Снова кивает.

— Последние в роду.

Признаюсь, правда о Фиби ранит. Я думала, мы подруги. В смысле, мы и есть подруги. Но она обо всем этом знала. Знала, во что я ввязываюсь, и даже не подумала предупредить. Или, может, пыталась своими вопросиками про колдовство и Баффи. Но если это были намеки, то она в этом полный отстой. Считайте, меня официально не предупредили.

Должно быть, она мне не доверяла, и это тоже больно.

Вздыхая, смотрю на Джаспера.

— Кто-нибудь еще?

— Гринвуды. Хейзел и ее дочь Кора. Они последние потомки Чарити Эймс.

Ну конечно. Хейзел Гринвуд была на ужине с Фиби. Симпатичная женщина лет пятидесяти с небольшим, блондинка с ярко-зелеными глазами.

— Я еще никого по имени Кора на острове не встречала.

— Сможешь познакомиться со всеми, — заверяет он. — Со временем.

— С твоим ковеном?

— С моим ковеном.

Что-то в его тоне заставляет меня изогнуть бровь.

— Ты их лидер или типа того? Поэтому Мерси звонила тебе сегодня?

Он выпрямляется во весь рост, выдерживая мой взгляд.

— Да. Я верховный жрец ковена острова Берр. Мои предки ведут свой род от Би-Гуд Прескотт, одной из первых пяти ведьм, прибывших на этот остров и поселившихся здесь. Пять ведьм, четыре семьи, а теперь — наследие магии, насчитывающее четыреста лет. Мы — хранители острова Берр, его историй, его тайн. Мы владеем магией, дарованной нашей богиней. И защищаем жителей острова. А теперь — и тебя тоже.

— Только если я останусь, — осторожничаю.

Оттолкнувшись от столешницы, Джаспер делает шаг ближе.

— Берди, мне нужно, чтобы ты осталась.

— Зачем? Какое я вообще могу иметь для тебя значение?

— Ты спасла мне жизнь.

Чувствую себя такой крошечной и незначительной под удушающей тяжестью этой новой информации. Он и правда считает себя ведьмаком. Нет, верховным жрецом. Королем ведьм.

Ты вроде как король.

Сдерживаю дрожь, вспоминая его лицо, когда произнесла эти слова. В голове всплывают образы: он распластан на брусчатке. Темный незнакомец нависает над ним, весь в черном, с пальцами, как у скелета. Сцены с карты Смерть мелькают как стробоскоп, и я снова чувствую на себе ледяной взгляд того наблюдателя. Король мертв. Растоптан. Оплакан. Забран скелетом, одетым во всё черное.

О боже... он был не просто грабителем. Совсем нет. Новый озноб ползет по рукам, впивается в живот, заставляя дрожать. Прошлой ночью Смерть пришла за Джаспером Прескоттом.

— Я велела ему остановиться, — шепчу. — Это всё, клянусь. Просто велела остановиться.

Джаспер медленно приближается.

— И он остановился.

— Но я не... Джаспер, у меня нет магии. Ты из-за этого переживаешь? Твой ковен так думает? Вы считаете, я как-то специально это сделала? Я ничего не делала. Я просто сказала ему остановиться...

— Я знаю, — успокаивает он.

Ладно, кажется, я закончила переваривать. Паника официально началась. Вчера ночью моего босса-ведьмака чуть не забрала Смерть, и это я ее остановила. Слезы щиплют глаза, пока тянусь к Джасперу, цепляясь за что-то знакомое, что-то реальное. Я чувствую медленный пульс на его запястье.

— Что я сделала? — шепчу, перекладывая руки ему на грудь; ладони ищут утешения в биении его сердца.

Джаспер склоняет лицо, запечатлевая нежный поцелуй на моем лбу. Запускает пальцы в мои волосы, притягивая ближе, укрывая в тепле своего тела.

— Ты спасла меня.

Отстраняюсь, вглядываясь в его лицо.

— И теперь тебе нужно, чтобы я осталась с тобой?

— Мне нужно, чтобы ты осталась, — эхом отзывается он.

— Потому что он вернется?

Кивает.

— В одиночку я с ним не справлюсь. Ты нужна мне, Берди.

— Нужна здесь, чтобы снова его остановить?

Тяжело вздохнув, он опускает руки мне на плечи.

— Берди, мне так жаль. Я бы избавил тебя от этого, если б мог. Будь у меня другой путь, я бы с радостью его выбрал.

Вотоно . Моё мягкое прикосновение, полное утешения, становится жёстким. Я выпрямляю руки в локтях, упираюсь ладонями ему в грудь и отталкиваю его.

— Потому что ты не хочешь нуждаться во мне, так? Ты просто используешь меня, чтобы спасти собственную жизнь. А когда я перестану быть тебе полезной, ты просто избавишься от меня.

— Берди, нет...

— Ты на самом деле не хочешь, чтобы я была здесь.

— Хочу. — Притягивает меня вплотную. — Черт возьми, Берди, я хочу тебя. Не притворяйся, что тоже этого не чувствуешь.

— Не чувствую чего?

Прижимает ладонь к моей груди, прямо над сердцем.

— Этого.

Сердце бешено колотится под тяжестью его руки, я пытаюсь отстраниться, но он держит крепко.

— Ты тоже чувствуешь это притяжение, эту магию между нами. Чувствуешьменя . Почувствовала с того самого момента, как обернулась и увидела меня в магазине. Ты хочешь меня, Берди.

— Нет, — выдыхаю я.

— Ты ненавидишь лжецов, так что не смей, блядь, мне врать. Покажи мне. Ты не можешь этого сказать, но и отрицать не можешь. Покажи, как сильно ты меня хочешь.

Он прав. Во мне есть какая-то сила, которую я не до конца понимаю. И уж точно не могу объяснить словами. Но я ее чувствую. В объятиях Джаспера она растет. Я чувствую себя уверенной и сильной. Хочется крикнуть: «больше». Даже не знаю, чего именно «больше». Больше любви? Больше страсти? Больше этого притяжения?

Точно знаю лишь одно: Джаспер тоже это чувствует. Он прижимает меня к стене бёдрами, его ладони скользят по моим бокам, забираются под топ и ложатся на обнажённую кожу. Я судорожно втягиваю воздух, приподнимаясь на носки. Моё тело почти дрожит везде, где он ко мне прикасается.

— Ты хочешь меня, — повторяет он.

Закрыв глаза от накатившего блаженства, я отдаюсь ощущению его губ, которые жадно целуют линию моей челюсти.

— Я тебя… — выдыхаю я. — Не хочу.

Он имеет наглость рассмеяться.

— Какая красивая лгунья.

Я крепко сжимаю его волосы в кулаке и притягиваю к себе.

— Господи, просто заткнись и поцелуй меня.

39.Берди



Джаспер целует меня, и я хочу растаять, как свеча. Какая это ужасная ошибка — обдумаю позже. А пока я просто хочу этого. Никакого анализа. Никакой паники. Только страсть, сила и контроль. Я хочу отдать ему контроль. Хочу отключить голову.

Он запрокидывает мне голову, беря инициативу в свои руки.

— Можно к тебе прикоснуться?

— Да, пожалуйста. — Я уже прижимаюсь к нему ближе. Боже, как он пахнет. Его одеколон сладко-пряный, как осень во флаконе. Теплый инжир и кедр, ноты амбры. Хочу уткнуться лицом ему в шею и вдыхать его аромат, пока трусь о его бедра. Опустив руки между нами, тяну за край его футболки и начинаю расстегивать ремень.

Он стонет, разрывая поцелуй.

— Берди...

Я ловлю свое имя с его губ новым поцелуем, дразняще проскальзывая языком, прежде чем он успевает отстраниться.

— Ты правда этого хочешь?

Киваю, продолжая расстегивать его джинсы, но он резко приподнимает мне голову, его лицо непреклонно.

— Тогда скажи это.

— Ты сам просил показать, — дразню я, поглаживая твердый контур его члена.

Он перехватывает мое запястье.

— Скажи это, или больше ничего от меня не получишь.

Он меняет правила, и это нечестно, учитывая, как я сейчас возбуждена. Он же сам сказал, что мне достаточно просто показать. Близость дается куда легче без слов. Я просто хочу, чтобы мое тело почувствовало хоть что-то, кроме этой паники.

— Джаспер, пожалуйста...

Его пальцы сильнее сжимают моё запястье, взгляд становится тяжёлым.

— Думаешь, я не вижу, в какую игру ты играешь? Я сам её придумал, Берди. Мы с тобой, мать твою, две стороны одной медали.

Пытаюсь вывернуться из его хватки.

— Отпусти...

— Ты борешься не со мной, ты борешься с собой. Отбрось свои чертовы щиты. Хочешь, чтобы я вошел в тебя? Прежде чем это случится, ты должна впустить меня.

— Джаспер...

— Посмотри на меня. — Он берет меня за подбородок, заставляя поднять глаза. — Ты у меня внутри, Берди. Посмотри мне в глаза и убедись сама. — Его стальные серые глаза такие открытые и честные.