— Что?

— Меньше чем через неделю университетский комитет по этике прикроет его проект. Вот о чём мы сегодня говорили. Ему не удалось найти достаточно доказательств, подтверждающих его теорию о том, что тела забрали из церкви и похоронили в Хоумвуде. Никто не позволит ему перекопать весь лес в поисках того, чего там, возможно, вообще нет.

— Но разрешения на проведение работ…

— Уже не имеют значения, — заверяю я его. — Есть только одна вещь, которая могла бы сдвинуть этот проект с мёртвой точки, и у него её нет. И уверяю тебя, он её не получит.

— Что ему нужно?

— Дневник. Дневник Роберта Дента, мужа Элис Дент. У Хоу есть пара ксерокопий оттуда, но ему нужен оригинал целиком.

Джаспер на мгновение задумывается.

— Ладно... ну, и почему ты так уверена, что он его не достанет? Если он в архиве...

— Его там нет. Поверь, Хоу искал.

— Тогда где он?

Бросаю взгляд на стопку старых книг у него на коленях.

Он медленно опускает взгляд туда же. И со вздохом произносит:

— Дерьмо. У Мерси? Серьезно?

— Это у ее отца были ксерокопии страниц. Уильям Бартлетт? Хоу просто складывает два и два, и молится, чтобы получилось четыре.

— И он послал тебя, — заканчивает Джаспер. — Использует тебя, чтобы добраться до Мерси?

Сдерживаю неприятную дрожь.

— Ну, «добраться до нее» звучит как-то зловеще. Я собиралась спросить у нее, Джаспер.

В его прищуренных глазах сквозит недоверие.

— В смысле использовать ее.

— Нет, спросить, — повторяю я.

Он фыркает, отворачиваясь.

— Эй, так и работают исследования. Иногда, чтобы рассказать историю, мы не можем полагаться только на книги и артефакты, уже надежно каталогизированные в музеях и архивах. Порой приходится выходить в поле и искать ответы самостоятельно. Именно это я и собиралась сделать. Мерси была вправе отказать мне. И если бы она сказала «нет», на этом бы всё и закончилось. Я сказала Хоу, что попрошу ее только один раз.

Он откидывается на сиденье, явно обдумывая всё это.

— Значит, если ты ничего не сделаешь, проект Хоу завершится на следующей неделе?

— В общем-то да. Если он дорожит карьерой, то не пойдет против комиссии по этике. У него не будет выбора, кроме как остановиться.

Минуту мы оба молчим.

Территория вокруг Прескотт-хауса при свете дня выглядит совсем иначе. Большой белый амбар и разбросанные хозяйственные постройки видны куда лучше. Половину восточного двора занимает раскидистый сад с травами и цветами, что логично, учитывая, сколько растительных ингредиентов нужно для чаев и мыла. Глядя через лобовое стекло джипа, я прослеживаю взглядом травянистый холм, спускающийся на запад, к овощным грядкам. Сразу за ними виднеется кладбище. Инстинктивно открываю дверцу и выхожу.

— Ты куда? — окликает Джаспер.

Всё это такое безумие. Сегодня у Джаспера были похороны. Фальшивые похороны. Я просто обязана это увидеть. Оставив дверцу открытой, иду сквозь высокую колышущуюся траву.

— Берди! — Он идет следом. — Тебе не обязательно делать это сейчас.

Обязательно.

Продолжаю идти к грядкам. Растения полные и сочные, тянутся вверх в лучах солнца. Трава цепляется за штанины джинсов, а солнце целует голые плечи. Идеальный летний день. Но внутри всё холодеет. Зловещее чувство кружит надо мной в небе. Я уже чувствовала его однажды — вообще-то сегодня утром. Поднимаю взгляд и вижу пару черных точек, медленно кружащих в вышине.

— Вороны...

— Я знаю. — Неожиданно Джаспер подходит и берет меня за руку, сплетая наши пальцы. — Они тебе не навредят. Но говори тише. Не уверен, насколько хорошо они слышат.

Крепко держа его за руку, прохожу мимо края бревенчатой ограды и останавливаюсь. Там, выстроенные аккуратными рядами, покоятся все Прескотты прошлого. Надгробия самых разных форм и размеров. Некоторые — скромные прямоугольники, не более чем имя с датами рождения и смерти. Другие — вычурные викторианские памятники с херувимами, шпилями и гравированными люнетами.

В конце ближайшего ко мне второго ряда виднеется свежий холмик перекопанной земли. Обхожу первый ряд могил, Джаспер идет рядом. Мы останавливаемся, и я вижу простое надгробие с выбитыми черными буквами: ДЖАСПЕР ЛАЙОНС ПРЕСКОТТ.

Смотрю на мужчину рядом со мной, рассматривая его сильную челюсть, темные волосы и печальные серые глаза.

— Зачем тебе нужно, чтобы Хоу и «РХГ» считали тебя мертвым?

— Всё сложно. — Его взгляд по-прежнему прикован к камню с собственным именем. — Если я скажу... пути назад не будет. Ты должна быть готова к этой правде.

— Я готова, — шепчу. — Пожалуйста, я должна знать.

Медленно он поворачивается ко мне.

— Это «РХГ» всё затеяли. Это они прислали того, кто напал на меня прошлой ночью. Хотят, чтобы я перестал мешать раскопкам. Им нужны гримуары.

— И ты не можешь позволить им забрать их?

— Нет.

— И как же твоя игра в мертвеца их остановит?

Он понижает голос, бросая взгляд на высоко кружащих воронов.

— Игра в мертвеца дает мне время сорвать их планы. Они хотели от меня избавиться, и вот меня нет. Но из тени я намерен их остановить. Берди, если эти книги попадут не в те руки, последствия могут быть катастрофическими.

Подавляю еще одну дрожь.

— Катастрофическими? Что, по-твоему, в них? Ядерные коды пуританской эпохи?

По его губам скользит улыбка.

— Может быть. Или что-то еще хуже.

Высвободив руку, делаю медленный шаг назад.

— Ты хочешь сказать... я к тому, чтобы всё было предельно ясно...

Он выдерживает мой взгляд и кивает.

— Всё в порядке. Можешь произнести это вслух.

Сердце делает кульбит.

— Я... Джаспер, ты думаешь, что книги заклинаний — настоящие? Думаешь, кто-то из «РХГ» намерен использовать их для реального колдовства?

— Я не думаю, — отвечает он. — Я знаю.

— Откуда ты знаешь?

Джаспер выпрямляется во весь рост; тень ложится на холмик перекопанной земли, обозначающий пустую могилу с его именем.

— Потому что я ведьмак.

38.Берди



Ладно... нет, всё нормально. Самый угрюмый и привлекательный мужчина в мире думает, что он ведьмак. У каждого должно быть хобби, верно? Я вот бегаю и люблю печь. Кто-то скачет по спортзалу с фальшивой лошадиной головой между ног. Другие приделывают чучела мышей к шестам для стриптиза. Суть в том, что это никому не вредит.

Значит, у Джаспера тоже есть хобби? Это абсолютно рационально и очень даже нормально. Я точно не стану осуждать.

Вздыхая, он качает головой.

— Ради всего святого, скажи что-нибудь, Берди.

— Всё в порядке.

— Я ведьмак, — повторяет он.

— Ага. Я слышала с первого раза. И это абсолютно...

— Нормально? — заканчивает он за меня. — Ты мне не веришь, да?

Решив быть выше этого, одариваю его примирительной улыбкой.

— Я верю, что ты веришь...

— Не надо. — Скрестив руки на груди, он сверлит меня взглядом, не повышая голоса. — Не смотри на меня свысока и не пытайся это рационализировать. Я не говорю, что я ведьмак в обыденном смысле. Это не просто выбор образа жизни или набор религиозных убеждений. Я настоящий ведьмак. Магическое существо. Смертный, как и ты, но не человек.

Сердце колотится; я оглядываю открытое поле. Полагаю, мысль о том, что Джаспер считает себя ведьмаком, никогда не выходила за рамки возможного. Он держит оккультный магазин. И я была абсолютно не против, когда думала, что это просто чтение таро и тассеомантия, ну может, еще кристаллы для исцеляющей энергии. Но он только что произнес слова «магическое существо». Он что, думает, что он какой-то маг? Такой себе волшебник, которому достаточно дёрнуть носом, чтобы сотворить заклинание?

— Ладно, — выдыхаю я. — Ты правда ведьмак?

— Да.

— Тогда докажи.

— Не могу.

Ну конечно, не может.

— Дай угадаю... нам нужно дождаться полнолуния или типа того? Нет под рукой волшебной палочки? Оставил волшебную пыльцу в других штанах...