Кто-то обращался, пытаясь припахать Алекса даром. Он делал серьёзное лицо и ссылался на огромную занятость по учёбе. Нет, он не будет переводить текст про достопримечательности Лондона для семиклассника. Даже если его мама преподаёт в академии математику. Уж этот предмет он знает хорошо. А семиклассник пусть напрягается сам. А вот аннотации к научным статьям, которые, согласно требованиям, должны были быть на двух языках - русском и английском, он брался переводить. Получалось достойно. Он специально показывал результат своей работы и маме, и отцу. Деньги были не огромные, но на цветы для Тори и билеты в театр хватало. А главное - он заработал их сам, своими силами и мозгами.

Выражение, что не надо путать туризм с эмиграцией, стало Тори наконец полностью понятным. Хотела взрослости, самостоятельности и быть вместе с Алексом - кушай полной ложкой. Хорошо ещё, рядом Алекс, Игорек и Ветровы. Но им всем не привыкать к Петербургу. Тори же качало из стороны в сторону. От эйфории до отчаяния.

Мир в душе наступал только в объятиях Алекса. Благо, побыть вдвоём теперь удавалось. Но даже статус жениха и невесты не дал им пока переступить черту абсолютной близости. Это было обоюдное решение. Они дождутся, пока Тори будет восемнадцать. Ещё чуть-чуть. Тем слаще будет награда.

Тори входила в роль хозяйки дома. Радовалась возможности накормить Алекса, когда он приходил. И дать возможность чувствовать себя дома для Игоря, которого уже стали выпускать в увольнение на все выходные. Но это была странная иллюзия семьи. Они вместе, но не до конца.

Масла в огонь подлила новость от Комиссаровых. Ника и Никита ждали пополнение в семье. Тори, услышав это от самой будущей мамочки, умоляюще посмотрела на Алекса. У них же тоже так будет? Свадьба, настоящая семья и ребёнок?

Алекс бледнел, глядя как тяжело даются Нике первые месяцы беременности.

- Ромео, как ты справляешься? Бедная Ничка...

- Как-как, сказал бы я тебе в рифму... Тяжело Нику оставлять дома. Это хорошо, что она не одна. И Лика рядом, и Алла. Но лучше бы меня тошнило, ей богу. Я готов что угодно ей купить. Хоть луну с неба достать. Но, говорят, скоро это пройдёт. А она, Барон, красивая стала, капец! И раньше была тоже... Но сейчас будто свет внутри неё включили!

Алекс не стал комментировать. С точки зрения здравого смысла Комиссаровы поторопились. Странно, что у Людмилы Викторовны Склодовской было на этот счёт другое мнение.

- Всё всегда вовремя происходит. И дети в нашу жизнь приходят не тогда, когда надо нам. А когда надо им. Справятся Комиссаровы. Потом им многие ещё завидовать станут. И говорить, что повезло родить рано.

Склодовские бывали в Питере наездами. Помогали Кате и очень поддерживали Тори. Хвалили, что из неё получается хорошая хозяйка.

А Тори старалась. Успевать учиться прежде всего. Сложной учёбы было очень много. И как-то без разбега. Сразу тонны информации. По одному только математическому анализу нужно было к первой сессии знать девяносто восемь теорем с доказательствами. Но Тори не привыкать.

На одном с ней курсе оказалось много знакомых ребят. Олимпиадники держались друг друга, помогая с заданиями и выручая конспектами. Коллегиально получалось существенно проще. И это снова напоминало командный турнир, в котором они все участвовали. Только теперь играли в одной команде.

Разговоры о собственном заработке были пресечены Катей.

- Пока ты учишься, никакой работы, пожалуйста! Квартиру в Серпухове я сдала. Деньги идут тебе на счёт. Плюс к тому, что мама оставила. Эта сумма отдельно и под другой процент.

Тори как раз взяла дополнительный курс по финансовой аналитике. Давно хотела. Доступ к своим счетам у неё был. Потихоньку она начала использовать имеющиеся средства и разные банковские инструменты. Эксперементировала с небольшими суммами, чтобы не рисковать. Но доходность её вкладов выросла.

После поездки в Москву на традиционный осенний общий день рождения, Тори решила, что до Нового года домой ни-ни. Иначе сорвётся, бросит всё и останется в Москве. Она, конечно, надеялась, что со временем "домом" будет называться Петербург, но пока не выходило.

Так было сладко быть снова маленькой любимой девочкой, есть дяди-Федины пироги, сидя на даче за общим столом. Слушать хоккейные байки Белова-старшего. Видеть мягкий свет в глазах Лёли, обнимать Соняшу. Вот она - обратная сторона взрослости.

Алекс именно в Москве понял окончательно, как Тори тяжело. Дома, среди семьи, она становилась мягче и расслабленнее. Кто он такой, чтобы лишить её всего этого? Она и так натерпелась и настрадалась достаточно. Вот и на кладбище к маме в очередную годовщину они поехали вдвоём с Катей.

Алекс метался по дому раненым зверем. Как она там? А что, если плачет? Что, если ей плохо, а его нет рядом.

- Сиятельство, ты чего? Протопчешь тут тропу. Успокоительное прими. Лучше в лошадиной дозе. Всё с твоей Тори хорошо. Катя звонила маме, они уже обратно едут. Или ты боишься, что она не захочет возвращаться в Питер? - Игорь решил вскрыть нарыв.

- Боюсь, Док. Очень. Я без неё сдохну. Но это махровый эгоизм с моей стороны. Ей там трудно. Снова всё новое. У неё от учёбы мозги кипят. А тут она снова ребёнок. Я её этого, получается, лишаю.

- Давай она сама решит. Это её право. Покатаешься ещё пять лет туда-сюда. Хотя... Это хреновый вариант, конечно.

Алекс собирал силы для этого разговора. Но без него, видно, никак. Можно и пять лет кататься и жить на два города. Он-то сможет. А она? И главное - что из этого выйдет. Он-то считал, что испытание временем и расстоянием они уже прошли. Куда ж ещё?

- Тори... Я вот что думаю...Может тебе...

- Нет.

- Что?

- Я не останусь дома.

- Почему?

- Надо объяснить? - Тори смотрела прямо ему в глаза.

У Алекса уже сердце колотилось в ушах.

- Я без тебя дышать не могу. Понимаешь? - Тори протянула руку, погладила кончиками пальцев по скулам, потом по щекам.

Алекс поймал её ладонь, поцеловал в центр. Вокруг них вибрировал воздух.

- Мы же справимся, - Тори не спрашивала, а утверждала, - И Катя там. И Игорь там. Я поеду.

Она прижалась к Алексу, будто напитываясь силами. А он в этот момент был готов отдать ей всё, что угодно.

Они втроем летели самолетом. Хорошо, что могли себе это позволить. Тори так наволновалась перед отъездом, что уснула на плече у Алекса. Он держал её ладонь в свой. Тихо гладил.

Проблем с учёбой у Тори почти не было. Её общей подготовки хватило на то, чтобы шагнуть на весьма высокую ступеньку, отделяющую школьную программу по математике от специальной университетской.

А вот подруг завести среди однокурсниц ей так и не удалось. Редкие девочки на этом факультете были не самыми общительными. Местные смотрели на московскую выскочку чуть свысока. Мол, что, в своей Москве не поступила, сюда приехала? Приехавшие из других городов считали зазнайкой, потому что Тори не жила в общежитии. Девочки с других факультетов видели в ней конкурентку в борьбе за внимание парней.

Самой Тори всё, что о ней думали другие, было как-то малоинтересно. Хотя иногда хотелось посидеть в кофейне в обществе ровесниц. Или пройтись по магазинам, примеряя всякие вещицы и болтая о каких-нибудь мелочах. Но для этих целей у неё была прекрасная компания. Лика Ларионова и Ника уже Комиссарова всегда и с удовольствием общались с Викторией. И жили совсем недалеко. Да и Катя не оставляла своим вниманием.

В гости к Ветровым они с Алексом и Игорем являлись, как говорил Вадим, на поверку. Он сам всегда расспрашивал подробно о делах. Особенно об учёбе. Иногда они втроем что-то обсуждали "на своё военно-морском".