Тори сначала решила, что не будет как-то специально стараться. Всё равно на фоне яркой шевелюры Сонечки она будет смотреться бледной тенью. Но расслабиться ей не дала Катя.

- Знаешь , я всегда считала, что вокруг меня полно девочек поярче, - обняла её старшая сестра.

- Ты? Ты же красивая! - удивилась Тори.

- Иди сюда, - Катя взяла её за руку, поставила рядом с собой перед большим зеркалом, - Смотри. Ты считаешь меня красивой?

Тори кивнула и глянула в зеркало. Ахнула. Всё таки одно дело смотреть на человека, а другое - вдруг сравнить с собой. Они были действительно похожи. Очень. Только цвет глаз разный. И у Кати лицо чуть круглее.

- Вот. Сравнила? Мне очень нравится, что мы похожи. Я смотрю на тебя и понимаю, что я была очень симпатичным подростком. Хотя в свои шестнадцать страшно переживала. Потому что у мамы были яркие рыжие кудри, а у меня, - Катя подняла несколько прямых светлых прядей за кончики волос вверх, - Вот такие.

Тори улыбнулась. Катя, видно, таким способом намекала, что нечего сравнивать себя с Соней. Неожиданно для себя совсем не среагировала на то, что мамой Катя называла совсем не Веру, а Лёлю. Потому что и сама в разговорах с Соней для простоты понимания называла тётю Лёлю мамой, а дядю Шуру папой.

- Значит, на вечер наденешь те босоножки. На каблуках. Да? Хочешь, помогу уложить волосы?

Тори оставалось только согласиться. Сначала внутри будто что-то сопротивлялось. Но потом пришла мысль, что она сделает это для своего праздничного настроения, это во-первых. А во-вторых, ей действительно очень хочется поразить воображение Алекса фон Ратта. Когда же ещё, как не сейчас?

Алексу очень хотелось подтвердить свои ощущения. Десятки мелких фактов были уже бережно собраны в копилку. Каждый факт говорил о том, что Виктория Свенссон к нему не равнодушна. Быть может, не пылает таким же ярким пламенем, как он сам. Но ей совершенно точно не всё равно.

Вот только не понятно, почему же Тори никак не проявляет эмоции. Хотелось вывести её из равновесия. Раскачать. Алекс вспомнил, что его отец, когда хотел добиться от матери каких-то ярких эмоций, оставлял её в покое. Больше того, практически игнорировал. И Кира фон Ратт, урожденная Виртанен, обязательно взрывалась фейерверком. А на лице отца появлялась довольная улыбка. Так может, надо именно так? Может у северо-европейских женщин именно так всё и работает?

Если бы не День ВМФ, Алекс ни за что не поехал бы ни на какое открытие ресторана.Он был не из тех, кого можно было удивить интерьером или какими-то блюдами. Но это место действительно впечатляло. Красиво и вкусно. Было ощущение, что они просто зашли в гости в дом, где собрались родственники.

Владельцы - молодая красивая пара Митко и Ася очень постарались, чтобы гостям понравилось. Вот только Алекс сходу обратил внимание, как Ася смотрит на своего парня. Если бы так на него смотрела Тори! Это было бы дороже всех сокровищ мира.

Когда в ресторане появилась Тори, у Алекса дыхание остановилось. И не было подходящего слова, чтобы описать её красоту. Северная? Да, но и Катя такая. И младшая сестра Артёма Селиванова Вика тоже блондинка со светлыми глазами. Но Тори Свенссон была ослепительна. Бесконечные изящные ноги в босоножках на каблуках. Казалось, наступи она этим острым каблуком ему на ногу, он бы не почувствовал. Настолько был ошарашен. Потрясён. И для кого старалась, хотелось бы узнать поточнее.

Гигантского труда стоило не кинуться прямо ей в ноги.

- Спокойно, Барон, упасть успеешь, - удержал его за локоть Игорь,- Die verdammte Hexe, hat das mit Absicht getan. (Чёртова ведьма, специально это сделала.)

- Wer? (Кто?)

- Да Катька, конечно! Не думаешь же ты, что Тори сама такие каблуки себе выбрала?

Продолжить беседу им не дали налетевшие со всех сторон мелкие. Алекс с Игорем переключилась на эту банду. В конце концов, опыт придумывания шалостей у них большой. А смена растёт достойная.

А вот Тори так разволновалась, что, кажется, забыла все русские слова. Хотя говорила уже практически свободно, только изредка путая ударение или окончание. Хорошо ещё, что Катя, спрятав удивление, спокойно отвечала ей по-шведски, будто так оно и должно быть.

На каблуках и в платье вполне взрослого фасона Виктория сама себе безумно нравилась. А стараниями Кати вообще с трудом узнавала себя в зеркале. То, что Алекс впечатлен, поняла сразу. В его глазах вспыхнуло синее пламя. Будто газовую горелку включили.

Вот только уже секундой позже фон Ратт уже не смотрел на неё. О чем-то резко артикулируя поговорил с Игорем. Снова немецкий? Катя говорила, что эти двое переходят на язык Гёте, когда что-то затевают.

Вокруг Игоря и Алекса моментально скучковались все дети. Виктория старательно уговаривала себя не расстраиваться. А что она, собственно, ожидала? Что Алекс при всех кинется к ней? Что будет говорить ей комплименты и ухаживать прямо среди всей толпы родственников и знакомых? Вот прямо так сходу? Нет, конечно...

Для себя она приняла решение наблюдать. А ещё вкусно поесть. Потому что запахи от еды шли просто замечательные.

Игорь, как ни странно, затею Алекса сначала не поддержал.

-Baron, kannst du dich genug wie Kinder benehmen? (Барон, может достаточно вести себя как дети? )

- Sie selbst haben gesagt, dass dies der letzte Sommer unserer Kindheit ist. Wann sonst, wenn nicht jetzt?(Ты же сам говорил, что это последнее лето нашего детства. Когда ещё, если не сейчас?)

- Авекс, я смотвел, пивожные охваняют, - доложил неугомонный Гоша.

- Слышишь, Док, кажется, слава о наших проделках бежит впереди нас. Хочешь - не хочешь, а надо оправдывать ожидания.

- Интересно, кто рассказывает, - отозвался Игорь уже по-русски.

- Гош, а что не охраняют?

Гоша задумался на минуту.

- Мы посмотвим, - махнул рукой своему двоюродному брату Витюше. Они чинно за ручку, как образцовые дети, прогулялись мимо входа на кухню и обратно в зал, - Там вийки. В ковзинке, - сообщили почти хором.

Алекс пристально оглядел зал. Как раз закончился фуршет. Хозяева ресторана перерезали красную ленточку. Болгарский посол тоже участвовал. Словом, все взрослые как раз были заняты. Официанты стояли в зале лицом к главным событиям.

Спрятать корзинку с вилками было не сложно. Пришлось самим, приборы были бы явно тяжеловаты для малышни. Да и до подоконника, закрытого плотной занавеской никто из них не до тянулся бы.

- Главное, не показывать, что вы что-то знаете. Если что, за всё отвечаю я, - и Алекс палец к губами.

- Алекс, мы с вами хотим, - законючили Алиса и Маша.

- И что вы хотите с нами? - прищурился Игорь.

- Что-нибудь. Нам скучно, - Алиса сделала жалостливую физиономию.

- Там сейчас музыка будет. Можете потанцевать, - Алекс указал на готовящихся к выступлению музыкантов небольшого оркестра.

На кухне тем временем была замечена суета. Здоровенный дядька в поварском кителе и почти пиратской бандане несколько раз прошёл туда-сюда.

- Вилки ищут, - зашептал на ухо Игорьку Андрюша Ветров.

- Ждём пару минут, потом ищем с ними и находим, - скомандовал Игорек. Младшие Ветровы понятливо кивнули.

Но вдруг поиски прекратились. Всех позвали к столу. Подавали горячее. Официанты вынесли горшочки с каким-то домашним жаркое. Рядом с каждым горшочком на столе лежала столовая ложка.

- Док, я не понял, это так должно быть? - Алекс покрутил ложку в руках.

- Ты думаешь, я знаю, чем болгары едят жаркое? - пожал плечами Игорь, - Ты лучше глянь на три часа*, - Добавил тише.

Алекс досчитал до трех и перевёл взгляд в направлении, указанном другом. Тори сидела за столом рядом с Катей. Красивая. Потрясающая. Оп! Она смотрела на него! Точно! Но попалась! Алекса аж изнутри этим взглядом обожгло. Качает её? А его так вообще скоро разорвёт на тысячу Алексов.