- Знаешь, из чего эта трость? - начал барон издалека.

- Из дерева, - пригляделся Алекс.

- Всё правильно. Из дерева. Это тик. Из него делают палубные доски. Он не гниет. Эту трость я купил очень давно. А Англии. Она совсем не дорогая по цене.

Герр Вальтер ненадолго умолк, устремив взгляд в окно. Потом собрался с мыслями.

- Первый владелец кортика - мой отец, а твой прапрадед Феликс Август Маркус Иоганн фон Ратт служил на одном из самых выдающихся кораблей. Я говорю о "Гёбене". О, это был прекрасный корабль! Линейный крейсер, изготовленный на верфях в Гамбурге и после переданный Османской империи. Погоди делать удивленные глаза. В те времена корабли меняли и названия, и флаги, под которыми ходили. Иногда несколько раз за свою корабельную жизнь. Правда, по флотскому поверию, это ни к чему хорошему не ведет.

Алекс слушал, широко распахнув глаза и не выпуская из рук заветную коробку с кортиком.

- Отец рассказывал, что в начале Первой мировой войны "Гёбен" стал флагманом Кайзерлихмарине* на Средиземном море. Когда началась война, корабли решили перевести поближе к Турции, с которой у Германии был военный договор. Корабли Англии и Франции пытались загнать крейсеры "Гёбен" и "Бреслау" в ловушку. У этих лягушатников и их друзей зазнаек британцев конечно ничего не вышло! Где их кораблям было до нас! Оба крейсера благополучно дошли до Константинополя. Ты знаешь, как теперь называется Константинополь? - барон понимал, что семилетний Алекс и не должен знать таких подробностей, но тот неожиданно был в курсе.

- Стамбул! Я знаю! - Алекс был счастлив, что может ответить на вопрос прадеда. Об источнике знаний умолчал. Это дед Вит Виртанен - мамин отец, разгадывал кроссворд вместе с Алексом буквально месяц назад. Правда, кроссворд был по-фински, но это никому не мешало.

- Да, правильно, Стамбул. А потом "Гёбен" и "Бреслау" пошли в Черное море и обстреляли Севастополь. А кто у нас командовал флотом у русских?

- Эбергард! - память Алекса не подвела.

- Верно! У русских было четыре старых тихоходных броненосца. У мыса Сарыч они нейтрализовали все преимущества нашего крейсера в скорости хода и артиллерии, попав в него с первого залпа причинив серьезные повреждения. Но и "Гёбен" в долгу не остался, накрыв флагманский корабль русских.

Симпатии Алекса метались от легендарного крейсера, на котором, оказывается, служил его предок, к старым русским кораблям, победившим его.

- Потом был бой у пролива Босфор, где "Гёбен" опять пытался использовать свое преимущество в скорости и артиллерии, но даже и близко подойти не успел, получив попадание с такого расстояния, что никто не ожидал от старого русского флота. А вот, что странно. Новые русские линкоры под командованием адмирала Колчака даже ни разу не попали в "Гёбен". А ты говоришь, что немцев -хороших моряков не было…

Алекс сидел абсолютно ошарашенный. Картина морских сражений стояла у него перед глазами. Дым. Грохот. Огонь. Крики. Волны.

- А что стало с Феликсом... ну, то есть..., - полное имя предка пока в голове не уместилось. Но он обязательно запомнит его.

- Он был ранен. Вернулся домой. Больше не служил. У него было двое сыновей. Я и мой брат Вильгельм. Этот кортик он передал мне. Но это уже другая история.

*императорский флот

Ах, как хотелось Алексу услышать и ту самую "другую историю"! Значит, его предки всё-таки моряки!

- У моего друга в России дед - адмирал. А муж его сестры командует миноносцем, - осторожно сообщил он прадеду.

- Что ж, у этого молодого человека достойная семья. И тебе следует приглядеться к ним. Что привело деда твоего друга к успеху? Что за человек этот командир корабля? Что в них особенного? Не торопись отвечать. И я тебя, наверное, расстрою. В твоей семье адмиралов не случилось. Только бароны, - развел руками герр Вальтер, - Однако, я заболтался. Беги к себе. Положи кортик так, чтобы место было надежное. И собирайся к ужину. Опаздывать всё же не следует.

- А как же другая история? Завтра? - с надеждой заглянул в глаза предеду Алекс.

- Ты хочешь ее услышать? Хорошо. Завтра я жду тебя здесь в то же время. А пока, - барон поднялся, - Я дам тебе вот такую энциклопедию. Она тоже детская. Я купил ее в пятидесятые.

Герр Вальтер открыл один из массивных шкафов. Алекс пригляделся к названиям книг в нем. Читал по-немецки он не так бегло, как говорил. Но признаваться, естествеено не стал. Книги были действительно детские.

- Держи. Донесешь сам?

- Спасибо! Конечно. Я же мужчина.

Старый барон улыбнулся и погладил правнука по голове.

- Ни минуты в этом не сомневаюсь. Увидимся за ужином.

Алекс сорвался на бег. До его комнаты от библиотеки было прилично. Четыре разные лестстницы. На то он и замок. Главное было не выронить книгу и кортик. Реликвию!

И хорошо бы не попасться на глаза бабушке с книгой из библиотеки. Иначе придется сначала долго слушать ее нравоучения, а потом объяснять, что никаких правил он не нарушил, потому что был с прадедом. А времени до ужина и без того мало.

Безопасность стоила того, чтобы удлиннить путь на два коридора. Зато мимо тех комнат, где его потенциально могла видеть бабушка. Пока шел, Алекс все повторял про себя имя прапрадеда. Оно само всплыло в памяти, стоило чуть напрячься и выстроить логику.

Итак, Феликс - это он запомнил сразу. Август - месяц, когда он сам родился. Маркус - очень похоже на его собственное второе имя. Хотя в жизни его крайне редко называли Александр Марк. Ну и наконец - Иоганн. Тут подходили сразу Бах и Штраусс, произведения которых легко играл на фортепьяно его отец. А еще Гёте, но это скука смертная, а не стихи. Так что Феликс Август Маркус Иоганн фон Ратт был наконец запомнен благодарным потомком.

Потомок отдышался, только закрыв дверь в свою комнату. Куда убрать кортик, придумал сразу - в свой дорожный чемодан под кодовый замок. Папа как раз недавно научил Алекса им пользоваться.

Время поджимало. Следовало переодеться к ужину. Спуститься в столовую и есть карпа в той же одежде, в которой он ловил его - верх неприличия. Это дома в Москве родители не сильно заморачивались условностями. Представить себе, что бабушка Мария фон Ратт сидит на диване, смотрит фильм и ест пиццу руками из коробки, было совершенно невозможно.

Алексу безумно хотелось открыть энциклопедию. Там явно было много красочных иллюстраций. Но он знал за собой - если сядет с книгой, время перестанет существовать. А он обещал не опаздывать.

- Алекс, пора ужинать! - это мама из коридора прокричала по-русски. Это ее маленькая шалость. Здесь в Раттенбурге они все говорили только по-немецки. Но мама позволяла себе вольности.

- Иду, мам! - отозвался Алекс тоже по-русски. Настроение у него было отличным.

Никогда еще рыба не была такой вкусной. Может, дело в том, что он сам ее поймал. Но это не точно. А еще ему за столом подмигнул прадед. Точно-точно! Он видел! И не мог ошибиться! А потом старый барон повернулся лицом к невестке и его лицо снова стало строгим и непроницаемым.

Вечер Алекс провел с энциклопедией "Флот всего мира". Какие чудесные там были картинки! Текста тоже много. И он пообещал себе, что непременно всё прочитает.

Ночью ему снилось морское сражение. Немного мультяшное.

Алекс еле пережил первую половину следующего дня. Он начал ошиваться возле библиотеки заранее. Наконец послышался стук трости со стороны галереи.

- О, ты точен, мой мальчик! Это хорошее качество. Не только для моряка. Порядок в голове всем на пользу! - поприветствовал его прадед.

Они снова устроились в двух объемных кожаных креслах возле огромных окон в парк.

- Ты хотел знать, что было дальше с твоим кортиком, - не стал тянуть герр Вальтер.