Примерно в полночь Саня разбудил меня лёгким пинком:

— Твоя смена.

Я спустился вниз, взяв с собой автомат. Саня передал мне рацию и бинокль:

— Пока тихо. Один раз проехала машина километрах в трёх, но в нашу сторону не поворачивала.

— Понял. Иди спи.

Саня поднялся наверх, а я устроился в его кресле у окна. На улице стояла тишина — лишь изредка где-то в дали постреливали. Судя по звукам, не автоматы, а одиночные выстрелы из винтовок.

Часа через два я услышал рёв моторов. Звук приближался. Я сжал автомат покрепче и приложился к биноклю.

По дороге, которой мы приехали, двигалась колонна — три машины с включёнными фарами. Они ехали медленно, словно высматривали что-то. Или кого-то.

Колонна проехала мимо поворота к коттеджам, но затем остановилась. Фары погасли. Несколько минут ничего не происходило, потом машины развернулись и поехали обратно.

«Че надо было то»⁈, — подумал я. «Возможно, ищут кого-то. Хорошо, что Саня выбрал укромное место».

К рассвету инцидентов больше не было. Разбудив остальных, я доложил о ночном патруле.

— Понятно, — нахмурился Саня. — Значит не надо тут долго задерживаться.

Мы наскоро позавтракали и собрали вещи. Солнце только показалось из-за горизонта, а мы уже грузились в пикап.

— Далеко ещё? — спросил я, когда мы выехали на основную дорогу.

Саня достал из бардачка потрёпанную карту и разложил её на коленях:

— До Тюмени километров сто пятьдесят. Если всё нормально, к обеду будем на месте.

Дорога до Тюмени проходила через несколько небольших городков. В основном — разрушенные, заброшенные. Иногда встречались признаки жизни: дым от костров, свежие следы на дороге. Но мы не останавливались, проносясь мимо на полной скорости.

— Глеб, — окликнула меня Вика, — давно проверял, где твоя Аня сейчас? Может, уже не в Тюмени?

Действительно, со вчера прошло уже немало часов. За это время она могла оказаться где угодно.

— Попробую, — согласился я.

Я закрыл глаза и сосредоточился на руне «Чужие глаза». Знакомое покалывание на запястье, и я погрузился в видение.

На этот раз всё было намного спокойнее. Я увидел большой город — разрушенный, пустынный, но всё-таки город. Аня передвигалась от укрытия к укрытию, осторожно выглядывая из-за углов. Иногда в поле зрения попадали группы зомби — по два-три серых или зеленых мертвяка, которые бесцельно брели по улицам.

Но главное — я увидел набережную. Река, пешеходный мост, характерная архитектура. Память вдруг подкинула подсказку — это набережная Туры в Тюмени, недалеко от моста Влюблённых. Места, где мы с Аней часто гуляли до Прихода Системы.

Выныривая из видения, я почувствовал знакомое головокружение, но на этот раз оно было не таким сильным.

— Она в городе, — сказал я, открывая глаза. — Практически в центре. Рядом с набережной.

— Ну тогда поехали, — спокойно сказал Саня.

Вика посмотрела на меня и подмигнула:

— Дай Бог, всё сложится. Завтра увидитесь.

— Дай Бог, — согласился я, чувствуя, как учащается сердцебиение от волнения.

Мы ехали уже часа полтора, когда Саня вдруг сбавил скорость и напрягся.

— Что-то не так, — пробормотал он, всматриваясь в кусты справа от дороги.

— Что именно? — Я проследил за его взглядом, но ничего подозрительного не заметил.

— Там что-то блеснуло. Как будто металлом. — Саня еще сбросил скорость — до сорока. — И птицы замолчали.

Действительно, утренний птичий гомон внезапно стих. Даже Вика заметила это и насторожилась, поднимаясь в кузове повыше.

— Может, просто зомби какой затерялся? — предположила она, но голос у неё стал настороженным.

— Зомби не прячутся в засадах, — мрачно ответил Саня. — А тут явно кто-то…

Договорить он не успел. Первая пуля прошила лобовое стекло в сантиметрах от его головы, оставив паутину трещин. Следом раздался оглушительный треск автоматных очередей — нас поливали огнём сразу с нескольких позиций.

— К черту! — рявкнул Саня, резко крутанув руль влево.

Пикап занесло на мокрой от росы траве, но Саня сумел выровнять машину и рванул прочь от дороги. Пули со свистом проносились мимо, некоторые попадали в кузов с металлическим лязгом.

— Вика! — крикнул я через плечо. — Ты как?

— Нормально! — отозвалась она, уже поворачивая пулемёт в сторону кустов. — Сейчас этим козлам покажу!

Саня резко затормозил за небольшим холмом, прикрывающим автомобиль от основной массы огня. Только пулемет торчал на все усмотрения. Двигатель заглох от резкого торможения.

— Сколько их? — спросил я, хватая автомат.

— Много, — буркнул Саня, пытаясь завести двигатель. — Судя по стрельбе — не меньше десятка. И позиции хорошие заняли.

Вика открыла огонь из пулемёта, длинными очередями поливая заросли кустарника. Трассирующие пули прочерчивали в воздухе огненные линии, а где они попадали в сухие ветки, вспыхивали небольшие костерки.

— Есть попадание! — крикнула она. — Одного снесла!

Но огонь противника не ослабевал. Более того, теперь они сосредоточились на нашей позиции, и пули начали попадать в холм перед нами, поднимая фонтаны земли.

— Блядь, — выругался Саня, когда очередная попытка завести двигатель не увенчалась успехом. — Что-то с проводкой. Надо глянуть под капот.

— Только не высовывайся, — предупредил я. — Они нас всех на прицеле держат.

Саня осторожно приоткрыл капот изнутри салона. Едкий дым тут же потянулся в кабину.

— Перебили проводку, — констатировал он. — Ну и сволочи же!

Я оценил ситуацию. Мы сидели за холмом как в ловушке. Машина не заводится, а противники нас окружают. Правда, пока они не решались идти в открытую атаку, довольствуясь обстрелом на расстоянии.

— Глеб, — окликнула меня Вика между очередями, — ты же у нас тут местный Рэмбо. Что будем делать?

Я задумался. Навык скорости мог помочь, но противников действительно много, и они хорошо окопались. В замедленном времени я смогу снять несколько человек, но остальные возможно поймут, что происходит, особенно, если среди них есть одаренные с какими-то способностями, и начнут стрелять не прицеливаясь — просто поливать огнём всё вокруг. А энергоядер у меня, хоть и больше, чем я сказал, но не бесконечно. Особенно если впереди ещё Тюмень с неизвестными переменными.

— Саня, — сказал я, — ты тут бывал, кто это может быть? Может сука обознались?

— Местные отморозки, — ответил он, проверяя магазин в автомате. — Контролируют участок трассы между Курганом и Тюменью. Дань собирают с проезжающих. Кто не платит…

— Понятно. А переговоры возможны?

— С этими? — Саня хмыкнул. — Они сначала стреляют, потом вопросы задают. Если вообще задают.

Вика перезарядила пулемёт и снова открыла огонь:

— А может, попробуем прорваться? Хоть куда-то?

— Куда прорываться пешком? — возразил Саня. — Тут степь кругом. Они на машинах, мы пешком. Догонят и перебьют.

— Тогда что предлагаешь? — спросил я.

— Отбиваемся и ждём, — ответил Саня. — У них патроны тоже не бесконечные. Устанут стрелять — может че поменяется.

Это был не самый лучший план, но других вариантов я пока не видел. Я высунулся из-за холма и дал длинную очередь в сторону кустов. В ответ меня едва не снесло — пули прошили воздух рядом с головой.

— Ублюдки засели основательно, — буркнул я, возвращаясь в укрытие.

— Говорил же, не первый раз они тут промышляют, — ответил Саня.

Внезапно стрельба прекратилась. Повисла зловещая тишина, нарушаемая только потрескиванием горящих кустов, которые подожгла Вика.

— Эй, на холме! — раздался громкий крик из зарослей. — Давайте поговорим!

Саня и я переглянулись.

— Что скажем? — шепнул я.

— Послушаем сначала, что предложат, — ответил Саня.

Он поднялся повыше и крикнул:

— Говорите! Слушаем!

— Сдавайтесь, и никто не пострадает! — донеслось в ответ. — Машину заберём, но вас отпустим!