– Если имеется распоряжение, подписанное одновременно и господином Штаргардом, и господином Кроденером, то оно действует в качестве беспрепятственного пропуска. Выдаётся не каждому, а только самым доверенным лицам, – пояснил Геймовер, обходя «книжные баррикады».

Не прошло и пяти минут, как в дверь библиотеки постучал дворецкий и доложил, что хозяина дома ожидает посетитель.

– Проводите господина Гантера в малую гостиную и передайте, что сейчас буду, – приказал Геймовер, а затем многозначительно взглянул на Рэйда.

Рыжий кивнул, а затем тут же добавил: – Сейчас провожу мисс Тори и присоединюсь к тебе.

Я даже пикнуть не успела, как Рэйд приложил указательный палец к губам и подмигнул мне. Всё ещё не понимая, зачем мне куда-то идти и вообще почему не могу остаться в библиотеке, пошла за ним. Похоже, Рэйд не просто был частым гостем в поместье, но и хорошенько изучил все его секреты, потому что вместо того, чтобы свернуть на лестницу, ведущую на первый этаж, он быстро втолкнул меня в какую-то нишу. Только что перед нами была мраморная статуя, изображающая эльфийку, кормящую птиц, как мы оказались стоящими на одной из площадок винтовой лестницы.

– Мисс Тори, я сейчас вас отведу в комнату, смежную с гостиной и уйду, а вы понаблюдайте, пожалуйста, за всем происходящим. Вдруг заметите со стороны что-то необычное или странное. Гантер не сможет ваше присутствие из-за специальных заклинаний, но прошу не использовать дар.

– Хорошо. Но обещать ничего не буду, так как попросту не знаю, на что стоит обращать внимание.

– Неважно. Даже нулевой результат – это тоже результат, – Рэйд открыл какую-то дверь и ушёл.

В гостиной уже находились Геймовер и тот самый Гантер. Не знаю, какого именно результата хотели от меня получить ищейки, но пока единственное, за что зацепился мой глаз – внешность гостя. С одной стороны, он обладал достаточно яркой внешностью и благородными чертами лица, пусть и не такими «породистыми», как у лорда Габриэля, но всё-таки. Чувствовалось, что не из простой семьи родом этот засланец, простите, посланец. Но при всём при этом стоило лишь отвернуться или сместить фокус, как Гантера можно было легко спутать с десятком аристократов его возраста, обладающих иссиня-чёрной шевелюрой.

У меня даже сработала ассоциация с конвенциональной красотой, когда пошла мода среди девушек на пухлые губы, прямые изящные носы, высокие скулы и определённый оттенок волос. Вот поставь в шеренгу дюжину таких барышень, одев при этом в похожие по силуэту маленькие чёрные платья, и всё... Словно перед строем клонов стоишь. Я не так много обращала внимание на местных мужчин, когда выбиралась из особняка, но определённые модные тенденции, однако, уловила. У меня даже закралась мысль, а не пользуется ли этот Гантер какими-то чарами, отводящими глаза?

Оба мужчины молчали, словно от появления Рэйда зависело, с чего начнётся разговор, а главное – в каком ключе продолжится.

– Не ожидал вас здесь увидеть, Гантер, – вместо приветствия произнёс рыжий, когда вошёл в гостиную.

– Лорд Геймовер, а вам не кажется, что в вашем доме как-то чересчур невежливо относятся к гостям некоторые? – протянул Гантер, вальяжно разваливаясь в кресле.

– Вот именно, что в моём доме к незваным гостям, – холодно произнёс эльф, чуть перемещаясь в сторону. – Вас сюда никто не приглашал, и о вашем визите предупреждения не было.

Гантер фыркнул и извлёк из пространственного кармана толстую папку: – Если бы кто-то должным образом оформлял отчёты и заботился об их сохранности, ноги бы моей здесь не было! Вот, сами полюбуйтесь! Ещё скажите «спасибо», что это безобразие не видел Штаргард, иначе вместо того, чтобы развлекаться в поместье, отлынивая от работы, вы отправились мостовые мести возле управления!

Небрежно брошенная Гантером папка с глухим хлопком приземлилась на журнальный столик.

– Я, конечно, понимаю, что кофе – это благородный напиток, достойный благородных лордов, но не настолько же, чтобы им заливать важные документы! И это я ещё не долистал до конца всё содержимое этой папки! Знаете что? Ни капли бы не удивился, если бы на каких-нибудь бумагах обнаружились следы женской помады, пудры или румян.

Геймовер с Рэйдом сохраняли абсолютно непроницаемые выражения лиц, но я прямо-таки чувствовала, как оба свирепеют после каждой фразы Гантера. Хорошо, Кадавер тот ещё раздолбай и бабник, но никогда не поверю, чтобы он настолько безалаберно относится к служебным документам и вообще водит своих пассий в рабочий кабинет. Про Геймовера и вовсе молчу, ибо у меня в голове никак не укладывался его образ, держащий в руке чашку, из которой льётся кофе на отчёты, а лорд никак не реагирует. Даже если представить, вдруг это Рэйд залил документы, то сомневаюсь, что эльф, будучи старше по званию, не проверил папку перед тем, как передать Гантеру.

– В общем, у вас двое суток, чтобы исправить это безобразие. Иначе доложу Штаргарду по всей форме, и тогда вас к себе даже Кроденер штатными деревенскими некромантами-смотрителями кладбищ не возьмёт. Благодарю за тёплый приём, – красивое лицо Гантера презрительно скривилось, как после поцелуя с жабой.

Мужчина поднялся и прошествовал к выходу.

– Эйрентейл, проводите нашего гостя! – громко произнёс Геймовер, чтобы дворецкий его услышал.

Едва двери за спиной Гантера закрылись, Рэйд подошёл к папке и развязал тесёмки. – Габриэль, ты только посмотри! Испорчены абсолютно все отчёты! Такое ощущение, что их просто в чане, заполненном до краёв кофе, вымочили!

– Не удивлюсь, если Гантер сам всё это сделал, а не какой-нибудь секретарь, чтобы ему насолить, – предположил Геймовер, подходя к столику и заглядывая через плечо Рэйда. – Мисс Тори, там справа от вас есть рычаг. Просто опустите его вниз и присоединяйтесь к нам. Что скажете?

– На редкость мерзкий тип. Как вы с ним работаете? – я вышла из-за отъехавшей в сторону панели и приблизилась к Рэйду, аккуратно раскладывавшем расклеенные листы, покрытые коричневыми пятнами.

– К счастью, мы с ним не работаем. Вернее, пересекаемся исключительно редко, – мрачно заявил Геймовер, осторожно беря в руки очередной испорченный отчёт. – Переписать всё это не проблема, но...

– Бесит, да?

Мужчины промолчали, но в их глазах я увидела, что слегка преуменьшила все эмоции, испытываемые обоими напарниками по отношению к Гантеру.

– У меня такое ощущение, что где-то я его уже видела... Или кого-то на него очень похожего... Лорд Габриэль, а как у вас здесь относятся к непотизму?

– Что конкретно вас интересует, мисс Тори? – уточнил Геймовер, вглядываясь в один из листов.

– Если кто-нибудь занимает высокий пост в одной государственной организации, то могут ли его родственники занимать должности как в этой структуре, так и какой-нибудь другой?

– Вполне. Ограничений этому нет никаких, так как в первую очередь имеет значение принесённая присяга. От коррупции она, конечно, не сильно спасает, но всё-таки... А к чему этот вопрос, мисс Тори? Думаете, что Гантер имеет какое-то отношение к бургомистру Аниминда? Насколько я помню, более ни с кем из высокопоставленных лиц вы не имели дел и не водили знакомств, – совершенно спокойно заметил Геймовер, а у меня от возмущения даже дыхание перехватило.

– Вы... Вы и до этого докопались? Всю мою поднаготную разворошили?

Рэйд тут же ввинтился между нами: – Мисс Тори, у нас служба такая – узнавать всё о тех, к кому мы собираемся нанести визит.

Рыжий лис.

– Кстати, хочу дополнить слова Габриэля: учитывая непростые отношения между нашими двумя ведомствами, что господин Штаргард, что господин Кроденер – всегда проводят тщательную проверку насчёт того, не имеют ли сотрудники, принимаемые на работу какого-либо отношения с сотрудниками, скажем так, конкурирующей конторы.

– Сурово...

– Вопрос сохранности конфиденциальности, – развёл руками Рэйд и улыбнулся.