— Ну всё, договорились. До встречи.

— До встречи, — автоматически повторила за ним Забава и, уже почти нажав «отбой», вдруг спохватилась. — Подождите! А…

Но на экране было пусто.

«Хотела спросить, что предлагает работодатель, мне же нужно подготовиться, — тихо проговорила она, чувствуя досаду.

Забава выглянула из-за дерева, подошла к забору, оглядела пустую дорогу и строение напротив.

«Интересно, кто сейчас живёт в этом доме? К кому он тут наведывался. Нужно, наверное, выяснить, как его зовут», — пронеслось в голове.

От прилива адреналина Забава не сразу почувствовала, что замёрзла. Зябко поёжившись,

развернулась и быстрым шагом направилась в дом — пора было собираться на работу.

Забава вошла на конюшню и улыбнулась: кони, услышав её шаги, уже встречали, высунув большие головы из денников. Их уши ловили звуки, из широких ноздрей вырывался пар.

— Привет, мои хорошие! — ласково поздоровалась она, чувствуя, как тревоги начинают отступать под напором простой, искренней радости.

Она шла вдоль денников к тележке, и рука её сама тянулась погладить каждый бархатный нос. Даже Поганка, строптивая и привередливая, на секунду позволила прикоснуться и тотчас с громким фырканьем отступила вглубь денника, раздражённо копнув копытом опилки.

— Ах ты, вредина! — погрозила ей пальцем Забава. — Ну хоть укусить не попыталась. Уже хорошо. Рано или поздно ты ко мне привыкнешь. И будешь слушаться, как миленькая.

В ответ Поганка лишь демонстративно развернулась к ней задом и выразительно вильнула хвостом, красноречиво намекая, что без угощения все попытки сближения обречены на провал.

Забава тихо посмеялась над этим её представлением: «Выяснять, кто здесь главный, мы с тобой будем позже. А пока некогда!».

Шесть голодных носов и один недовольный хвост ждали свою порцию сена.

Вилами она работала уже почти профессионально, механически бросая охапки душистого сена в тачку, но мысли упрямо возвращались к утреннему происшествию. Она считала секунды до прихода Таси и надеялась, что та сможет пролить свет на эту загадку.

Сено уже было раскидано по левадам, а хозяйка конюшни показаться не спешила. Забава с нетерпением посмотрела на окно, над которым наглые синички выклёвывали утеплитель из-под отошедшей от стены панели.

— А ну кыш! — махнула она вилами.

Желтогрудые птички легко сорвались с места, сделали круг, будто издеваясь и дразня, и только после этого поспешили скрыться за домом.

Забава посмотрела на лошадей, нетерпеливо дожидающихся, когда их отведут гулять, вздохнула и пошла разводить кобылок и меринов по левадам.

Первой по традиции пошла самая смирная лошадь — Звёздочка. Затем остальные. Поганка за вредность, как всегда, оказалась последней в очереди.

Забава открыла денник. Поняв, что её поведут к еде, лошадь безропотно подошла и позволила пристегнуть себя к чомбуру.

— Можешь не смотреть на меня своими честными глазами. Я тебе больше не верю, — приговаривала Забава.

За строптивой кобылой она следила не мигая, ожидая знакомого манёвра, — весёлого скачка к заветному стогу сена с залихватским взмахом задних копыт. Узватила её крепко, словно жеребцующего коня: под уздцы и локтем в грудь, чтобы при любой попытке к бегству потянуть голову вниз — так лошадке будет неудобно скакать и брыкаться.

И даже когда кобыла оказалась в леваде, Забава цепко держала чомбур, пальцы впились в него намертво. Она не отпустила его, пока калитка не захлопнулась за ней, чтобы в этот раз наглая лошадь не улизнула.

— Нет уж, красавица, с меня хватит твоих фокусов, — пробормотала она и, размахивая руками, отогнала фыркающую Поганку подальше от входа.

Выскочила, закрыла за собой дверь. И лишь тогда выдохнула с облегчением.

Пора было браться за вилы.

В денниках пахло опилом и навозом разной свежести. Забава усмехнулась про себя: «Кто бы мог подумать, что стану конюшни выгребать?» А теперь этот тяжёлый, но простой труд здорово помогал ей избавляться от потока навязчивых мыслей. Знай раньше — давно бы нашла конюшню поближе.

Забава ещё не успела даже как следует разгрести первый денник, когда услышала, что хлопнула калитка. Она выглянула за дверь. По двору уверенно шагала женщина, одетая в конские бриджи и лёгкую курточку. Забава видела её лишь однажды, но узнала сразу. Та, похоже, тоже вспомнила её.

— Приветствую работников конюшни! — бодро поздоровалась женщина.

— Здравствуйте, Полина.

— Ну что у тебя там? Решила что-нибудь с пропиской? — без лишних предисловий перешла она к делу. — Я твой случай всё вспоминаю! Даже юриста одного спросила, каковы твои шансы.

— И что же он сказал? — не удержалась Забава.

— Сказал, что нужно больше подробностей. Но что касается тебя — выселили бы стопроцентно. С дочкой неясно. В общем, шансы остаться у разбитого корыта довольно высоки. Хотя… — Полина многозначительно понизила голос. — Есть один стопроцентный способ, чтобы квартира целиком досталась твоей дочке.

Забава от неожиданности даже моргнуть забыла.

— В смысле, целиком?

— Ну да, — невозмутимо продолжила Полина. — Если твой бывший муж склеит ласты в ближайшее время, квартира полностью отойдёт вам.

Забава так и застыла, а Полина громко рассмеялась.

— Да ладно тебе! Шучу я. Пусть живёт. Так ты денег стрясла? С невесты его? Или так и строишь из себя непонятно что?

— Это были не её деньги, — холодно ответила Забава.

— Так понятно, что мужа твоего бывшего. Теперь, считай, что её. Получилось или нет?

— Она пыталась меня обмануть.

— Неудивительно, — отмахнулась Полина и насмешливо заявила: — Ты ж безобидная такая! Это ж как у ребёнка конфетку отобрать!

У Забавы дёрнулся глаз. Ей решительно не нравился тон этой женщины, но она продолжила объяснять:

— Свекровь заставила Федю выделить деньги на скважину и септик. Он рассказал об этом Любе, а та решила использовать ситуацию по-своему.

— Во баба даёт! Ушлая! — с нескрываемым одобрением протянулаПолина.

— Жаль, что такие обычно плохо заканчивают, — сказала Забава, глядя на Полину тяжёлым, испытующим взглядом. — Вы тоже, наверное, из таких, как она?

— Да не кипятись, я же на твоей стороне, — Полина вдруг сменила тон. — Видишь, даже с юристом проконсультировалась по твоему вопросу. Так ты всё-таки согласилась взять деньги и выписаться или нет? — продолжила она выспрашивать.

— Напрямую мы не обсуждали, что я должна выписаться, — честно призналась Забава. — Только продажа квартиры, кажется, отменяется. Свекрови новая невестка не по нраву пришлась.

— Во как?! — Полина оживилась. — С этого места поподробнее!

— Есть подозрение, что она беременна не от Феди.

— ДНК-тест есть? Или она делать отказывается?

— Нет, согласилась.

— Ну, значит, ребёнок его. На девяносто восемь процентов.

— А остальные два? — не поняла Забава.

— А это на случай, если она окажется настолько наглой, что начнёт утверждать, будто врачей подкупили.

Забава с удивлением подняла брови.

— Разве такое бывает?

— Бывает! Ещё как! — уверенно подтвердила Полина.

В этот момент позади них прозвучал голос Таси:

— Кто это у нас тут языками чешет, вместо того чтобы Поганку чесать?

— Бегу! — отчиталась Полина и, действительно, бросилась в сторону левад, но на бегу обернулась. — А у конюха-то вашего зубы отрастать начали!

— А как же! — крикнула ей вслед Тася. — Когда имеешь дело с живыми махинами по пятьсот килограмм, волей-неволей отрастишь и зубы, и глаза на затылке. По-другому тут не выжить.

— Это уж точно! — согласилась Полина.

Тася подошла ближе, улыбаясь. Видно было, что она счастлива — не ей придётся сегодня денники выгребать.

— Смотрю, вы поладили! — заметила она.

— Вроде того, — пожала плечами Забава. — Если не считать, что со мной она нормально разговаривать начала только после того, как я на неё прикрикнула. Думала, поругаемся, а она… наоборот…