- Ты часом не беременная?

Тори не знала, что сказать. По идее, нет. Но все знают, что вероятность - штука интересная.

Медсестра глянула в её карту, потом мельком на безымянный палец правой руки.

- Мужу-то позвони. Или не будет рад? Первый курс же... Но... Ты меня послушай, я много таких студенток вот на этом самом стуле видела. Дети не вовремя не случаются.

- Моя бабушка тоже так говорит, - прошептала Тори, а у самой от шока мысли спутались в один огромный клубок, из которого она никак не могла выудить конец ниточки. И не могла понять, что чувствует. Рациональное мышление отключилось напрочь. Остались одни бурные эмоции, которые требовали выхода.

- Девонька, это же хорошо, если малыш, - уговаривала рыдающую Тори медсестра, - Ты вот и замужем. Вот что, иди домой. Через аптеку. Там тесты сейчас в любой момент определяют. Деньги-то есть?

Тори кивнула. Да, это был отличный совет. Она сначала узнает точно. А потом уже будет решать. Хотя, что тут решать? У них с Алексом будет ребёнок? Они же женаты. И благополучны. У них всё есть. И жилье, и деньги. Их поддержат. Уж бабушка Мила - точно. Они справятся. Справляются же Комиссаровы.

Мысли бегали по кругу, как цирковые лошади. От ребёнка к учёбе. С учёбы к Алексу. От Алекса к бабушке Миле. От бабушки к Кате. От Кати - к Комиссаровым. И снова к ребёнку.

Краснея и запинаясь она в аптеке попросила тест на беременность. Самый точный.

- Не хочет молодёжь рожать, - прокряхтела у неё за спиной тучная тётка в мохеровой шапке, - Сначала гуляют как шалавы, а потом бегут на аборты.

Тори побледнела и была готова сползти на пол, такими ватными стали ноги.

- Прекратите сейчас же! - рявкнул на мохеровую тётку молодой мужчина, стоявший следом, - Девушка, не слушайте. До дома дойдёте? Водички? Мужу позвоните.

- Нет, спасибо. Дойду. Позвоню. Спасибо Вам.

Может быть, и хорошо, что Алекс в этот вечер дежурил в экипаже. Тори было важно побыть одной и убедиться во всём самой. Она сначала плакала, потом улыбалась и гладила совсем плоский живот. Потом долго смотрела в окно, как по Большому проспекту проезжают машины. Нужно было, наверное, что-то съесть. Но ничего в горло не лезло. Тори всё же запихала в себя йогурт и чай.

Она внимательно прочитала инструкцию к тестам. И решила дождаться утра. Чтобы уж наверняка. Посмотрела на вероятности ошибки. Посчитала общую вероятность, если использовать все три купленных теста. Получалось совсем ничтожное число.

Алекс звонил вечером. Расспрашивал, как прошёл её день. Выдумывать ничего не хотелось. Ещё вранья между ними не хватало! Но и рассказывать о своих предположениях Тори не стала. Сказала честно, что давление у неё упало. И она хочет пораньше лечь спать.

Она действительно легла пораньше. Выложила три разных теста в ванной. Думала, что мысли о ребенке не дадут ей уснуть. Но организм, видимо, знал лучше, как правильно. Тори отключилась быстро. И почти так же резко проснулась рано утром.

Обстоятельства вчерашнего дня не сразу вспомнились. В животе был комок. Несмотря на то, что она ничего почти ничего не ела накануне, Тори слегка мутило. Она задышала чаще. Уткнулась носом в подушку Алекса. Вдохнула любимый запах. Стало явно легче.

Два теста с двумя полосочками разного цвета и один с жирным плюсиком в окошечке. Тори призналась себе, что знала ответ ещё вчера в кабинете медсестры. Она беременна. В голове от осознания наступила тишина. Примерно такая, какая была в их коттедже в Финляндии, когда шёл снег.

Оставалось как-то сообщить об этом Алексу. Но не по телефону же.

"Тебя отпустят сегодня?" - написала она мужу.

"Да, я встречу тебя в универе! Соскучился!" - прилетел ответ через минуту.

Тори глянула на себя в зеркало. Стоило заняться собой прямо сейчас, позавтракать, если снова не будет мутить. И выдвигаться на занятия. Ей вспомнился вдруг Североморск и Катя, которая однажды никак не могла собрать себя на работу. Тогда она распахнула окно и впустила в комнату холод.

В распахнутое Викторией окно ворвался свежий холодный воздух, отчётливо пахнущий весной. Этот запах невозможно перепутать ни с чем. Так пахнет воздух, полный надежд и планов на будущее.

На занятиях она отвлеклась. Спецкурс по финансовой аналитике был действительно интересным. Тори не раз уже думала, что в будущем можно было бы неплохо реализовать свои способности в этой сфере. Вот только теперь у них с Алексом существенно поменяются планы. У неё конечно они поменяются больше. Ей же рожать. А муж будет продолжать учиться.

Алекс ещё накануне понял, что с Тори что-то не так. Она говорила с ним вечером так, будто не хотела расстраивать. Летом в каникулы нужно будет обязательно поехать на море, чтобы у неё хватало сил переживать питерские зимы. После дежурства ему хотелось спать. Да и учебный день был интенсивный. Но сначала Тори. А он сам потерпит.

Увидев Викторию, выходящую из дверей университета, Алекс залюбовался. Его жена потрясающе красивая. Он пошёл ей навстречу. Тори увидела его, вдруг сорвалась с места и побежала. Алекс поймал её, прижал крепко.

- Что случилось? - накинул ей на голову слетевший капюшон.

Тори смотрела Алексу прямо в глаза, будто искала подтверждение своих мыслей.

- Алекс... У нас ребёнок будет, - выдохнула без подготовки.

У Тори мелькнули в голове, что наверное можно было бы сообщить такую новость как-то интереснее. Сделать какой-то сюрприз. Но ей больше всего на свете был сейчас нужен уверенный взгляд мужа.

Алекс не сразу понял, что произнесла Тори.

- Что?

Виктория была готова расплакаться. Неужели, он не будет рад?

Но во взгляд Алекса постепенно возвращалась осмысленность. До него дошло наконец. Ребёнок. У них с Тори будет ребёнок.

Откуда взялись слёзы? Они брызнули из глаз Алекса. Он подхватил жену на руки. Ему хотелось кричать. Ребёнок! Он будет папой... Это больше, чем любовь! Это уже переход в вечность.

- Тори! - способность внятно говорить тоже возвращалась медленно, - Ребёнок! У нас! Ты как? Как себя чувствуешь?

- Всё хорошо! - Тори пыталась кончиками пальцев вытирать Алексу слёзы. Но тут поняла, что тоже плачет.

Теперь нужно было сказать остальным. И совершенно ясно, что без поддержки семьи не обойтись. Нет, с их материальными возможностями, наверное, можно было бы иметь штат прислуги. Но никто из них не рос с няньками.

- Кому первому? - опомнился Алекс.

Они так и стояли обнявшись во дворе университета, не замечая ни людей вокруг, ни вдруг набежавшей тучи, из которой хрупными хлопьями пошел снег.

Тори вдруг захотелось, чтобы какое-то время это было только для них двоих. Вернее, уже троих. Чтобы не делиться. Хотелось пожадничать. Это её муж смотрит сейчас влюбленными сияющими счастливыми глазами. Это их ребёнок, их снежный малыш сейчас у неё внутри. Всё в мире мгновенно стало не важным. Важно только вот это волшебство, что творилось между ними.

- Надо, наверное, какой-то сюрприз, - улыбнулась она мужу.

- Ты уже была у врача?

- Пока нет. Я сама вот только сегодня утром узнала.

- Надо пойти. Нет, сейчас мы идём праздновать. А потом попробуем узнать, где тут у нас правильные врачи.

- Ты только у Комиссаровых не спрашивай, а то сюрприза точно не получится, - рассмеялась Тори.

Алекса трясло. Он очень старался не показать сейчас жене, какой он уязвимый. Потому что теперь у него нет права на слабость. У него семья. Жена и ребёнок. Он отец.

Эта мысль вызывала одновременно страх и восторг. В голове мчались фантазии. Как он научит сына плавать. А рыбу ловить его малыш будет вместе с прадедами. Потом вдруг мысль остановилась. Почему он решил, что будет мальчик? Вечная мужская тема наследников? А если дочь? Их маленькая принцесса! Вот кого безмерно избалует нарядами его мама. И в свое время научит ходить на каблуках. Бабушка Майя будет плести ей причудливые косички. А бабушка Мария подарит собственного пони.