Геймовер резко помрачнел: – Не в этом дело, мисс Тори. С тех пор как в нашем роду начали рождаться некроманты, их матери неизменно умирают в течение суток после родов.

– Какая знакомая проблема. У нас, правда, наоборот, но суть та же: муж или партнёр умирает вскоре после рождения своей дочери. Вы же видели мою родословную и точно обратили на этот нюанс внимание. Могу лишь заверить, что ни физически, ни магически женщины из рода Дигейст к этому непричастны. Думали, что проклятие, но эта версия не подтвердилась, хотя в каждом поколении пытались найти разгадку этой тайны. Поэтому я тоже не горю желанием кого-либо обрекать на смерть, «затащив к себе в кровать». Уж извините за такое вольное изложение. Хотя мне предлагали решить мои финансовые проблемы через брак. Но как видите, от голода не умерла, а работа сама меня нашла, дав возможность не волноваться о том, на что жить. Всё своё состояние бабушка отдала магам и артефакторам, чтобы те смогли создать ритуал, способный призвать меня в этот мир после её смерти, а недвижимость сгорела. В общем, было весело.

– Если бы эльфийский народ решил снова обрести независимость, восстановить монархию и выйти из подданства короля Хеймрана, я был бы одним из первых претендентов на престол.

Оценив масштаб катастрофы, я не удержалась и присвистнула: – Искренне сочувствую вашему горю и желаю терпения в борьбе с общественным мнением.

– И всё-таки вы странная, мисс Тори.

– Я просто слишком люблю свободу и привыкла к ней. Поэтому и говорила вам раньше, что не собираюсь вешаться вам на шею. Осталось эту мысль как-то донести до ваших слуг, и вообще всё будет замечательно! А вот напоминать на Совете о козлячьем отношении к людям пока, думаю, не стоит, – внизу перечня пометок я увидела набросок, сделанный рукой Брика, напоминающий остророгую и длиннобородую деревенскую скотину с характерно заострёнными эльфийскими ушами. Как говорится, как смог, так и намекнул, кто был зачинщиком в этом давнем противостоянии.

– В этом плане абсолютно с вами согласен, мисс Тори. Вначале нужно найти всех этих гейров и гриров, а то мало ли спугнём случайно, и они снова залягут на дно. Растягивать их поимку ещё на несколько десятков лет, а то и веков, не хотелось бы.

– А когда примерно появился Орден выяснить так и не удалось?

В принципе, другого ответа, кроме отрицательного, я и не ждала. Хотя небольшая искорка надежды всё-таки во мне тлела, что что-то изменилось.

Заметив аккуратный почерк Далии, я взяла лист в руки и почувствовала, как волосы начинают вставать дыбом: – Ладно, какую часть заметок возьмёте для ознакомления себе, а что оставите мне?

– Мисс Тори, я не думаю, что вам следует здесь оставаться. Ваша теория о жестоком обращении подтвердилась, и...

– Ну уж нет, лорд Габриэль! Во-первых, одних переглядов с простынчатыми мало, чтобы понять всю глубину проблем прошлого. Во-вторых, как уже говорила до этого неоднократно: я пришла сюда не глумиться и не злорадствовать, а поддержать, так как порой от правды может крышу сорвать даже самому уравновешенному и сдержанному человеку. И мне без разницы, что этот человек оказался эльфом. А, в-третьих, все эти материалы всё равно нужно как-то отработать, чтобы примерно оценить степень возможной обиды потенциальной жертвы, вот.

– Я всего лишь имел в виду, что чтиво может оказаться совсем не для ранимой женской души.

Фыркнув в ответ, я закатила глаза: – Знали бы вы, сколько документальных фильмов о серийных маньяках я просмотрела в своё время, чтобы расслабиться после учёбы или работы! А там кадры были без цензуры!

– Вы что делали, чтобы расслабиться? – глаза Геймовера округлились так, как ни один циркуль начертить не смог бы.

Спохватившись, что в этом мире не существует кино, я попыталась объяснить: – Ну, знаете, фильмы – это вроде спектаклей, только в записи. Вот вроде как у вас допросы на артефакты фиксируют, вот так и у нас. Только принцип немного другой, мир ведь технологический, магии нет.

– Суть, что такое фильмы, я уловил. Но вот о ком они были... Я точно не ослышался?

– Ах, вы об этом! Нет, всё верно. Когда целый день мозг вынимают по капле кофейной ложечкой, к вечеру просыпается не просто кровожадность, а желание убивать с особым цинизмом. Вот как раз просмотр таких фильмов возвращает умиротворение и напоминает, что делать не стоит. Психика снимает стресс, выбивая клин клином. К тому же отличный повод вспомнить, что не стоит отчаиваться, если в жизни происходит что-то тяжёлое, ведь жертвам тех ублюдков не повезло гораздо больше, чем мне. Так что вздрогнуть при прочтении я могу, а вот кошмарами страдать не стану. Но можно вместо меня позвать Рэйда. Однако мне кажется, что его сил на эти заметки уже не хватит.

Мне кажется, что именно своим переменчивым и выборочным человеколюбием, я окончательно добила Геймовера.

– Как знаете, мисс Тори. И спасибо.

За что конкретно меня поблагодарил эльф, уточнять не стала, решив положить на полочку «За то, что я такая хорошая: до сих пор никого не убила и до самоубийства не довела». Жаль, в реальной жизни таких наград не дают. Все золотые и серебряные кубки были бы моими!

Вот так, периодически приглаживая встающие дыбом седеющие волосы (вот как тут не снова не позавидовать Геймоверу с его платиновой шевелюрой), мы бегло ознакомились с третью выписок от всего объёма. Что могу сказать... В общем, даже те жутковатенькие легенды, которые мне довелось читать в детстве и юности, явно были подправлены. Реальность оказалась намного жёстче. Даже суровые скандинавы со своими эпосами нервно топтались в сторонке под табличкой «Детский сад. Ясельная группа». Зато я готова была взять обратно свои слова насчёт того, что выдержка у Геймовера хромает. Будь я на месте полукровки, которому во младенчестве отрезали кончики эльфийских ушей, тоже возненавидела бы весь мир.

Наши увлекательные «чтения» прервал артефакт связи Геймовера.

– Габриэль, ты даже не представляешь, как беснуется Либнер из-за того, что Гантер притащил ему какой-то труп, не дождавшись прибытия экспертов! Дескать, все магические нити, связывающие с местом преступления оторвал, а потому душу искромсал и так далее и тому подобное. В общем, сделал невозможным не только допрос, но и проведение всех полагающихся следственных мероприятий! Кстати, вы куда оба пропали?! Только не говори, что ты отправился в бега после того, как убил мисс Тори, которая учудила снова что-то из ряда вон выходящее!

– И тебе не хворать, Рэйд! – заржав во весь голос, ответила я раньше, чем Геймовер смог остановить словесный поток друга.

– О, живая! – обрадовался Рэйд. – Хоть одна хорошая новость за сегодняшний день!

Тяжело вздохнув, Геймовер отложил в сторону стопку изученных заметок и коротко ответил: – Жди нас в кабинете.

Как только артефакт погас, я поинтересовалась: – А кто такой Либнер?

– Главный эксперт Управления. Действует всегда строго протоколу и других заставляет поступать так же. В общем-то, он прав: перемещать тело сразу после обнаружения при помощи магии нельзя, иначе нарушаются связи, о которых упомянул Рэйд. Отделение души тоже происходит неправильно. Нет, в конечном счёте она не превратится в неприкаянную и отправится на перерождение, но допрос действительно становится невозможным.

– Каким бы Гантер не был мерзавцем и подхалимом Штаргарда, не думаю, что он настолько дебил. Такие просто так не подставляются под серьёзные неприятности, предпочитая действовать осторожно.

– Вот и мне интересно, что такого смог уловить Гантер, раз нарушил одно из самых главных правил розыскной работы, – Геймовер подал мне руку и открыл первый портал.

Пока шли до кабинета, я всё обдумывала, как побыстрее связаться с Кроденером, чтобы узнать подробности. Его племянник неспроста так поступил.

– Надо же, оба живые и невредимые! – съязвил Рэйд при нашем появлении, надкусывая пирожок. – А я тут волнуюсь, переживаю, прикидываю, куда можно залечь на дно, если вы вдруг не поделили чего... Ладно-ладно, не нужно меня испепелять взглядами! Я же не феникс, из пепла не восстану, а ведь могу ещё пригодиться, пользу миру принести!