Они были живы, по крайней мере так казалось на первый взгляд. Я слышал их редкой, слишком редкое дыхание, как у спящих, видел, как двигались их пальцы, вот только человеком назвать их вот уж никак не мог. По крайней мере не в том смысле, который обычно закладывают в это понятие.

Их кожа была бледно‑серой с тёмными пятнами, похожими на синяки. По телам медленно двигались чёрные прожилки, пульсируя, словно под тканью одежды, а глаза… глаза были точь‑в‑точь, как у жителей деревни, только более светлые.

Я подошёл ближе и одна из фигур, молодая девушка с грязными, спутанными волосами, медленно повернула голову и посмотрела на меня. У неё, в отличие от других глаза были чёрными. Не зрачки, как можно подумать, а всё глазное яблоко, с красными прожилками капилляров, как у свиней на ферме. Тело крупными пятнами покрывали болезненные миазмы, а сама девушка видимо готовилась к смерти.

– Это не люди. – Произнёс я тихо, не веря собственным глазам.

– Доброе утро, – сказала она, – Как дела? Могу предложить вам свежие паровые булочки. Лучшие булочки в нашей деревне.

– Сколько их? – Спросил я, не оборачиваясь.

– Сегодня загнал тридцатого. – Ответил Вэй, – но вчера было больше. Некоторые умирают, и я отношу их на ферму. Сжигать нельзя – дым всё убьёт, закапывать тоже. У нас просто нет выбора.

– Что же это за порча такая? – Прошипел сквозь стиснутые зубы, вспоминая эксперименты тёмного практика в убежище, в трущобах Деревни Травников.

– Мы надеялись, ты поможешь найти нам ответ. – Раздался за спиной голос Лан, – У тебя и доступ к Академии есть больше, чем у кого‑либо, но если ты опасаешься и не хочешь, я…

– Я помогу тебе, Лан – Сорвалось с моих губ, – И не потому, что ты попросила, а… считай это личным делом. Вот только мне потребуется время.

– Времени нет, – ответил Вэй, – точнее оно было, но теперь уже нет. Каждый день кто‑то умирает, а свиньи больше справляются. Если земля начнёт погибать, в городе точно об этом узнают и тогда всё. За нами придут.

Я подошёл к одному из заражённых. Мужчина в разорванной рубахе, с открытой раной на груди.

– С виду мирные, зачем вы их держите взаперти?

– Они нападают, – ответила Лан, – не всегда, но иногда нападают. Вдруг просыпается что‑то и они бросаются на тех, кто рядом. Один раз чуть не убили Вэя.

– Убить их тоже не вариант. – коротко произнёс я.

– Убить‑то можно, – Горько усмехнулся Вэй, – вот только через час тело начнёт разлагаться и отравлять всё вокруг. В теории, от одного трупа не будет много вреда, но это происходит уже целый год и пускай сейчас в деревне осталось тысяч шесть, раньше было почти восемь.

Значит вариант всего один. Придётся воспользоваться Кодексом.

– Оставь мне лампу и выйди. – Произнёс я, не оборачиваясь, – ты тоже, Лан.

– Что? Зачем? – Недоумевающе спросила девушка и шагнула в мою сторону.

– Ты хочешь моей помощи? Я стараюсь помочь, так что не задавай лишних вопросов и делай, как велено. Заприте меня внутри, а как закончу, постучусь. Лучше стойте снаружи и стерегите амбар, вдруг кто‑нибудь недалеко решит помереть.

Лан хотела возразить, но Вэй молча кивнул, поставил лампу у стены и потянул девушку за рукав. Дверь за спиной закрылась, засовы лязгнули, и я остался один в мраке, освещаемом одиноким огоньком в компании с тридцатью живыми мертвецами. Да, именно мертвецами. Называть их людьми язык у меня не поворачивался. Даже когда девушка мычала и предлагала мне свежего парного молока, делала она это с заплетающимся языком.

Я подождал пока глаза привыкнут к темноте и медленно выдохнул. Переставил масляную лампу в центр амбара, и она тут же отбросила дрожащие тени на стены. Заражённые сидели неподвижно, прижавшись друг к другу, и их чёрные пустые глаза отражали свет, как у ночных зверей. Некоторые всё ещё шевелили губами, повторяя всё же бессмысленные фразы, а другие сидели молча.

Медленно прошёлся вдоль стены, рассматривая их с особым вниманием. Мужчины, женщины, был даже один подросток, когда были обычными людьми. Крестьяне, кузнецы, мельники, а теперь превратились в пустые оболочки. Ещё до активации Кодекса мне пришла в голову мысль, что возможно это результат действия какой‑нибудь тёмной техники. Раз внутри этих существ царила чёрная пустота, значит энергия должна была куда‑то деться. Неужели где‑то рядом был тёмный практик, высасывающий ци из всей деревни и превращая её в пилюли⁈

Этот вариант отметать нельзя.

Вдруг мужчина в разорванной рубахе, с открытой раной на груди, поднял голову. Его чёрным глаза уставились на меня, а сам он замер, как зверь, почуявший добычу. Я инстинктивно потянулся за мечом, когда живой мертвец медленно, на четвереньках, двинулся в мою сторону.

– Не подходи. – тихо сказал я.

Мужчина не послушал. Он встал на ноги и, шатаясь, сделал шаг ко мне. Из его раны на груди сочилась тёмная жидкость и капала на земляной пол. Он сделал ещё шаг, а затем ещё и я вздохнул.

Когда мертвец оказался слишком близко и протянул закостеневшие пальцы, я перехватил его запястья, развернулся и одним резкие движением свернул ему шею. Тело рухнуло на пол и чёрная кровь потекла по земле, смешиваясь с грязью.

– Доброе утро. – Пробубнил один из заражённых.

Я отступил в угол, утягивая за собой тело и закатал рукав.

Кодекс на запястье приветливо отреагировал и выдал ожидаемый текст

Выявлено использование тёмной техники. Автоматический запрос на поиск способа нейтрализации. Стандартные способы умерщвления запрещены

Кодекс молчал несколько секунд, а потом засветился ярче и передо мной развернулась длинная инструкция.

Способ обнаружен. Алхимическая обработка заражённых тел. Внимание: обработка не ведёт к излечению зараженных техникой и лишь очищает тела для захоронения

Чёрт, а я надеялся на спасительную таблетку. Ладно, тогда сначала займёмся очисткой мертвецов, а затем приступлю к поиску источника проблемы. Это по крайней мере выиграет мне какое‑то время, а у Вэя появится средство, если пойдут свежие зомби. Я посмотрел по сторонам, убедившись, что никто не подглядывал и углубился в текст.

Для создания Эликсира Очищения требовались следующие ингредиенты.

Костная мука горной крысы (нулевого ранга) – а костях этого животного находится достаточно природных противовирусных бактерий, помогающих в очищении миазмов.

Сок Алоэ (Нулевой ранг) – Растворяет чёрные сгустки и не дает им затвердеть.

Вода, прошедшая сквозь насыщенную духовной энергией местность – годится только та, что протекает через пласты, обильно пропитанные природной ци, и набрана прямо в том месте, где поток выходит из земли. Сразу после сбора воду необходимо запечатать в специализированный сосуд, чтобы она не утратила она впитавшуюся в неё силу.

Процесс: Смешать костную муку с соком алоэ, залить кипятком и настоять ровно пятнадцать минут. Остудить до комнатой температуры и добавить воду из горных рек в соотношении один к десяти.

Применение: Расковырять или найти уже существующую рану на теле заражённого, вылить раствор внутрь и уложить лицом к земле на север ровно на тридцать минут. После очищения тела можно хоронить без последствий.

– И всё? – спросил я, размышляя вслух. – Думал будет намного сложнее.

Вот только если первые два ингредиента нулевого ранга, то вот воду ещё было нужно найти. Получается, абы какая не подходила, нужна была особоая. У меня не было личного доступа к мечу мастера Чэна, но вот его разрешение на потрошение ресурсов Академии, всё ещё в силе. Правда для этого придётся вернуться на Вьюге обратно и потенциально наткнуться на мастера Ши. Разберёмся.

Я закрыл Кодекс, подошёл к двери и постучал. Засовы лязгнули и Лан выпустила меня наружу.

– Ну что? – Спросила она, едва я вышел. – Нашёл что‑нибудь?