— Впусти меня, — хрипит он. — Расслабься для своего избранника.

Со стоном я пытаюсь расслабиться. Ощущение такое странное. Это не его пальцы. Нет, это нечто мягкое и прохладное, скользящее, словно шелк, по коже. О боже... Джаспер дразнил меня такой возможностью в лесу.

Тени.

Открыв глаза, я моргаю, глядя на него снизу вверх.

— Покажешь мне?

Тени струятся из него, даже в телесной оболочке. Зверь внутри слишком силен, чтобы магия оболочки могла его сдержать. Я чувствую, как тени, словно шелковые ленты, обвивают мои лодыжки, удерживая ноги в воздухе. Медленно они раздвигают меня шире, открывая путь для ползучего щупальца, которое проталкивается всё глубже в мою задницу.

Я дрожу всем телом, пригвожденная к кровати членом Дайна, а теперь еще и его тенями. Он делает глубокий выпад бедрами, заполняя мою киску. Еще одно осторожное движение, и давление его теней внутри меня заставляет чувствовать, что я вот-вот взорвусь.

Со стоном он наклоняется и касается своими приоткрытыми губами моих.

— Вот так должно быть всегда... ты до краев наполнена мной во всех своих дырочках и кормишь меня своей сладкой душой.

Я вздрагиваю, покачивая бедрами навстречу ему.

— Рейфы могут кончать?

— Эта оболочка безупречна. Я не оставлю тебя неудовлетворенной.

— Кончи в меня, — умоляю я. — Боже, мне это нужно. Нужно, чтобы ты наполнил меня. Оставь мне хоть что-нибудь, хоть частичку себя. Дайн, пожалуйста...

Он заставляет меня замолчать поцелуем, его тело ритмично бьется о мое. Я не знаю, где заканчивается он и начинаюсь я. Окутанная его тенями снаружи и изнутри, здесь нет ни начала, ни конца. Есть только мы. Я чувствую, что стою на самом краю, готовая сорваться вниз. Пути назад уже не будет. Той Вирджинии Роудс, которой я была, когда впервые прибыла на остров, больше нет. И кто теперь займет ее место?

Оргазм разрывает меня на части. Я выкрикиваю его имя, дрожа в его объятиях, пока он с криком изливается в меня. Дайн наполняет меня так сильно, что для спермы больше не остается места. Она вытекает наружу, обволакивая его член, и звуки между нами становятся влажными и хлюпающими. Мы как два диких зверя: цепляемся друг за друга, целуемся, кусаемся и произносим имена друг друга, пока наши тела изо всех сил пытаются слиться воедино.

Но в конце концов мы разделяемся. Он перекатывается на бок, не вынимая члена и теней и утягивая меня за собой. Я лежу в его объятиях, поражаясь тому, насколько он неподвижен. А потом вспоминаю, что рейфам не нужен воздух.

— Мы правда можем быть истинной парой? — бормочу я. — Баз сказал, что для рейфа это невозможно.

— Не знаю, — честно признаётся он. — И правда, я никогда раньше о таком не слышал. — Он слегка меняет положение, опускает голову и ловит мой взгляд. — А ты сама хочешь стать моей истинной парой, Берди Роудс? Намерение в магии значит очень многое. Может быть, наших намерений окажется достаточно, чтобы сделать невозможное возможным.

Это безумие. Я едва знаю это создание. Но я прижимаюсь к нему, пока его член и тени всё еще глубоко внутри меня.

— Хочу, — шепчу я. — Дайн, я хочу быть твоей. — Заколебавшись, немного отстраняюсь.

— Что такое?

— Просто... — Смаргиваю внезапно подступившие слезы. Для грустного Козерога-одиночки это серьезное признание. — Кажется, я хочу быть и парой Джаспера тоже. Но разве... в смысле, это вообще возможно? Может ли человек претендовать на двух партнеров?

Со вздохом он перекатывается вместе со мной, усаживаясь поверх моих бедер. Опустив лицо, он снова вдыхает мой запах, целуя изгиб шеи.

— Я надеялся, что ты это скажешь. Что бы это ни происходило между нами, наш ведьмак тоже часть этого. Мне нужно, чтобы ты позаботилась о нем за меня... когда я уйду.

Я напрягаюсь.

— Не надо. Если она призовет тебя, я просто позову тебя обратно. Ты мой, Дайн...

— Нет. — Он отстраняется, высвобождая из меня свой член и тени.

Я морщусь от ощущения, как огромное количество спермы вытекает между ног. Она скапливается на бедрах, и мне приходится бороться с хаотичным желанием засунуть пальцы в киску, чтобы заткнуть ее. Я не хочу, чтобы хоть какая-то частичка его ускользнула.

Он садится на пятки, глядя на меня сверху вниз. Его лицо становится серьезным.

— Не зови меня. Я приду, как только смогу. Теперь каждое моё свободное мгновение принадлежит тебе. Понимаешь? Если ты позовёшь меня, а я не смогу прийти, я лишь впаду в панику. Сначала я должен выяснить, что задумала она.

— Что задумала она?

Он кивает.

— У Людмилы всегда есть новый план.

Я сажусь и беру его за руки.

— Ты должен выжить, слышишь меня? Ты должен вернуться ко мне.

Он кивает, сжимая мои ладони.

— Я вернусь. Берди, я... — Он судорожно вздыхает; его грудь и плечи напрягаются. Цвет его глаз меняется с янтарно-карего на дымчато-черный.

— Дайн?

— Она зовет меня, — говорит он своим низким, хриплым голосом.

Слёзы обжигают глаза, пока я крепко сжимаю его левую руку. Повернув её, я смотрю на кольцо с лазуритом у него на пальце.

— Пожалуйста… останься. Борись.

— Не могу.

Он высвобождает руку из моей хватки и резким движением стягивает с пальца кольцо. В тот же миг передо мной возникает рейф — капюшоне, в мантии, окутанный клубящимися чёрными тенями. Это то самое существо из переулка, которое поставило Джаспера на колени. Монстр, что разорвал Энцо Барсотти надвое. Ужасающий, неподвластный времени.

Он сама Смерть.

И теперь он каким-то образом мой. Рейф протягивает мне перстень с печаткой.

— Возьми его, — хрипит он. — Отдай Джасперу. Он может ему понадобиться.

Слезы катятся по щекам, я беру кольцо.

Он берет мое лицо в свои костлявые ладони.

— Береги себя, моя Берди. Доберись до парома.

Я поднимаюсь на колени и тянусь к нему.

— Нет! Дайн… не уходи…

Но в вихре теней он исчезает.

— Дайн!

68.Джаспер



Слова Фрэнки тяжёлым грузом повисают в моей кухне.

Она знает.

Людмила знает, что мы идем за ней.

Взгляд Коры мечется между нами, в ее глазах отчетливо читается страх.

— Откуда Людмила знает, что мы задумали? У нее на острове шпионы? Как это вообще возможно с нашими защитными чарами?

Тяжелый ком в животе обрывается вниз, оставляя после себя лишь пустоту.

Ох, блядь...

Вороны.

Со стоном я откидываюсь на спинку стула, опуская голову от стыда и гнева. Уперев локти в колени, зарываюсь обеими руками в волосы. Это всё моя вина. Я сам навлек это на нас. Я знал, что вороны представляют угрозу, ее маленькие магические Глаза в моих небесах. Из-за всего этого хаоса здесь, на земле, они пропали из виду... и вылетели из головы.

Но на самом деле они никуда не исчезали. Готов поспорить, сегодня утром она заставила их кружить над Хоумвудом. Вот откуда она знает, что мы делаем. Она видела, как загорелся георадар. Видела, как Фрэнки покинула остров вместе с Берди...

Мой стон переходит в низкий рык. Она видела мою Берди. Знает, что она в этом замешана. Меня переполняет ярость. Ярость, горе, раскаленное добела негодование. Эта ведьма смеет следить за моим островом? Моей семьей? Моими друзьями? Я медленно поднимаюсь со стула.

Кора отстраняется, широко распахнув глаза.

— Дядя Джас? Что такое? Что случилось?

Фрэнки, лежа на спине на кухонном столе, смотрит на меня снизу вверх. Раненая, на волосок от смерти. Это я с ней сделал. Моя ошибка едва не стоила Фрэнки жизни.

— Джас... твои глаза.

Дважды моргаю, чувствуя, как там закипает сила.

— Я разберусь с этим раз и навсегда.

— С чем разберешься? — кричит Кора. — Джаспер, ты куда?

— Займись Фрэнки! — Командный тон не оставляет места для споров. Выходя из кухни, я позволяю магии бушевать внутри меня, словно буря, пока иду через прачечную на задний двор.

Горти бежит трусцой по траве, кот семенит за ней по пятам.