Я, хоть к ним и не относился, тоже любил эти часы, когда никто тебя не побеспокоит и можно заниматься чем угодно, навёрстывая упущенные возможности. Вот и сейчас, решил немного позаниматься, вбивая движения с мечом в подкорку головного мозга.

Размялся сам, повторил базовые стойки, которые показал мастер Чэн, и, взяв Обезглавливатель в руки, принялся отрабатывать рубящие удары по одному из деревянных манекенов. Клинок, очищенный от ржавчины, и теперь на мой взгляд выглядящий просто невероятно красиво, со свистом рассекал утренний воздух, и я старался, чтобы каждое движение было точно выверено, фокусируясь на правильности ударов, раз за разом производя взмах, пока не появлялось ощущение того, что он стал идеален.

Причём Кодексом не пользовался, стараясь добиться того‑же функционала самостоятельно. Я ведь прекрасно осознавал, что артефакт, пусть и внекатегорийного ранга – это всего лишь бездушная железяка. Безусловно полезная, но то, что она даёт, можно достичь и без её помощи.

Я же как‑то обзавёлся личным духовным чутьём, причём не то, что не уступающим его функционалу, но и значительно превосходящим. Значит и с талантом обращения с оружием всё должно быть точно‑так же. Я должен уметь самостоятельно драться и осваивать всё без помощи голограммы, подсвечивающей проблемные зоны.

Руководствуясь этим, и представляя, что передо мной не бездушная деревяшка, а живой, опасный противник, который только и ждёт, чтобы я совершил ошибку, атаковал манекен, не доводя удар до конца и останавливая его в миллиметре от дерева. Сделал выпад, и тут же ушёл в сторону, прикрывая корпус. Нанёс рубящий удар сверху, и тут же перенёс вес на заднюю ногу, готовясь к защите.

И с каждой минутой, проведённой с оружием в руке, я чувствовал, что оно становится мне всё ближе и ближе, буквально продолжением меня самого.

– Неплохо для новичка. – внезапно раздался голос за спиной и я, рефлекторно развернулся, выставляя меч перед собой, ощущая как на коже выступил противный липкий пот.

Чёртово духовное чутьё не предупредило, что ко мне сзади кто‑то подкрадывается!

Инструктор Ши стоял в десяти шагах, скрестив руки на груди, и смотрел на меня всё с тем же сложно читаемым выражением на лице. Он был одет так же, как и на прошлую тренировку, и казалось не испытывал ни малейшего беспокойства от утренней прохлады. Впрочем, он наверняка находится на чертовски высоком уровне развития, раз сумел скрыть от меня своё присутствие и уже мало походит на человека, скорее представляя из себя живое оружие. А живому оружию плевать на погоду, хоть солнечный зной, хоть колючая метель вокруг.

И в подтверждение моим мыслям можно вспомнить хотя бы показанная им скорость, когда он спас Фу Хая, переместившись так быстро, что пробил звуковой барьер, вызвав хлопок воздуха. Сколько это, больше трёхсот пятидесяти километров в час? Невероятно. И я более чем уверен, что он не показал даже части своих истинных возможностей.

– Инструктор, – коротко кивнул я, опуская меч и приветствуя его.

– Брось это, – он поморщился, махнув рукой, словно отгоняя назойливую муху. – Когда мы наедине, зови меня просто Ши. Или мастер Ши, если тебе так угодно. Инструктор звучит слишком сухо, а нам с тобой, чую, предстоит провести вместе немало времени.

Я удивлённо приподнял бровь, но спорить не стал, только отметил, что всем почему‑то, что‑то от меня надо.

Мастер Ши обошёл меня по кругу, и я почувствовал себя диковинным зверем, которого изучают перед покупкой. Право дело, он бы ещё зубы мои проверил.

– Твои движения, стали лучше, чем в прошлый раз. – произнёс он наконец, останавливаясь – Ты тренировался?

– Немного. – честно ответил я, не видя смысла скрывать.

– Похвально, – он одобряюще хмыкнул. – Большинство неофитов, которых мне приходится гонять, тратят ночи на пьянство, девок или бесполезные мечты о величии, ничего не предпринимая для его достижения. Ты же, насколько я узнал, постоянно занимаешься саморазвитием. Это, знаешь ли, редкое качество. – Он сделал паузу, глядя мне прямо в глаза. – Знаешь, сколько я видел так называемых талантов за свою жизнь?

Я покачал головой.

– Сотни. – Он усмехнулся. – Сотни одарённых мальчишек и девчонок, которым с рождения дали всё, начиная от невероятного количества ресурсов, которыми их насильно пичкали с детства и заканчивая одарённостью потенциалом, от которого у других бы слюнки потекли. И знаешь, где они сейчас?

Наверняка вопрос риторический, не требующий ответа, но раз уж мы тут играем в непонятную игру, то подыграю ему.

– И где же?

– Большинство мертвы, – подтвердил он мои догадки. – Погибли в первой же серьёзной схватке, потому что привыкли полагаться только на свой дар и думали, что они теперь способны бросить вызов самим Небесам. Другие застряли, не достигнув даже третьей стадии. И лишь единицы, – он поднял вверх палец, – единицы действительно стали теми, кого можно назвать воинами. Не талантливыми мальчиками, и не подающими надежды юнцами, а воинами. И знаешь, что их всех объединяло?

– Исходя из предыдущих слов, мгу предположить, что труд, – ответил я на его слова.

– Именно! – Ши одобрительно хлопнул в ладоши. – Труд. Бесконечный, выматывающий, кровавый труд, готовность вставать после каждого падения и снова идти вперёд. Вот что превращает талант из тлеющий искры в пламя. И я это вижу в тебе это, парень. Вижу этот огонь и готовность раздуть его так сильно, что он превратится в мировой пожар, раздутый на горе всем сильным мира сего. Пожар, который поглотит этот погрязший в крови и тьме мир.

Он замолчал, давая мне время переварить его слова. А я молчал, даже не зная, что и сказать на такую экспрессивную речь. Вот уж чего я точно не хотел, так это превращать весь мир в арену необъятной битвы. Мне бы просто время, чтобы развиться и стать таким сильным, чтобы больше никто не мог диктовать свои условия и всё. Дальше уже разберусь, что делать и куда идти. Может вообще сяду на берегу реки и буду рыбу ловить. Или начну искать способ вернуться на Землю, хотя что там делать, непонятно. Ничего меня особо на ней не держало.

– Ты уже понял, чем так необычно твоё тело? – внезапно задал он вопрос.

Я нахмурился, не понимая такой резкой смены разговора. Неужели он как‑то прознал о том, что я бы одержим тёмным практиком?

– В каком смысле?

– Я про твой талант, – он шагнул ближе, и приложил два пальца к моему запястью. Его ци, которую я наконец почувствовал, мощная, горячая, словно лава, словно объяла всё моё тело, и я увидел, как расширились его глаза. – Твоя скорость, реакция, выносливость, способность запоминать движения и аномальная адаптация к боевой обстановке. Ты думаешь, я не заметил? Ты в одиночку раскидал целую толпу неофитов, практически одного с тобой уровня развития, не получив ни одного серьёзного удара, лишь парочку вскользь. Я видел многое на своём веку, но, чтобы обычный неофит, обладал такой способностью к обучению… – Он покачал головой. – Это талант к боевым искусствам, причём талант высочайшего уровня.

Мне нечего было ему сказать, поэтому я просто молчал, ожидая продолжения и гоняя по кругу мысли о том, что возможно следовало просто свалить из города, потому что я буквально печёнкой чуял, что меня снова затягивает в водоворот каких‑то событий, участником которых я не особо хотел становиться.

– И вот что я тебе скажу, парень, – продолжил он внезапно, – С твоим даром и с моим опытом мы могли бы достичь такого величия, какое тебе и не снилось. Слышишь? – он подался вперёд, начав фанатично и горячечно шептать. – Я, Ши Гань, магистр боевого крыла Академии, лучший мечник этого города, второй по силе человек после главы, говорю тебе, что у тебя талант, который рождается раз в сотню поколений! И я вижу, как его нужно отшлифовать! Вижу, как из этого неогранённого алмаза сделать оружие, которое сокрушит всё на своём пути!

– Магистр?.. – до меня наконец дошло, кто стоит передо мной. Я то думал, что это обычный инструктор, а оно вон оно как оказалось, – Так вы…