз стояла на той же тумбе, рядом с двумя небольшими чашками. Но мне как‑то было не до напитка. И дело не в позднем времени.

Инга и Настя очень странно себя вели. Они улыбались, вели себя доброжелательно, но явно нервничали. Даже их Источники немного дрожали от волнения.

– Чашечку хочешь? – спросила Настя.

Которая, между прочим, ещё недавно так рьяно тащила меня сюда. А теперь затихла и тоже смущённо смотрела в пол, покручивая прядь волос.

– Так, девочки, – протянул я, – давайте‑ка поближе к делу. Что вы задумали?

– Я считаю, твой поступок достоин награды куда более ценной… – чуть дрожа, произнесла Инга.

Она прервалась, смутилась и покрылась румянцем. А вместе с этим начала расстёгивать свой пиджачок. Пуговица за пуговицей, медленно и волнительно.

– Так‑так‑так, дамы! – отпрянул я в сторону. – Признаюсь, я польщён. Крайне польщён! Но это как бы немного переходит…

– Нет‑нет, вы не поняли! – воскликнула Настя. – Сергей Викторович, просто дайте ей показать!

Инга тем временем уже распахнула свой пиджак, под которым был только короткий топик. И смущённо увела взгляд в сторону, словно юная девица. Это выглядело до чёртиков мило, конечно, но…

– Херас… кхм, ничего себе… – я в миг стал серьёзным, подошёл поближе и коснулся живота. Инга невольно напряглась, и бархатная кожа скользнула по пальцам. – Это ж кто оставил тебе такой подарочек?

Я присел на корточки и наклонился поближе, чтобы рассмотреть. Инга сжала ноги и с содроганием вздохнула. Как‑то она слишком чувствительно реагирует на подобные вещи с учётом репутации роковой красотки.

Или дело в заклинании, которое выведено прямо у неё на животе?

Оно выглядело словно татуировка с переплетённым узором и отчётливо повторяла изгибы упругих мышц.

Я снова коснулся заклинания, провёл пальцем по витиеватым линиям. Сосредоточился, пытаясь разгадать смысл символов и рун.

Когда есть документация, можно разобраться с заклинанием, с тем, как его наносить и для чего оно создано. Но сейчас передо мной было уже нанесённое кем‑то заклинание, и сделать то же самое было очень непросто. Главным образом потому, что…

– Оно не работает, – заключил я.

– Д‑да… – тихо произнесла Инга.

Она вся покрылась мурашками и явно не была в состоянии нормально разговаривать, поэтому на помощь подоспела Настя:

– Это заклинание нам оставил дедушка. Оно очень древнее, исходная документация утеряна, и мы не знаем, для чего именно оно нужно. Вы видите единственный экземпляр, Сергей Викторович!

Инга наконец‑то собралась с мыслями и перестала дрожать от каждого моего прикосновения.

– Это заклинание передавалось старшему наследнику рода из поколения в поколение, – добавила она. – Дедушка был последним, кто мог его начертать, но смысл утерян уже давно.

Инга с Настей всё говорили, а я продолжал изучать заклинание. На удивление оно было очень искусным, наверное, самым искусным из всех, что я видел в этом мире. Тот, кто его придумал, был настоящим гением.

– Я понимаю, что это нерабочее заклинание, с которым я и сама не знаю, что делать, – напряжённым голосом произнесла Инга. – Но это моё единственное наследие. Всё, что у меня осталось и доступно даже до того, как я возглавлю род. Надеюсь, ты примешь…

– Это великий дар, – прервал я ненужные оправдания. – Инга, ты… скажем так, хорошо, что значение этого заклинания – тайна даже для Наумовых. Иначе за тобой охотились бы по всему миру.

– Ты знаешь, для чего оно⁈ – подскочила Инга.

– Да, знаю. И отлично понимаю, почему секрет этого заклинания канул в Лету. Возможно, ему там лучше и оставаться.

– Что? Почему⁈ – всполошилась Настя. – Что оно такое делает⁈

Девчонка совсем позабыла про волнение и смущение. Любопытство её охватило полностью. Инга тоже отринула былую дрожь и красовалась передо мной с распахнутым пиджаком, словно я видел там всё уже десятки раз.

– Сергей, прошу! Расскажи, что это такое! – восклицала она. – Эта тайна тянется уже поколениями в нашей семье! Если ты знаешь и не расскажешь, мы… мы просто…

– Да мы просто свихнёмся, Сергей Викторович! – закончила за неё Настя.

Обе девушки облепили меня, позабыв про всякий стыд! Схватили за плечи и смотрели своими изумрудными глазами, будто пытались загипнотизировать на желаемый ответ.

– Вы уверены? – спросил я. – Судя по всему, ваш дедушка не просто так сделал эту ошибку.

– Какую ещё ошибку? – нахмурилась Настя.

А я снова коснулся Инги, отчего девушка невольно поёжилась и издала тихий сдавленный стон. Затем я направил немного своей магии в это заклинание, и она снова покрылась румянцем.

– Может, это не дедушка совершил ошибку? – решила защитить своего предка Настя. – Всё‑таки заклинание передавалось из поколения в поколение… Откуда вы можете знать такое…

– Оно не работало по двум причинам, – начал я объяснять. – Во‑первых, потому, что не было человека, способного его нанести и не исчерпать собственный Источник до последней капли.

Наконец‑то сёстры успокоились и начали слушать меня внимательно. Я проводил пальцем по переплетениям на животе Инги, и от малейшего движения её Источник покрывала рябь, словно поверхность воды от крапающего дождя.

– А ещё, возможно, ваши предки из поколения в поколение намеренно переносили неправильное заклинание, – добавил я.

– Н‑но зачем?.. – тихо спросила Настя.

Она заворожённо наблюдала за моими действиями. И каким‑то образом рябь Инги эхом отзывалась на языках пламени её Источника. Словно ветер, треплющий спокойный огонь.

– Чтобы уберечь потомков, думаю, – улыбнулся я. – И сохранить это наследие до лучших времён, на крайний случай. Не знаю, чем именно руководствовались ваши праотцы, но они сделали всё правильно.

Мои магические потоки влились в плетение заклинания и начали наполнять его, словно сосуды.

– Почему ты так увер… а‑а‑ах‑х‑х‑х!.. – Инга вздрогнула с уже совсем не сдавленным, а очень громким стоном.

Она попятилась и едва не упала, но плюхнулась на мягкое сидение дивана и часто задышала.

– Сестра! – Настя кинулась к ней, обняла за плечи. – С тобой всё хорошо? Что случилось, Сергей Викторович⁈

– Заклинание активировалось, – пояснил я. – С ней всё будет хорошо. Даже лучше, чем прежде, поверь.

Мне нужно было сделать одно небольшое изменение. Маленькая «ошибка», из‑за которой всё и не работало. Она была настолько явной и простой, настолько немыслимой для опытных заклинателей.