- Я вся чувствую, Торичек.

- А о чем ты думаешь в этот момент?

- Об Антоне, - даже в темноте было ясно, что Соня покраснела.

- И что ты о нём думаешь? - мягко поинтересовалась Тори.

- Ну... Он.. Он красивый. Сильный, - Соне явно хотелось обсудить Белова-младшего.

- Да, и играет хорошо. А ещё у него глаза необычные.

- Ты тоже заметила? - аж подскочила Соня.

- И этими глазами он точно смотрел на тебя.

- Ой. Правда? Смотрел? Ты видела?

- Конечно. И я видела. И Алекс тоже.

Имя Алекса вылетело как-то само собой. Наверное, потому что Тори тоже постоянно думала. И эти мысли были везде. В голове, в груди, в животе и в руках. Ладони будто ещё хранили тепло его рук. Губы помнили каждый поцелуй.

- Алекс тоже видел? Я знаю, ему ты нравишься.

Пришёл черед Тори покраснеть.

- Алекс - это Алекс, - пожала плечами Сонечка, - Ему всегда нравилось всё самое лучшее.

- Но, Сонь...

- Не, Торичек. Алекс - это как Игорь. Старший брат. У меня лучшие братья на свете. И лучшие сестры. Ты и Катя.

Тори была готова расплакаться. Но пришлось ещё поддержать обсуждение достоинств Антона Белова и немного - хоккейных правил. Говорить много не пришлось - Соня всё рассказывала сама. Сама задавала вопросы, сама на них отвечала, пока не уснула с улыбкой прямо в кровати у Тори.

Когда они вылетали из Москвы, на пограничном контроле Лёля предъявила доверенность, подписанную Катей. Тори долго крутила в руках гербовый бланк, где было несколько слов рукой сестры. Её фамилия, имя, отчество и подпись. Синей шариковой ручкой. Почерк был очень похож на мамин. Стало тоскливо. Захотелось немедленно поделиться с Алексом. И он тут же откликнулся. И одно это пролило бальзам на рану.

На южном море Тори была впервые в жизни. Солнце здесь было ярче и все краски резче, чем в Москве. Пришлось сразу же надеть на голову кепку, а на глаза - дымчатые солнечные очки, подарок Кати. Вообще-то, они с Катей купили широкополую шляпу, но увидев Тори в ней, Соня сказала, что она похожа на тетю-мотю. Чья тётя эта Мотя, Тори попыталась тут же выяснить, чем вызвала приступ хохота у Лёли. Оказалось, что это очередная неизвестная идиома.

Море было совсем рядом. Его было видно прямо с балкона. На линии горизонта ультрамариновое небо, похожее на глаза Алекса фон Ратта, сливалось с морем всех возможных оттенков синего и зеленого. Где-то посередине была белая линия волны, разбивающейся, как выяснилось, об затопленную крепость древнего греческого города Анхиало.

На пляже на специальной площадке играли в волейбол. Тори долго наблюдала, не решаясь участвовать.

- Торик, давай, ты же хорошо играешь, - вытолкнула её на площадку Соня. Тори поправила кепку и очки.

Она действительно играла весьма неплохо. И так увлеклась, что совершено не замечала взглядов в свою сторону, которые никак не относились к её умению играть в волейбол. Скорее, к её умопомрачительной фигуре в том самом красном купальнике.

Стадион ревел. Они смотрели повтор на большом экране, как вратарь угадывает направление удара и парирует его перед собой. Как набегает нападающий, пытаясь добить мяч в ворота, но их вратарь словно пантера успел подняться и в невероятном прыжке отбил мяч на угловой.

Крупным планом показали его лицо. По губам можно было прочитать, как он ругает своих защитников. Очевидно, что непечатно.

Игроки "Боруссии", хоть и были разочарованы происшедшим, но явно не торопились. Время работало на них. Последовала подача в район одиннадцатиметровой отметки. Вратарь побежал туда и в красивом прыжке выбил мяч кулаком в поле.

- Точно как "Чёрный паук"*, - ахнул кто-то из ветеранов.

- Кто паук? - вытаращила глаза Алиса, опасливо оглядываясь.

- Я тебе потом расскажу, - Фридрих фон Ратт не отрываясь смотрел на поле.

"Боруссия" снова была в атаке. Они совсем не торопились, пытаясь удерживать мяч. Времени сравнять счёт было всё меньше.

Игра у "Баварии" сегодня явно не ладилась. Тем более они сейчас играли вдесятером. "Боруссия" контролировала ход игры и продолжала давить на ворота "Баварии", постоянно беспокоя нового вратаря. Играть в меньшинстве против такого противника тяжело. Вратарь "Баварии" прервал навесную передачу и рукой бросил мяч своему игроку, стоящему в центральном круге.

- Дедушка, добавят же? - на лице Алисы было отчаяние.

- Конечно. Смотри.

Инспектор подошёл к кромке поля, поднял табличку и оповестил главного судью,что добавил четыре минуты.

- Четыре? Так мало!

- Погоди расстраиваться. Это игра. Ничего ещё не потеряно.

"Бавария" пошла на последний штурм. Перехватив очередной навес с фланга, вратарь выбросил мяч своему игроку возле центра поля, начав скорее всего последнюю контр атаку. Попытка пробить из-за штрафной привела к угловому. Вратарь, хоть и пошел вперёд, но почему-то остался в полукруге на линии штрафной "Боруссии" .

- И куда пошёл наш вратарь? - не поняла Кира.

- Мам, хуже уже не будет. Меньше минуты осталось, - Алиса была готова расплакаться.

У Игоря пиликнул телефон. Алекс бросил взгляд на экран. И ему мгновенно стало не до футбола.

- Док, кто это прислал?

- Сейчас посмотрю. От Сони. Фотки с пляжа. О-ля-ля... Барон, не падайте в обморок.

- Я уже и так... Почти... - Алекс аж кулаки сжал.

На фото был просто игровой момент волейбольного матча. Соне удалось поймать удачный кадр, как Тори отбивает мяч. Изящно, мощно и красиво. То, что на заднем плане видно, как на Тори смотрят и соперники, и товарищи по команде, Соне не пришло в голову как-то оценить. А вот у Алекса аж дыхание перехватило. Какой Хельсинки!

- Гооолл! - завопила Алиса что есть силы, - Вы видели? Вы видели это? - она размахивала над головой фанатским шарфиком и пританцовывала.

Но ни Алекс, ни Игорь не видели главный момент этого матча. Алекса не трогали ни танцы Алисы с шарфом, ни рев стадиона. Он смотрел только на фотографию Тори в купальнике. Игорь с опасением поглядывая то на фото, то на друга.

- Алекс, как думаешь, этот вратарь даст мне автограф? - из мыслей о Тори его вынула Алиса, подпрыгивающая от радости. Да, "Бавария" не выиграла. Но и не проиграла. Да как красиво! И это только стартовый матч сезона.

Этот гол повторили на большом экране. Алиса буквально заставила Игоря и Алекса посмотреть и выразить свой восторг.

- Смотрите! Видите? Как он забил! - дёргала за рукав то одного, то другого.

Гол действительно стоил этого. Ей было совершенно не понятно, почему мальчики не прыгают и не радуются вместе со всеми остальными болельщиками "Баварии".

- Барон, вот тебе и идея, как наградить наш "Новик".

В машине по дороге домой Алиса задремала. Но мяч с автографом пятьдесят первого номера "Баварии" из рук не выпустила.

*Лев Яшин

Обычно Алекс уезжал из Раттенбурга, начиная скучать по замку сразу, как только машина выезжал за ворота. В этот раз его будто подталкивало вперёд.

Тревоги было две. Дед Витал, ждавший их в Хельсинки. Обычно немногословный, он вдруг очень эмоционально говорил с внуком по телефону. Сказал, что скучает и очень ждёт. Обычно Витал Виртанен говорил, что их ждёт бабушка. Прятал эмоции за супругой.

Вторая тревога - Тори. Без неё становилось совсем невыносимо. Алекс как одержимый перечитывал их переписку на ночь, будто молитву. Он ничего не спросил Тори про фото на пляже. И даже с Игорем не стал развивать обсуждение фигуры своей девушки. Желания в Алексе посыпались вполне понятные. Мужская природа бушевала в теле и мыслях. Первобытный инстинкт призывал схватить, унести и спрятать ото всех. И было страшновато и горячо от того, что фантазия подкидывала дальше.