А теперь её нет.

Я ворвался в дом к Фэну, не думая о приличиях. Он уже разделся и собирался ложиться, но увидев моё перекошенное лицо, встревоженно вскочил.

— Ян? Что случилось? Ты чего в таком виде?

— Фэн! — выпалил я, едва переводя дух. — Бочонок! Мой бочонок, который в дровнице стоял, с водой! Его нет! Пропал!

— Какой бочонок? — не понял Фэн. — Ты о чём?

— С рыбой! — заорал я, понимая, что теряю контроль, но ничего не мог с собой поделать. — Там была рыба! Редкая рыбина! Я её в реке случайно поймал, и она у меня в бочонке жила, думал что если совсем подопрёт и не успею денег найти, то продам её! И теперь её нет! Украли!

Фэн уставился на меня так, будто у меня выросли рога.

— Поймал редкую рыбу в нашей реке? — переспросил он недоверчиво. Фэн нахмурился, почесал бороду. Видно было, что он переваривает информацию. — Постой, не кипятись, — наконец сказал он спокойно. — Давай думать. Когда ты её в последний раз видел?

— Утром, в день похода в лес, — ответил я, стараясь успокоиться. — Точно помню, бочонок стоял в дровнице, я ещё подумал, брать с собой или нет. А потом… потом всё завертелось и я только сегодня о ней вспомнил.

— Хм… — Фэн задумался. — Значит, пропажа могла случиться в любой день, начиная с того утра. А кто знал, что у тебя там что-то есть?

— Никто, — я покачал головой. — Я никому не говорил. Даже тебе.

— Вот именно, что даже мне, — задумчиво протянул Фэн. — Значит, если никто не знал, то это либо случайность, либо кто-то шарил по дровнице в поисках чего-то ценного. А что у тебя там ценного, кроме этой рыбы?

— Больше ничего, — я задумался. — Деньги я всегда с собой ношу.

— Деньги с собой, — повторил Фэн. — Хм… А ведь в день, когда ты пошёл в лес, рядом снова крутился Сумо со своей ватагой. Я как раз собирался выйти да надавать ему по шее, гляжу, а его уже и след простыл. Я тогда не придал значения, мало ли куда шпана подевалась.

— А если они за мной следили? — предположил я. — Видели, что я ухожу в лес, и решили проверить, что у меня в дровнице? И нашли бочонок?

Фэн покачал головой.

— Тогда беда. Он же был в секте, хоть и не доучился, а значит имеет представление о духовных животных и прекрасно осознаёт их ценность. — торговец внезапно помрачнел лицом. — и сдаётся мне, я догадываюсь, куда он мог с ней пойти.

Я сразу догадался, о чём он хочет мне сказать и закончил за него.

— Он же мечтает вернуться в секту и теперь, когда у него есть нечто ценное в руках, вполне может сделать подношение старейшие, надеясь, что его вернут. Верно?

Я стоял, и внутри меня всё клокотало от ярости. Только что, казалось бы, всё наладилось. Деньги есть, долг завтра закрою, разрешение получу, и можно будет жить спокойно, продавать лапшу, наконец начать разбираться с процессом культивации и Кодексом Практика и даруемым им возможностям. А теперь этот внезапный удар под дых.

– Фэн, – я схватил торговца за рукав. – Мы должны найти его прямо сейчас, пока он не ушёл в эту чёртову секту.

Фэн нахмурился, но руку не отдёрнул. Смотрел на меня внимательно, изучающе.

– Ян, ты уверен, что эта рыба стоит таких переживаний? Ну, пропала и пропала. Рыба и рыба, мало ли что там в реке плавало. Я понимаю, обидно, но не настолько же, чтобы ночью лезть в трущобы и искать шпану.

– Ты не понимаешь! – вырвалось у меня. – Это же не просто рыбина! Это…

Я осёкся на полуслове, вовремя остановившись. Чуть не ляпнул. Что блин со мной происходит, что иногда язык бежит вперёд головы? Влияние гормонов молодого тела? Чуть не сказал то, чего говорить было нельзя. Откуда я могу знать название редкой рыбы и то, что она аж второго ранга?

Кодекс. Внекатегорийный артефакт. Моя единственная настоящая тайна, которую нельзя раскрывать никому, и даже Фэну, пусть он спасёт меня хоть сто раз подряд. Это даже не вопрос доверия. Я уверен на тысячу процентов, что такая вещь, как внекатегорийный артефакт, в этом мире стоит дороже, чем миллиард рыбин даже третьего или четвёртого ранга. И если кто‑то узнает о нём, меня убьют не задумываясь, чтобы заполучить его, потому что даже я, несмотря на то что толком ничего не знаю об окружающем мире, вижу его бесконечно огромный потенциал.

Я замолчал, лихорадочно соображая, как выкрутиться. Фэн ждал, приподняв бровь.

– Ян, – мужчина присел рядом, положил тяжёлую ладонь мне на плечо. – Расскажи мне про эту рыбу, только подробно. Как она выглядела, какие приметные признаки? Я, может, и не алхимик, но уж поверь, про рыбу знаю столько, что многие позавидуют. Я же всю жизнь то ловил её, то готовил.

Чтобы успокоиться, я глубоко вздохнул, пытаясь унять бешеное сердцебиение. Нужно было сказать что‑то правдоподобное, что‑то, что объяснило бы мою реакцию, но не выдало бы главный секрет моего всезнайства.

Я поднял голову, посмотрел на торговца. В принципе, описание внешнего вида рыбины никак не выдаст мой секрет, а вот Фэн может чего и подскажет. Может ситуация действительно выеденного яйца не стоит и такую рыбу можно купить на рынке за сотню медяков, и я тут зря руки заламываю.

– Ну… Она странная была, очень уж необычная, почему я и подумал, что она должна дорого стоить, – начал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Почти прозрачная, сквозь кожу скелет видно было, как будто плоти и вовсе нет. Позвоночник как у змеи, длинный, и от него во все стороны тонкие косточки, как иглы. А голова… – я зажмурился, вспоминая. – Голова маленькая, узкая, с вытянутой мордой. И усики длинные, как у сома, только тоньше. Плавники широкие, прозрачные, с тёмной каёмкой по краю.

Фэн слушал, и с каждым моим словом лицо его вытягивалось всё сильнее. Когда я закончил, он громко выдохнул.

– Великие Небеса… Ян, ты хоть понимаешь, что ты нашёл? – он даже привстал, вглядываясь мне в глаза. – Это же редкость несусветная. Рыба второго ранга Кость Дракона, причём по описанию, верхних стадий, почти третьего ранга! У начальных стадий видна кровеносная система, но чем ближе рыба к переходу на новый ранг, тем она прозрачней.

– Кость Дракона? – переспросил я, делая вид, что слышу это название впервые. Хотя внутри всё ёкнуло – Кодекс не обманул, впрочем, это было понятно и раньше. Правда там не было градации по стадиям, как у людей, но учитывая огромное количество заблокированных пиктограмм, возможно это появилось бы позже.

– Именно! – Фэн возбуждённо заходил кругами, размахивая руками, совершенно не похожий на самого себя, обычно он был более сдержан. – Это ж редчайшая тварь! Она водится только в самых глубоких, самых холодных горных озёрах, куда даже практики средней стадии сунуться боятся! Там, где вода настолько чистая, что кажется, что её и вовсе нет, и где ци сгущается так, что её словно ладошкой можно набрать! А ты говоришь – в реке поймал? Да за такую рыбину на верхних ярусах готовы заплатить…

Он замер, посмотрел на меня и медленно, с расстановкой, словно вбивая гвозди, произнёс.

– Сотни золотых слитков, Ян, а может, и больше, если найти правильного покупателя. Может даже духовный камень.

У меня чуть ноги не подкосились. Как я там только что думал? Сотню медяков? Ага… Бери выше.

– Сколько? – переспросил я внезапно севшим голосом.

– Сотни это минимум! – Фэн аж задохнулся от возмущения. – Ты бы не просто закрыл свой дурацкий долг перед Чжан Бо! Ты бы мог открыть ресторан! Не одну лавку с лапшой, а самый настоящий ресторан на верхнем ярусе, с красивой вывеской, с вышколенными официантами, с отдельными кабинетами для важных гостей! Ты бы нанял поваров, которые готовили бы под твоим началом, и озолотился бы! А ещё, – он ткнул меня пальцем в грудь, – ты бы купил столько очищающих пилюль, сколько захотел бы! Ты бы за месяц достиг моего уровня! Стал бы практиком стадии очищения тела, как я!