Потом Анатолий Сергеевич повернулся ко мне:

— Значит, ты Глеб. Миша говорит, ты его вытащил из самого пекла.

— Мы вместе вытащили, — скромно ответил я, кивая на Саню, Вику и Аню.

— Скромность украшает, — усмехнулся Анатолий Сергеевич.

Но что-то в его тоне изменилось. Взгляд стал жёстче, оценивающе. Он смотрел на меня так, словно пытался что-то вспомнить или сопоставить.

Повисла короткая пауза. Потом он медленно достал из-за пояса пистолет — старый ТТ, потёртый, но явно рабочий — и положил на стол. Ствол смотрел в сторону, не на меня, не на кого-либо конкретно. Демонстративный жест — мол, оружие есть, но применять не планирую.

— Но я вот что подумал, — медленно продолжил он, не отрывая взгляда. — Глеб… Серая строчка десять лет, а потом вдруг появился в Списке активным.

Я застыл. Саня резко повернул голову ко мне, Вика напряглась, рука инстинктивно легла на рукоять ножа за поясом. Аня тоже вся собралась.

— Ты из Списка, — констатировал Анатолий Сергеевич. Не вопрос. Утверждение.

Миша растерянно посмотрел на меня, потом на Анатолия Сергеевича. Было видно, что он не ожидал такого поворота.

Я выдохнул. Вариантов не было — мы в их лагере, в окружении их людей. Если они захотят — попытаются не выпустить. Чем это всё закончится — не известно.

— Да, — коротко ответил я. — Из Списка.

Саня выругался сквозь зубы. Тишина давила.

Анатолий Сергеевич кивнул, продолжая смотреть на меня — спокойно, выжидающе, но без агрессии. Пистолет лежал на столе, безучастный свидетель напряжения.

— Хорошо, — медленно сказал я. — Да, я из Списка. Попал туда… наверное случайно. Всё это время был в коме десять лет, Система решила, что я один из создателей. Может, так оно и есть, хрен его знает — память провалена. Но я никому ничего не должен и бесчинства не творю.

Анатолий Сергеевич кивнул, продолжая слушать.

Я кивнул на Мишу:

— Вот, между прочим, Миху вам привезли. Живым и целым. Плюс четверо придурков, которые хотели наших девушек похитить. Отдали вам — может, пригодятся. Утром уедем, и вы про нас забудете. Вот и вся история.

Тишина. Анатолий Сергеевич смотрел на меня долго — словно взвешивал каждое слово, каждую интонацию. Потом медленно кивнул:

— Понятно. Я и не прошу объяснений. Просто хотел знать, с кем имею дело. Мир сейчас опасный — доверять можно не многим. А уж тем более тем, кто из Списка.

Он взял пистолет со стола и убрал обратно за пояс. Жест был красноречивым — разговор окончен, угрозы нет.

— Но если ты действительно просто привёз Мишу и тех отморозков — значит, ты не враг, — добавил он уже мягче. — У меня нет причин тебе не доверять. Я не из тех, кто помешан на погоней за списочными. Тем более, ты помог моему человеку.

Я почувствовал, как напряжение чуть отпустило. Саня выдохнул, Вика разжала пальцы на рукояти ножа.

— Именно, — согласился Саня.

Анатолий Сергеевич помолчал, потом снова заговорил:

— Слушайте, я предложение хочу сделать. Вы помогли Мише — за это я вам благодарен. Эти четверо отморозков — если они и правда будут работать, это тоже плюс. Но я хочу предложить больше.

— Что именно? — настороженно спросил я.

— Сотрудничество, — просто ответил он. — Вы, как я вижу, — сильная группа, это точно. У вас есть навыки, ресурсы, опыт. У нас — база, люди, безопасность. Мы могли бы помогать друг другу.

Саня прищурился:

— Каким образом?

— Обмен информацией, ресурсами, — пояснил Анатолий Сергеевич. — Вы если будете зачищать червоточины — делитесь частью с нами. Не за просто так. Мы взамен даём убежище, еду, медицину, если нужно. Плюс информация о безопасных маршрутах, фракциях, опасных зонах.

Я задумался. Предложение было неплохим. База, где можно укрыться в случае чего. Союзники, на которых можно положиться. Обмен ресурсами.

Но с другой стороны — обязательства. Зависимость. Риск, что нас используют.

— Нам нужно подумать, — сказал я.

— Конечно, — кивнул Анатолий Сергеевич. — Не торопитесь. Переночуете у нас, отдохнёте. Утром решите.

Он поднялся, протянул руку:

— Добро пожаловать в нашу общину. Располагайтесь как дома.

Мы пожали руки. Анатолий Сергеевич вышел, оставив нас наедине.

Миша растерянно посмотрел на меня:

— Глеб, я ничего не говорил… Он сам догадался. Про Список.

Я махнул рукой:

— Ладно. Не твоя вина. Просто он внимательный.

— И умный, — добавил Саня. — Сопоставил факты. Немного таких. Как правило, сначала стреляют, потом спрашивают.

Мы допили чай, поговорили ещё немного. Потом Миша показал нам, где можно переночевать — небольшая комната в одном из срубов, с двумя кроватями и печкой.

Мы устроились. Саня с Викой взяли одну кровать, я с Аней — другую.

Когда все улеглись, Аня прижалась ко мне:

— Ты думаешь, мы правильно сделали?

— Не знаю, — честно ответил я. — Но другого выхода не было.

Она кивнула, уткнувшись носом мне в плечо:

— Главное — эти отморозки больше не вернутся. И про список он вроде всё нормально оценил.

— Не вернутся, — пообещал я. — А про меня… Анатолий Сергеевич вроде нормальный мужик. Не стал обострять. Это уже плюс.

Сон пришёл быстро, но тревожный. Снилась дорога, лес, тени, которые двигались в темноте.

И где-то вдалеке мерцал свет — то ли червоточина, то ли что-то ещё.

Утро покажет.

Утро началось с запаха дыма от печки и тихого разговора за стенкой. Я открыл глаза — Аня ещё спала, свернувшись калачиком под одеялом. За окном едва брезжил рассвет.

Поднялся тихо, стараясь не разбудить её. Оделся и вышел из комнаты.

В общей комнате уже собрались люди — человек двадцать, не меньше. Все с кружками в руках, с сонными лицами. Кто-то жевал хлеб, кто-то просто молча пил что-то горячее.

Анатолий Сергеевич сидел во главе стола, как и вчера. Увидел меня, кивнул:

— Доброе утро. Чай будешь?

— Буду, — кивнул я, подходя к столу.

Одна из женщин — лет сорока, в потёртом свитере — налила мне кружку из большого чайника. Я сел на свободное место, сделал глоток. Крепкий, горячий, с травами. Хорошо.

Саня с Викой появились следом. Потом Аня, сонная и растрёпанная. Миша уже сидел за столом, что-то жевал.

Завтрак был простым — хлеб, каша. Но сытным. Ели молча, разговоры были редкими и приглушёнными.

Я ловил на себе взгляды. Косые, настороженные. Кто-то смотрел откровенно, кто-то — украдкой. Но все смотрели.

Видимо, далеко не только Анатолий Сергеевич заметил, что я из списка.

Он кстати это увидел. Поднял руку, привлекая внимание:

— Товарищи, — громко сказал он. — Эти люди — наши гости. Они спасли Михаила и привезли его обратно. За это мы им благодарны. И я не хочу слышать никаких разговоров о том, кто они такие. Понятно?

Несколько человек кивнули. Остальные просто отвели взгляды.

— Хорошо, — удовлетворённо кивнул Анатолий Сергеевич. — Продолжайте завтракать.

Я встретился с ним взглядом. Он кивнул едва заметно — мол, не переживай, всё под контролем.

Но я всё равно чувствовал напряжение. Эти люди знали, что я из Списка. И хоть Анатолий Сергеевич их и приструнил, это не значило, что кто-то из них не попытается что-то сделать.

Мы доели быстро. Саня поблагодарил за гостеприимство, я поддержал. Анатолий Сергеевич проводил нас до ворот.

— Возвращайтесь, когда захотите, — сказал он на прощание. — Двери открыты. А насчёт сотрудничества — подумайте. Предложение остаётся в силе.

— Подумаем, — пообещал Саня, пожимая ему руку.

Мы вышли за ворота. Миша проводил нас до замаскированного пикапа.

— Спасибо вам, — сказал он, когда мы убирали ветки с машины. — Серьёзно. Без вас бы не выжил.

— Не за что, — отмахнулся я. — Главное, что добрались.

Миша кивнул, потом протянул руку:

— Удачи вам. И береги себя, Глеб.

Мы пожали руки. Потом он пожал руки Сане, Вике и Ане.