Скрестив руки на груди, я постучала тапочкой по полу: – Какие ещё будут оправдания?

– Цветы как цветы. Валялись под дверью, а у меня рука не поднялась выкинуть. Решил, что пусть вас порадуют, мисс Тори, – вставил свои «пять копеек» Мартин.

– Валялись под дверью, да? Так хорошо валялись, что даже не сломались, не завяли и не помялись? Предатели... Кто вообще разрешил вам принимать букеты и ставить у моей кровати?! Не считайте меня за дуру! Если я выросла в другом мире, то это не означает, что не в курсе некоторых нюансов этикета! Принятый букет означает дать надежду, а какая может быть надежда, если вы все в курсе о семейной жизни санатер? Вы тогда все присутствовали в таверне. В общем, это в первый и последний раз, иначе я за себя не отвечаю!

– Так что, цветы выбросить, мисс Тори? – робко поинтересовалась Сантия.

– Пусть стоят, они ни в чём не виноваты. Но в остальном моё решение будет неизменным!

В общем, в столовую я спускалась не в самом добром расположении духа, несмотря на то что проспала до обеда.

– Доброе утро, мисс Тори! – отсалютовал чашкой Рэйд, копаясь в каких-то записях свободной рукой.

– Так полдень уже миновал... – я взглянула на часы.

– Когда кто встал, тогда и утро! – философски заметил рыжий, делая очередной глоток. – Кстати, мисс Тори, на будущее: если решите что-либо подлить в чай или кофе какому-нибудь магу, проверьте, имеется ли у него кольцо или какой-либо ещё артефакт для определения ядов. Мне-то ничего, чем больше возможностей поспать – тем лучше, а вот кто-нибудь другой может смертельно обидеться.

У меня ложка из руки выпала: – Так вы знали и всё равно выпили?

Рэйд рассмеялся: /– Конечно! Я не знал, для чего вам понадобилось уединиться с Габриэлем, но решил, что если он начнёт сопротивляться и просить помощи, лучше не вмешиваться. Надо было дать ему шанс...

Я почувствовала, как кровь начинает приливать к лицу: – Рэйд! Мне нужно было, чтобы ты не вмешивался не в этом смысле!

– Теперь-то я в курсе, но это совершенно не отменяет моих благих намерений. К тому же всё отлично вышло: вы там не только с его кривой магией разобрались, но и между собой, а я прекрасно отдохнул и, наконец-то, нормально выспался впервые за последний месяц.

– Да не разбирались мы между собой! Я вообще сказала, что нам не стоит сближаться во избежание многих проблем!

Рыжий угукнул и снова углубился в чтение. Неожиданно на стол упало письмо, следом ещё одно и ещё.

– О, никак мои сестрички добирались до магпочтампта. Хорошо иметь большую семью, мисс Тори, всегда у кого-то кто-то где-то учился, с кем-то работал, много где жил...

– Вы что, привлекаете к оперативной работе своих родственников? Это же незаконно!

– Незаконно, мисс Тори, – Рэйд поднял указательный палец вверх. – Это заставлять их допрашивать кого-либо, а вот пособирать сплетни, пообщаться с местными кумушками – совершенно другое дело. У меня, конечно, язык тоже хорошо подвешен, но не настолько как у них.

Ох, если у Рэйда язык, как помело, то какие же у него сёстры?! Ладно, что ни делается, всё во благо.

– Пока что у нас есть несколько кандидатов на роли гейров или гриров, но они, как я понимаю, уже мертвы...

– Опять тупик? – я зачерпнула ещё одну ложку супа.

– Не совсем. Я сделаю несколько официальных запросов, а когда информация подтвердится, их можно будет приобщить к делу об обвинении лорда Хелгара. Осторожнее ему надо было быть, осторожнее. Деньги, конечно, способны многим рты заткнуть, но ни одна женщина не удержится от того, чтобы не упомянуть о красивом мужчине, посетившем какой-нибудь провинциальный городишко. Да, улики косвенные, но если их наберётся достаточное количество, то их рассмотрят, как фактические. Таков у нас закон, мисс Тори... Кстати, а как вы относитесь к любовникам и любовницам?

Поперхнувшись, я закашлялась так, что слёзы проступили на глазах, а в ответ смогла лишь прохрипеть: – Никак не отношусь и относиться не собираюсь!

Рэйд быстро подскочил ко мне и хлопнул несколько раз по спине: – Я не то имел в виду. Просто хотел, чтобы вы посмотрели некоторые материалы.

– КАКИЕ?! – учитывая чувство юмора Рэйда, у меня в голове сразу возникла Камасутра или иные забавные картинки подобного толка.

– Просто допросы официальной любовницы умершего министра. Мне нужен женский взгляд со стороны.

– Уф-ф-ф... Так бы сразу и сказал. Шутник. Стоп! Что значит «официальной»? У вас же здесь все повёрнуты на сохранении репутации!

– Поэтому и «официальная», – невозмутимо ответил Рэйд, убедившись, что со мной всё в порядке. – Всегда проще заниматься охраной высокопоставленных лиц, когда о них известно всё, а люди, с которыми они контактируют, проверены.

– Ладно, где там ваши «материалы»?

– Хах, естественно, в кабинете. Так что как покончите с обедом, сразу туда отправимся.

Собственно, так мы и поступили. Помимо показаний любовницы министра, я добралась и до других опросных листов. Когда часы на каминной полке пробили семь вечера, Рэйд оторвался от своих бумаг, словно к чему-то прислушиваясь.

– Габриэль вернулся!

– Надо будет его предупредить, что мы в кабинете, – сказала я это и прикусила язык, не понимая, как теперь вести себя с Геймовером.

Стараясь не думать о вчерашнем дне, как-то не выстроила линию поведения, ещё и эти цветы... Это же надо было так вляпаться!

– Габриэль и так знает, где мы сейчас находимся, – Рэйд разложил свои заметки по нескольким папкам и вышел из-за стола. – Эльфы всегда в курсе, что происходит в пределах среды их обитания, в данном конкретном случае речь идёт о поместье. Не то, чтобы каждая песчинка и травинка докладывали обо всём своему «хозяину», но принцип, думаю, понятен. Здесь всё зависит, с какой стихией у того или иного рода лучше контакт.

– А Геймоверы с чем взаимодействуют?

Тяжело вздохнув, словно я заставляла открыть его «страшшшную тайну», Рэйд картинно закатил глаза: – Честно? Сам не в курсе и даже не хочу выяснять. И так до сих пор не отошёл от шока, что на территории поместья мне не спрятаться и не скрыться от Габриэля при всём желании. Безумно не люблю, когда за мной следят, сразу ощущение, что на мою свободу посягают. Предпочитаю дышать свободной грудью и ходить, не оглядываясь.

– Если вы не страдаете манией преследования, то это совершенно не означает, что за вами не следят!

Рэйд щёлкнул пальцами: – В точку!

Как раз в этот момент дверь открылась и через порог шагнул Геймовер. Судя по его мрачновато-задумчивому виду, встреча не увенчалась успехом, либо превзошла все его самые смелые ожидания, но в отрицательном смысле.

– Приветствую, – коротко поздоровался эльф и, не дойдя до стола, опустился в ближайшее кресло.

Присвистнув, Рэйд тут же затараторил: – Чай? Кофе? Чего покрепче? Успокоительного? Лечебный нокаут?

– Лучше всё сразу, приправив капелькой забвения.

– Лечебный нокаут – это что-то новенькое... Всё настолько плохо? – я подскочила к Рэйду, достававшему из шкафа какую-то настойку.

– А ты у нашего Габриэля много эмоций на лице видела за всё время знакомства?

– Ну-у-у...

– И я о том же! – Рэйд намешал чего-то в высоком хрустальном бокале, а потом, взглянув на друга, плеснул ещё что-то. – Итак, насколько всё плохо?

– Это как посмотреть. Всё настолько хорошо, что плохо или всё настолько плохо, что хорошо... – философски протянул Геймовер, принимая светящейся изнутри искорками бокал и крутя его между двумя пальцами. – Лорд Хелгар признался мне, что действительно «занимался поддержанием репутации высокой эльфийской расы, не допуская ни малейших отклонений от общепринятых традиций, как его отец, а до этого дед и прадед». Естественно, делал это всё не сам лично, а руками помощников. А вот кто они будут сейчас выяснять Штаргард с Кроденером.

Я, где стояла, там и села. Благо, что это оказался подлокотник кресла: – Получается, что сейчас в дело вмешается Совет?